Уроки ненависти : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/chernov/index.shtml'>Борис Чернов</a></h1> <span class="date"><span>01 февраля 2008 13:22</span></span> <h3><i>Автор:</i> Борис Чернов</h3> <h2>Уроки ненависти</h2> <P>В конце лета, в которое мы пришли в Каменку, местные власти по приказу немцев наметили школу открыть. Чтобы на свой лад учить.</P> <P>Записывали в неё только мальчиков. А родителей тех, что в школу не шли, штрафовали.</P> <P>Мне как раз приспело время учиться. Вот и пришлось записаться.</P> <P>Хорошо, что ходить никуда не нужно было. Школа располагалась позади нашего дома. Совсем маленькое здание, всего четыре комнаты. Настоящая школа далеко от нас, за переездом. Она большая, двухэтажная. Но там казарма сейчас. Немцы разместились, охранная команда.</P> <P>Учеников на один класс только набралось – девятнадцать душ.</P> <P>Учителем и директором школы оказался совсем дряхлый плюгавенький старикашка. Пегие волосы вечно всклокочены у него, как соломенная крыша, разворошенная ветром. Нос острый, как у ястреба. А глаза жёлтые, злые, туда-сюда зыркают. Росточка небольшого, чуть повыше меня. А злющий! У-у!</P> <P>Откуда раздобыли такого злюку? Говорят, что в гимназии был учителем, ещё при царе. Немецкому языку обучал. А после где-то на селе счетоводом работал.</P> <P>По классу всё время бегает без остановки, на ходу в тетрадки заглядывает. Чуть что не так – толстенной линейкой по рукам! Да не по ладошкам, а с обратной стороны. Как даст-даст!</P> <P>Мне, правда, не часто перепадало. Я читал хорошо ещё до школы. И арифметику знал. До тысячи умел считать. Вот с письмом похуже было. Чернил не достанешь нормальных, из ягод бузины делали. А в них всегда мух полно. Чего они туда лезли? Как на мёд. А от них то и дело кляксы в тетрадке, хотя мы только палочки да кружочки писали.</P> <P>Больше всего Костьке доставалось, моему соседу. Он соображает медленно. И вообще всегда о чем-то постороннем думает. За то и получал.</P> <P>Пацаны говорили, что он больной на голову. Года три назад отец нечаянно разрубил её. Колол дрова, а топор возьми и сорвись с топорища. Да прямо по голове Костьке, что стоял напротив.</P> <P>Врут, наверное. Разве с разрубленной головой выживешь? Хотя на его наголо остриженной голове и в самом деле чуть ли не от носа и до затылка шрам был. Так что, может, и не врут. Спросить всё равно не у кого. Отец Костьки в Красной Армии. А он сам с дедушкой живёт. Неродным.</P> <P>Жалко мне Костьку. По себе знаю, как больно, когда линейкой врежут. Первый раз у меня аж сердце зашлось. А тут каждый день лупцуют человека.</P> <P>Один из последних дней сентября выдался тёплым, солнечным, весёлым. Обычно в это время картошку начинают убирать. А печёная картошка – такая вкуснятина! Поэтому, наверное, и не было Костьки на уроках. И ещё два пацана не пришли на занятия.</P> <P>А следующий день оказался самым пасмурным для всего класса. Хотя солнце по-прежнему сияло ярко, весело.</P> <P>Карла, как мы звали промеж себя нашего учителя-мучителя Ивана Карловича, смотрел на каждого волком. И ни один из нас не избежал в этот день его линейки-палки. Но больше всех, как и прежде, досталось Костьке.</P> <P>Расходясь по домам, пацаны там и тут кучковались, зло перешёптывались. А Костька переходил от одной кучки ребят к другой и молча показывал свои распухшие руки. Когда мимо проходил, я расслышал его шёпот: «Убью! Всё равно убью!»</P> <P>Хоть и не любил отец, когда жаловались на причинённые обиды, а не выдержал я, всё рассказал ему.</P> <P>Обычно он сердился, внушал мне: «Что ж ты за мужчина?! За себя постоять не можешь! Не плакаться надо, а давать сдачи!»</P> <P>В этот раз не стал меня отчитывать. Конечно, как дашь сдачи взрослому... </P> <P>Долго молчал отец, гладил меня по голове. Потом не просто ответил – попросил: «Ты потерпи, Борис. Потерпи. Забрали б тебя из школы, чтоб не калечили твою душу. Так денег на штраф нет. И словечка замолвить за нас некому. Пришлые мы... Так что старайся уроки получше выполнять... Бог не выдаст – свинья не съест». И после тяжёлого вздоха добавил: «Вот придут наши – отдадим тебя в нормальную школу».</P> <P>Следуя советам отца, больше недели я ни разу не разозлил Карлу. И уже забывать стал о его линейке.</P> <P>Меньше обычного истязал он в эти дни и Костьку.</P> <P>Костька же, хотя и вёл себя тихо, но, как оказалось, просто затаился на время.</P> <P>Я почти всегда приходил в школу первым, так как жил ближе всех. И вот однажды вижу: тащит Костька что-то длинное, в ряднину завёрнутое. Идти ему тоже недалеко, их дом через дорогу от школы и наискосок. Идёт и всё время по сторонам оглядывается. А чего опасаться? При немцах люди без нужды старались на улице не появляться. А фрицы в эти места и вовсе не заглядывали.</P> <P>Подходит ближе, смотрю, а это сабля у него в руках. Самая что ни на есть настоящая!</P> <P>– Где взял? – спрашиваю.</P> <P>– Знаю где... – отвечает. – А ты смотри – никому...</P> <P>– Дай подержать...</P> <P>– На. Только быстро. Чтоб никто не видел.</P> <P>Тяжёлой сабля оказалась. Как держат её конники в бою? Я и двумя руками не смог.</P> <P>Костька тут же забрал её, кое-как припрятал под партой.</P> <P>Вот пришло время, начался урок. Я сижу как на иголках: что будет? А Костька не шелохнётся. Как баба каменная, что на окраине, на кургане раскопанном, на Покровской стороне.</P> <P>Мы, когда добрались до Каменки, мимо неё проходили. Отец говорил, что тут где-то, в этих краях, Киевская Русь начиналась. Давным–давно. И такие бабы – как столбы пограничные...</P> <P>Ну вот. Расходился наш Карла, опять придираться начал ко всем. А когда до Костьки очередь дошла, тот не стал выполнять обычную команду Карлы: «Руки на парту!», а выдернул саблю и замахнулся на опостылевшего, ненавистного мучителя.</P> <P>Проворным вредина оказался, загородился линейкой.</P> <P>Но, хоть и толстенная она была, а как спичка переломилась под ударом сабли.</P> <P>Завизжал от неудачи Костька, заверещал с перепугу и Карла, как недорезанный поросёнок. И – ходу из класса.</P> <P>Мы все притихли, как мыши. Что-то теперь будет? А Костька разревелся от обиды, что не хватило силы и умения с саблей справиться...</P> <P>На следующий день родители не пустили меня в школу. А потом в ней разместился на постой какой-то «дикий батальон».</P> <P>Что стало с Костькой и куда подевался Карла, не знаю. До самого прихода наших я не видел ни того, ни другого.</P> <P>И в эту школу, которая прибавила нам всем, пацанам, ещё одну каплю ненависти к оккупантам и их пособникам, больше никто из нас не ходил.</P> <P>------------------------------------------------------</P> <P>* Мабуть (укр.) – наверное.</P> <P>* Шыбэнык (укр.) – висельник. В данном случае – сорвиголова. </P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?19574'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=19574'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]