На свидание в Сростки - 2 : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/tepljashin/index.shtml'>Евгений Тепляшин</a></h1> <img id='mainimg' src="/files/19744/0001(145).jpg" width="145" height="113" alt="На свидание в Сростки - 2"></a> <span class="date"><span>05 февраля 2008 12:57</span></span> <h2>На свидание в Сростки - 2</h2> <P><B>И снова память уносит меня в босоногое детство. В родные Сростки, где, как в колыбели, мне всегда было тепло, уютно и безопасно. Словно со стороны вижу себя, босоногого, белобрысого, в цыпках и веснушках, а рядом отец, мать, вечно в хлопотах и заботах. И настолько эти светлые для меня образы явственны, зримы, что я пребываю в каком-то блаженном состоянии и долго не могу себя успокоить. Тогда отыскиваю пачку старой бумаги, вооружаюсь шариковой ручкой, и строка за строкой ложатся слова, фразы, предложения, диалоги… Воспоминания берут меня в сладко-мучительный плен, и уж нет сил остановить себя от желанного погружения в светлые воды реки по имени Детство.</B></P> <P><B><EM>Тайник</EM></B></P> <P>Егор Михайлович с сыном Генкой все лето безвылазно работали на колхозной пасеке. Место это было тихое, благодатное, всего в десятке километров от Сростков, близ Поповского озера, блистающего своими светлыми водами у подножья Алтайских гор. Жили отец и сын дружно и мирно, старательно справляя обычную для пасечника работу.</P> <P>В один из дней Егор Михайлович приказал Генке сбегать домой - мамку проведать, соли принести, заодно и с друзьями повидаться. А то, небось, соскучились сорванцы друг по другу.</P> <P>Выслушав наставления, Генка согласно кивнул кудлатой, давно нестриженной головой, с нетерпением посматривая на отца. Тот приторачивал на спину сына рюкзачок с гостинцами.</P> <P>- Ну, беги, сынок!- напутствовал Егор Михайлович Генку, ласково придерживая его стремительный бросок вперед. - Да ты не рвись, как конь ретивый. Послухай, что я скажу. Долго в деревне не задерживайся. К вечеру обратно должен вернуться. Слышишь? Завтра мед будем качать. Ты же видишь, что на каждом дадане по два корпуса стоят да еще надставки. Ну, с Богом, - и он легонько подтолкнул сына. - Беги, да голову свою береги!</P> <P>Отец остался хлопотать у своих пчел- тружениц, а его шустрый сынишка во весь дух мчался-торопился на свидание с любимыми Сростками. Рвалось его сердечко к маманьке, которая, верно, сидит себе на крылечке и посматривает в сторону горных увалов. Ждет, родимая, не покажется ли из-за поворота знакомая фигурка сына. А еще Генку согревали думки о близкой встрече с сельскими пацанами. Ему есть о чем порассказать , да и показать, испытать кое-что… такое, такое, что рты от удивления разинут и захлопнуть забудут.</P> <P>От этих приятных и захватывающих дух планов мысли юного путешественника переключились на старую ветлу. И хотя в ушах еще звенели отцовские наказы - « шементом лететь до дому», - мальчонка решил, что большой беды не будет, если он на минутку завернет к своему тайнику.</P> <P>Быстро убрав кусок дерна, прикрывающий отверстие , устроенное под старым таловым пнем, Генка вытащил наган-самопал и ловко пристроил за лямки, которые держали штанишки с длинными гасилами. Тут же хранились пропитанные воском спички, завязанные в тряпочку. С гордостью подумал: все сделал точно по отцовской науке, чтоб влага не проникла и не попортила его боевые запасы. Затем Генка вызволил на свет божий саблю с набитыми вместо лезвия остро заточенными гвоздочками. Ухватившись за эфес, он со свистом махнул по ближайшему кусту. Ветка с хрустом отлетела, и Генка, довольный своей хваткой, воскликнул: </P> <P>- Да с таким оружием ни одна вражина не страшна! И пистоль у меня славный. Вдруг увижу дикую утку, возьму да подстрелю. Вот мамке на ужин и будет гостинчик.</P> <P>Аллюром он снова пустился в путь, лихо срубая головы лопухам, конскому щавелю, оставляя после себя поверженные макушки Иван-чая, ромашки, другой травы, густо росшей вдоль дороги.</P> <P>Надо признаться, что любил наш юный герой похвастаться перед друзьями и непременно удивить их чем-нибудь сногсшибательным, порой в буквальном смысле этого слова. Сростковские ребята - это какой-то особый сорт людей, которые, по мнению их заводилы Генки, были всегда готовы к любой проделке. </P> <P>Вместе они ходили в лес и там устраивали стрельбы из самопалов, представляя вместо самодельных мишеней проклятых фашистов, с которыми только недавно отвоевали их отцы, деды, старшие братья. Без страха они взбирались на горные кручи, но самым любимым местом восхождения был знаменитый Пикет.</P> <P>Оттуда, словно полководцы, они осматривали окрестности, оценивая диспозицию по отношению к воображаемому врагу. В этих походах они чувствовали себя защитниками своей малой родины, чьи красоты также не оставляли равнодушными никого. Там, за дымкой сизых далей, угадывался совсем иной, чем в их Сростках, мир. И он манил, звал к себе беспокойное племя искателей приключений.</P> <P>Никто тогда не знал, как сложится жизнь каждого из друзей-товарищей. Вот и Генка, этот неугомонный выдумщик и проказник, едва ли угадывал тогда свое будущее. Не ведал о том, что босоногий его сверстник станет известным русским писателем и режиссером, артистом и сценаристом, которому суждено будет рассказать о его родных Сростках так, что весь мир узнает об их удивительном крае, полюбит его книги, роли, фильмы. А сколько народу благодарно преклонит колени перед талантом великого Шукшина. А его Генку, «вписанного» в шукшинские рассказы, судьба занесет в края дальние, совсем не похожие на привычные, алтайские.</P> <P>И вот тут разрешите сделать еще одно отступление от основной канвы моего рассказа – для того, чтобы убедится, какая это особая порода – сростовские мальчишки.</P> <P><B>У Типкиного Яра</B></P> <P>В один из дней Егор Михайлович отправился в ближнюю бригаду за лошадью. Но бригадир попросил подождать немного, пока не закончат скирдовку сена. Таким образом, отъезд домой задерживался, что и было Генке на руку.</P> <P>Не мешкая, он кинулся искать порох, который по всем приметам наверняка был спрятан хитро и просто. И Генкины предположения оказались верными - великое изобретение китайцев отец ловко замаскировал в одном из старых ульев. Торопясь и оглядываясь, Генка отсыпал в коробок столько пороха, сколько поместилось. Сыпанул в тряпицу еще и дроби. Только успел надвинуть крышку, как во двор их пасечного хозяйства въехала подвода. Сверху была навалена охапка свежескошенного сена. Отец, довольный тем, что удалось выпросить шуструю в езде Карюху, крикнул сыну, чтобы тот поторапливался. Уложив немудреные пожитки, Егор Михайлович ласково сказал:</P> <P>- Ну что, сынок, соскучился по дому? Эх, и попаримся ж мы сегодня в баньке! Такого жарку поддам - всем чертям станет тошно! И тебе, любезный, надо тоже к мужицкому делу прививаться. Поработал от души – душа вместе с телом крепкого пара просит. Запомни!</P> <P>Домой добрались без приключений. Не успел Егор Михайлович завернуть к подворью, как Генка, сломя голову, уже летел по улице, сзывая друзей. Лешка Дегтярев, Володька Докучаев, Сашка Бровкин и еще пара ребятишек помладше спешным шагом следовали за своим командиром, ни о чем не спрашивая.</P> <P>Собрались на извозе двух спусков Типкиного Яра. Посовещавшись, принесли сломанный заступ, и на самой маковке спусков выкопали ямку. На дно ее Генка насыпал пороха, добавив горстку дроби, сверху положил свернутый в трубку тетрадный лист.</P> <P>- Поджигать буду сам, - строгим голосом предупредил он друзей. - От греха подальше дуйте во все лопатки вон за тот камень.</P> <P>Ему подали коробок спичек, мол, давай, салютуй быстрее! Но, чахлый огонек отсыревшей бумаги до пороха так и не добрался, значит не видать пацанам обещанного фейерверка… </P> <P>Это грозило основательно подорвать авторитет Генки, как главного закоперщика всех мальчишечьих проделок. И он решился на еще один отчаянный шаг. Улегшись на живот, подражая минерам, он подполз к ямке. Боязливо подумал: «Поджигать во второй раз опасно. Надо дунуть посильнее…». Во всю мощь своих легких выдохнул воздух с такой силой, что горячий пепел, достигнув пороха, сделал-таки свое дело. Из углубления вырвался сноп огня, раздался треск. Взрывной волной Генку отбросило под яр, в густые крапивные заросли. К боли опаленного пламенем лица прибавилось еще и нестерпимое жжение от крапивы. </P> <P>Ребятишки, чуя неладное, прыснули во все стороны, но как только первый испуг прошел, кинулись выручать незадачливого пиротехника. </P> <P>- Ну, как, живой?- подбираясь к Генке, участливо тараторили Сашка и Лешка. А Володька услужливо протянул другу фуражку, наполненную холодной водой. Генка благодарно взглянул на него, жадно припал обожженными губами к краю потной фуражки, вылив затем остатки воды на голову.</P> <P> - Что же мне теперь дома будет за это? Как я мамке и отцу на глаза покажусь такой смоленый? - сокрушался наш смельчак. - Домой один вряд ли дойду – ноги что-то не держат, и голова гудит, будто после угара. Эх, ребя, не миновать мне поронцев!</P> <P>- Да ты что, Генк, разве тебя тут бросим! - заговорили разом мальчишки. - Мы мигом тебя на закорках домчим! - и верные друзья, подхватив упирающегося Генку под руки, взгромоздили его на спину самому сильному Лешке Дегтяреву. Так попеременно они и несли его до самого дома Тепляшиных.</P> <P>Отец в это время собирался захлопнуть дверь в предбаннике, чтобы наподдать еще раз жару и напариться всласть. Но все его банное удовольствие улетучилось мигом, как только он увидел испуганного и несчастного Генку, закопченного, с опаленным лицом и такими же бровями и вихрами.</P> <P>- Что случилось, стервецы? - в сердцах крикнул Егор Михайлович и грозно окинул взглядом раскрасневшихся от ходьбы ребят. Напуганные не меньше Генки, они потупились, приумолкли. - Опять чего-нибудь натворил этот шельмец?- не сбавляя тона, продолжал допрашивать Егор Михайлович, и, блеснув глазами, медленно проговорил: - Ты трогал порох? И что за представление на этот раз устроил? Головы чуть не лишился, друзей своих мог бы сгубить. Сколько раз тебя порол!.. Уженькой вокруг меня обвивался, прощения просил, клялся и божился, что ничего у меня не тронешь. А сам снова за свое? Убить тебя мало, не то, что спасать! - едва сдерживая себя, бросил отец и тяжело присел на лавочку около бани.</P> <P>Тут с крыльца донесся крик. Словно большая птица мать кинулась в самую середку их тесного ребячьего круга и припала к Генкиной закуржавленной огнем голове.</P> <P>- Да что с тобой, родимый?- запричитала, закружилась она вокруг сына.</P> <P>- Давай, мать, травяные припарки готовь, будем компресс делать,- сменив гнев на милость, более спокойным голосом заговорил отец.- Да в больницу отвезти надо, не дай Бог, заражение начнется или сотрясение бесшабашной головы нашего алхимика.</P> <P>Не теряя ни минуты, матушка бросилась в сарай, за травами, тем временем пацаны принесли кипятка из бани. Вскоре был готов настой. Смочив чистую тряпицу, мать накрыла Генкино лицо, горевшее не только от ожогов, но и от стыда перед родителями и за свой конфуз перед друзьями.</P> <P>- Запрягай Рыжуху, да вези к доктору,- распоряжалась деловито мать, стараясь не рассердить мужа. А тот хмурился и ворчал недовольно:- Едрит твою моталку, пропал первый пар!</P> <P>Деваться некуда, ехать надо спешно, и Егор Михайлович, хлестнув вожжами, направил лошадь к сельской больнице. Врач Петр Семенович, Алешки Дегтярева отец, видно привыкший к подобным случаям, неспешно обработал пороховые отметины. Дал микстуру, мазь и добродушно похлопал юного пациента по плечу:</P> <P>- Всякое в жизни бывает. За одного битого двух не битых дают. А за горелого - целую дюжину! </P> <P><B>Жар-птица </B></P> <P>Так закончилась эта история, и про нее можно было бы забыть всем обитателям алтайской деревни, если бы не очередные Генкины выкрутасы. Помните, где мы его оставили, когда сделали небольшое<B> </B>отступление от нашего повествования? Правильно, на подходе к дому, где, как и предполагал наш герой, его поджидала мама. За минуту он выложил все пасечные новости, упредив, чтобы приготовила для них с отцом кулек соли, калач хлеба, да положила в рюкзак чистые рубахи. Подражая отцу, сын назидательным тоном прочел матери целую лекцию. Пчела не любит пота и грязи. И прежде чем подходить к даданам, надо хорошенько вымыться в озере, переодеться в чистое исподнее и с чистыми руками, как и с чистыми помыслами, просить у царицы пчел поделиться взятком.</P> <P>Не успела матушка оглянуться, как Генкин след уже остыл. Завихрился к друзьям. Дегтярь, Докучай и Бровкин гуртовались на колхозном току. Что-то их там сильно заинтересовало, что они даже не заметили, как на всех парах к ним подлетел их верный командир. Подражая взрослым, они протянули друг другу руки. Поздоровались. Генка осмотрелся и заметил в оконном проеме амбара яркое и трепыхающееся пятно. Спросил небрежно:</P> <P>- А чего это вы тут увидели такое-растакое, что меня не сразу заметили?</P> <P>- Чего-чего, - передразнил его Санька. - Не шуми, а то спугнешь, - и, понизив голос до шепота, таинственно проговорил: - Какая-то неведомая птица там внутри. То ли пораненная, то ли гнездо у нее.</P> <P>Генка, сжав пальцы, как окуляры бинокля, начал всматриваться. Что-то алое и бирюзовое маячило перед глазами и никак не давалось для точного определения. Оно меняло положение, окраску, вроде бы приседало, поворачивалось, сверкая уже другим, более ярким и непривычным окрасом.</P> <P>Кто-то из ребят, заметив у Генки пистоль, предложил:</P> <P>- А что, Генка, давай пальнем? До окна мы все равно не доберемся. Высоко. Мы уж тут и камнями пуляли, и кричали, и свистели. Да никакого эффекта. Маячит и маячит. Целый день тут торчим. Попробуем, а?</P> <P>Все разом повернулись к Генке и с завистью посмотрели на его самопал. Ну, как тут откажешь друзьям? К тому же в самый раз и свой авторитет, порушенный при неудавшемся салюте, восстановить. И Генка, горделиво выставив правую ногу вперед, крепко сжал рукоять самопала. Долго прицеливался. Вздыхал. Томился. Эх, ребя, если бы вы знали, как не хотелось ему стрелять в эту дивную «Жар-птицу» - так он назвал яркий святящийся комочек, угнездившийся на жердочке внутри амбара. Но и перед товарищами никак нельзя было ударить в грязь лицом. Засмеют, из вожаков напрочь вычеркнут. Помнился и горький опыт недавнего взрыва. А что если не сработает его верный пистоль?</P> <P> И тогда в его шальную голову пришла идея. Он озорно засмеялся и великодушно предложил:</P> <P>- А давайте стрелять по очереди.</P> <P> Друзья от неожиданности опешили и сразу приумолкли.</P> <P>- Знаешь, Генка, - заискивающе заговорил Володька, - у меня на пальце, которым нажимать надо, волдырь соскочил. Так что я не стрелок.</P> <P>- А у меня весь день глаза слезятся, язви их в душу! - по-взрослому выругался Лешка.</P> <P>Один Санька угрюмо молчал, почесывая вихрастую макушку. И Генка догадался, что пацаны просто трусят и не надеются на его оружие. Но Генка ошибся. Ничего подобного они даже в помине не держали. Ребята эти были отчаянные, озорные, но что-то завораживающее, волшебное удерживало их от первоначального решения. Они жаждали узнать, что за чудо такое явилось к ним в этот день на старых гумнах? И никому из четырех друзей не хотелось разрушить «Жар-птицу», залетевшую к ним, может быть, даже из сказки «Тысяча и одна ночь».</P> <P>Они еще немного постояли, полюбовались на сверкающую радужными красками птицу и поспешили по другим мальчишечьим делам. А вечером, провожая сына на пасеку, мать рассказала о том, что накануне ходила к колхозным амбарам ворошить семенное зерно и там она заметила под крышей чудесную птаху. Видать по всему, была она ранена, и, угнездившись наверху, набиралась сил для дальнейшего путешествия. Грустно вздохнув, мать сказала:</P> <P>- Может и выживет, если мальчишки не тронут или коршуны. - И заметив виноватость в глазах сынишки, строго спросила: - Вы случаем не были у амбарьев? Не видели птицу-то?</P> <P>Генка смутился, затем успокаивающе промолвил:</P> <P>- Мам, да ты не волнуйся, не тронули мы ее. А она красивая. Прямо неземная! Она обязательно поправится, правда, мам? А ты, если завтра снова туда пойдешь, покорми ее и водицы налей. А пистоль я тебе оставлю. Вдруг кто возьмет да спугнет ее. Ты за нее и заступишься. Только не стреляй. </P> <P>Мать ласково потрепала сына за вихор и легонько толкнула его на тропинку. Туда, где ждал Генку его самый распрекрасный отец, где ждали его неотложные дела на пасеке. Вот закончится медовая страда, и тогда они ненадолго вернуться домой. Попарятся в баньке. И обязательно наведаются в гости к Жар-птице…</P> <P><B><EM>(Редакторовала А. Бердникова)</EM></B></P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?19744'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=19744'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]