07 февраля 2008 15:21
Автор: Антонида Бердникова
Валентина
С каждым днем прибавляются годы, и жизнь наша потихоньку подходит к завершению. Кажется несправедливым то, что мы редко признаемся дорогим нам людям в своих чувствах. В суете будней, забот и тревог как-то отходит на задний план эта тонкая и особая сфера. Как восполнить все, что мы не додали друг другу, чем обозначить ту самую связующую нить между нами – родными и близкими по крови людьми?
Одну из старших своих сестер Таня наиболее отчетливо запомнила в день ее свадьбы, которую после скромной регистрации в городе решили сыграть по-деревенски. Вечером понаехало много гостей. Для них… Танюшка отправилась за речку, на ближайший луг за земляникой. Набрала несколько увесистых пучков, стараясь выбирать кисточки с самыми крупными и спелыми ягодами. Немного стесняясь, угостила лесными дарами будущего зятя, его сестру и подруг молодоженов.
В их маленькой избенке было тесно для свадебного стола, зато по соседству, в только что отстроенном доме и побеленном на «первую руку», никто еще не жил, и было там просторно для всех. Играли свадьбу всей деревней. Гуляли весело, красиво и задорно. Двоюродные братья Петя и Володя были «в ударе»: пели, играли на гитаре, плясали, шутили, словом, заводили всех гостей так, что всем было жарко и приятно на этом торжестве. Вслед за любимыми «Про коня Буланого» и «Где-то там, под небом Еревана» зазвучали песни гостей. Особенно запала всем в душу песня «Незнакомая». Таня быстро уловила мотив и после отъезда гостей часто напевала полюбившийся припев: «Ах, как сердцу помочь, как прогнать тоску прочь, растревожила ты меня, незнакомая…» А как замечательно на четыре голоса исполняли Валя, Гена, его сестра Анна с мужем Юрием старинную песню «Поехал охотник на те теплы воды»…
Никто тогда, в конце 50-х годов, не знал, как сложится судьба любимой Таниной сестрички, ставшей Корчагиной. Она всегда отличалась ясным умом, хорошей памятью, училась хорошо и по тем годам из немногих своих сверстниц сумела закончить десять классов. И это в трудную пору, когда в их большой и бедной семье уже начинал болеть отец, у матери на руках оставались еще трое младших детей. Валя мечтала об институте, но вместо этого пошла в ученицы токаря на большой металлургический завод.
Спустя несколько лет и Танюшке, выпускнице профучилища, пришлось поработать в ее цеху. Бригада отделочников, в которую попала Таня, штукатурила здесь стены, красила душевые. Спустя годы, когда младшая сестренка рассказала об этом Вале, ее лицо осветила улыбка, и она сказала: «Хорошо, что и ты начала свою биографию с рабочей профессии. Это много дает человеку».
Валя в институт все-таки поступила, в педагогический, на заочное отделение. Перешла работать в детский сад, куда с первых же месяцев после рождения «ходил» ее первенец, Павлик Корчагин. А нарекли его столь известным «литературным» именем не без подсказки Тани. С того момента, когда она в первый раз взяла на руки этот крохотный комочек, сердце ее наполнило пока еще неведомое предчувствие будущего материнства, стал он для нее самым любимым из племянников. Но заботы о малыше не снимали с девчушки других обязанностей. Так повелось в их дружном семействе: сначала младших нянчили старшие сестры, а пришла пора - как не помочь нянчить их детей, а заодно учиться секретам семейного жизнеустройства.
К этому времени супруги Корчагины отстроили небольшой домик на городской окраине. Таня в течение недели курсировала то к одной сестре, то к другой, раз в месяц наведывала маму в деревне.
Однажды она застала Валю в слезах, она рассказала, что серьезно заболела и врачи настоятельно рекомендуют сменить климат. Так Корчагины оказались в Таджикистане. Здесь они прижились на целых двадцать лет. Валя работала воспитателем в детском саду, преподавала русский язык и литературу, затем решила попробовать свои силы в проектном бюро.
В Душанбе родился второй сын Женя. Здесь они сменили тесную квартиру на более просторную и комфортную, куда почти круглый год наезжали в гости многочисленные родственники. Кто-то выбирал эту страну для постоянного проживания, и Вале было уже не так скучно и одиноко на чужбине.
Вообще, Корчагины были большими непоседами. Они разыскали родных в Ташкенте и навещали их по праздникам, ездили с друзьями отдыхать к афгано-таджикской границе, загорали на Иссык-Куле, их не останавливали тысячекилометровые трассы до Оренбуржья, Башкирии и Самарской области. Даже сумели съездить в Гомель, где служил в армии их Павлик. Оттуда они привезли журнал «Советский воин», на обложке которого красовался портрет лучшего танкиста
части Павла Корчагина.
Пришло смутное время – время распада СССР, и Таниной душанбинской родне пришлось выбираться из огня межнациональных конфликтов. Как раз последняя и утомительная поездка из Душанбе в Подмосковье и была посвящена поискам нового места жительства.
И началась большая и многолетняя стройка. Валя сама спроектировала свой новый дом. Хлопотала не только об отводе земли, но и об устройстве электролинии, газопровода, о водоснабжении. Завела корову, курочек, гусей, поросят.
Большая родня, чем могла, помогала. Всем миром и подняли дом, с видом на красивое озеро, рядом с вековыми березами и елками. Место уютное, замечательное, жить бы да не тужить. Около уютного коттеджа шумит сад, плодоносит земля.
В один из приездов Таня с особой остротой почувствовала, что здесь ей хочется задержаться не только в гостях, но и пожить, побыть как можно дольше с милой сестрицей. Внутреннее уютное убранство дополняет теплое искреннее гостеприимство хозяйки. И это тоже отличительная черта Валентины. Внуки Женя и Карина – частые и желанные гости, как и полноправные хозяева. Когда были маленькими, устраивали целые театральные представления, с волшебными переодеваниями и сказочными превращениями. Тоскует сердце бабушки по московским внукам – эти навещают бабулю не часто.
…Два года назад Таня срочно выехала московским поездом по телеграмме. Перед самым новым годом трагически погиб ее любимец Павлик. Жизнь его складывалась по-разному, не без приключений и перекосов. Он хорошо учился и в школе, и в техникуме, долго не расставался с мечтой стать юристом. Работал мастером на заводе, оператором на промысле. В годы перестройки решил стать бизнесменом. Вначале дела пошли в гору, но как только поднабрался сил и опыта, появились более сильные и наглые конкуренты. Палатку с товарами сожги. Самого чуть не убили. Плюнул на все и бросился в Москву на поиски работы. Вкалывал на стройке. Работал грузчиком в супермаркетах, затем перешел в охранники. Возвысился до администратора, начал хорошо зарабатывать. Но деньги в его руках долго не задерживались. Если друг попросит – последнее отдаст. Через таких вот дружков и с жизнью расстался. Нашли его в подъезде с разбитой головой.
За телом поехали в соседний городок. Когда Павлика вынесли из машины к подъезду, увидели, что в гробу нет подушечки. Забыли в смертный узел положить. Таня, приподнимая словно бы надломленные плечи Павлика, нащупала на затылке у него большое уплотнение, а на обивке гроба впечатались кровоподтеки. Процессия тронулась, и Таня вдруг увидела, что из того самого подъезда, где нашли Павлика, выглядывают какие-то мерзкие рожи – посиневшие, обрюзгшие. Кто-то в толпе соседей тихо проговорил: «У, сволочи, даже не спрятались. Это они парня завалили. Не впервой им. Видать, с деньгами встретили и уложили наповал».
А на девятый поминальный день к дому родителей подкатила милицейская машина. «Дайте свидетельство о смерти вашего сына, - коротко, без объяснений, бросил молодой лейтенант, а когда увидел, как мать безутешно зарыдала, извиняющимся тоном пояснил: «Нам отчет срочно закрывать надо. Убит ли, может, сам себе смерть нашел - дело темное. Но разбираться вряд ли будем. У нас таких случаев на неделе по десятку. И не надейтесь. А бумагу если не дадите, все равно сами принесете».
Переживали всей родней вместе, оплакивая последний его путь до кладбища… с высокими соснами, липами и тополями. Но что значит горе даже самых близких родных по сравнению с материнским?! Тане достаточно было всего через полгода после похорон взглянуть в глаза сестры, увидеть, какой седой стала ее голова, как отяжелела ее доселе легкая походка, какие горькие складки залегли в углах ее губ, чтобы понять – такие потери никогда и ничем не восполнишь.
И как же удается ей сохранять в этом бурном жизненном потоке целостность своего семейного корабля? Муж Геннадий, как показалось Татьяне, сломлен не только горем, но и другим недугом – потерей зрения. После смерти сына он совсем сдал и опустил руки. Почти вслепую, правда, с помощью Тани, он в один из ее последних приездов добрался до кладбища, отмерил рядом с могилой Павлика два метра и предупредил смотрительницу, чтобы это место никому не отдавала. «Мне недолго осталось, - сказал он обреченно. - Тут у меня теперь последний причал. И Валюхе места хватит, только пусть уж она после меня, а не я после нее. Один без нее я не выдержу. Пропаду. Много мы, мужики, ей горя принесли. Не жалели, хотя часто говорили, что любили. Только не такая любовь нужна таким женщинам, как моя Валя. Я, дурак старый, сейчас это понял, да уже поздно. Я не только любовь не сберег. Сына не сумел спасти, чтобы не так доверялся разным проходимцам, не кидался разным подлецам и пройдохам на выручку».
После этого разговора Таня часто стала задумываться о том, почему именно у Вали так сложилась судьба? Дитя военного времени, в зрелые годы попавшая в жернова перестроечной разрухи, отшагав по жизни более шести десятков лет, она приняла на себя весь огонь крутых перемен и переустройств. И никогда, как бы не было трудно и невыносимо тяжело, она не падала на колени, ни у кого не просила подаяния, наоборот, на протяжении всех этих смутных времен помогала другим. Вытаскивала из беды то сына, то мужа, никогда не забывала о том, что ее поддержка нужна еще и сестрам, племянникам, снохам, внукам, друзьям, соседям, корчагинской родне. Оттого все так желанны в ее доме, оттого так желанна и добра она к своим близким.
Перезваниваясь, она всегда спросит у Тани, как живы, здоровы ли дети, внуки, всегда радуется, если все в порядке и редко жалуется на свои горести и напасти. «Потихоньку живем, - успокаивающе отвечает она и с надеждой спрашивает: - Когда приедете? Я очень соскучилась».
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]