Пустая голова (продолжение повести) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/lopatin/index.shtml'>Юрий Лопатин</a></h1> <img id='mainimg' src="/files/21101/uchenik(145).jpg" width="145" height="113" alt="Пустая голова (продолжение повести)"></a> <span class="date"><span>27 февраля 2008 12:50</span></span> <h3><i>Автор:</i> Юрий Лопатин</h3> <h2>Пустая голова (продолжение повести)</h2> <P><A href="http://riasamara.ru/litera/main/21002/article21002.shtml"><STRONG><EM>(продолжение)</EM></STRONG></A></P> <P>- Значит, после травмы необыкновенные способности проявились… - дежурный врач в приёмном покое областной детской больницы некоторое время пребывал в задумчивости; возможно, сомневался, имеет ли он право, кроме внесения записей в журнал, проводить эксперимент, пусть даже маленький. Наконец любопытство взяло над ним верх. Он цепанул с полки шкафа первую попавшуюся под руку брошюру и протянул Лёшке:</P> <P>- Прочитай ну, скажем, сорок седьмую страницу и перескажи.</P> <P>Лёшка раскрыл зелёную книжицу под названием «Биология продолжительности жизни» и углубился в чтение. Не прошло и пары минут, как будущий пациент больницы спросил:</P> <P>- Начинать?</P> <P>- Давай! - дал отмашку доктор и, упёршись локтем в стол, прикрыл рыжеватую, с проседью бороду.</P> <P>- Можно, однако, показать, что такое отклонение от закона Гомперца связано с недоучётом фоновой компоненты смертности, - бойко заговорил Лёшка. - Действительно, на этом же рисунке видно, что логарифм приращения риска гибели строго линейно растёт с возрастом – зависимость два. Это означает, что закон смертности представляет собой сумму экспоненты и постоянного слагаемого, то есть закон Гомперца–Мейкема, причём данное слагаемое больше нуля, о чём свидетельствует вогнутость зависимости один на рисунке шесть. Таким образом, учёт фоновой компоненты смертности позволяет объяснить наблюдаемые отклонения от закона Гомперца и дополнить наши представления о закономерностях распределения продолжительности жизни организмов. Итак, вариабельность организмов по срокам жизни во многих случаях может быть достаточно точно описана с помощью формулы Гомперца или, в более общем случае, с помощью формулы Гомперца–Мейкема…</P> <P>Врач, выпучивая подслеповатые глаза, всем своим видом показывал, что произносимый текст ему чрезвычайно интересен. Особое удовольствие ему принесло сообщение о том, что формула Гомперца–Мейкема удовлетворяет принципу теоретической обоснованности, поскольку она может быть выведена из целого ряда математических моделей и является асимптотическим распределением в статистике экстремальных значений. При этих словах очи эскулапа едва не вылезли из орбит.</P> <P>Чтобы доктора не пришлось госпитализировать, Лёшка решил витийствовать скороговоркой; уши внимавшего переварили даже информацию о том, что в известном законе, исключая особенности смертности организмов на ранних этапах онтогенеза и в предельно старческом возрасте, описываются распределения продолжительности жизни дрозофил, комаров, мучных хрущаков, мышей, крыс, лошадей и горных баранов, включая человека. </P> <P>- Не надо больше, - мало-помалу сужая глаза, тормознул Лёшку медик. - Для проверки – последние семь строчек!</P> <P>- Сейчас, только «кассету» прокручу, - рассмеялся Лёшка; добрый доктор с мягким, вкрадчивым голосом напомнил ему Айболита. Дежурный врач выдержал и последний речевой удар больного: - Оказалось, что среди семейства трёхпараметрических формул, включающего обобщённый закон Вейбулла, а также обобщённый нормальный и лог-нормальный законы распределения длительности жизни, формула Гомперца–Мейкема даёт наилучшую аппроксимацию. Более того, установлено, что трёхпараметрическое уравнение Гомперца–Мейкема аппроксимирует кривую выживания лабораторных дрозофил гораздо лучше, чем полином четвёртой степени, содержащий пять параметров.</P> <P>- Здорово! Великолепно! - доктор отреагировал строчкой из песни, надоевшей Лёшке ещё в семилетнем возрасте. Бородач забрал брошюру и уставился на Екатерину Александровну. - А сквозь стены он у вас не проходит?</P> <P>- Н-не з-замечала, - растерянно, с неожиданным заиканием ответила Лёшкина мама.</P> <P>- Лунатизмом не страдает?</P> <P>- Это как? - совсем растерялась женщина, позабыв забавлявшие её в детстве истории про лунатиков.</P> <P>- Когда ходят по ночам…</P> <P>- Раньше ходил… С пацанами. Но я сказала: «Рано ещё!»</P> <P>- Не то, - поморщился доктор. - Во сне круги не нарезает? Некоторых на балкон заносит. Ходят по перилам, как по мостовой.</P> <P>- Балкона-то у нас нету, - выдохнула Екатерина Александровна.</P> <P>- Вопрос остаётся открытым, - не удовлетворившись ответом, тускло промолвил доктор. Затем оживился, и уже Лёшке: - Чужие мысли не пробовал читать?</P> <P>- Неа, - помотал головой испытуемый.</P> <P>- А ты попробуй.</P> <P>- Ладно, попробую.</P> <P>- Сейчас.</P> <P>- А чьи мысли?</P> <P>- Ну, не свои же. Вот о чём я сейчас думаю? - хитро прищурился доктор.</P> <P>- Кажется, вам хочется поужинать, - ляпнул Лёшка первое, что пришло на ум; беседа начала его утомлять.</P> <P>- Почти угадал! - прыснул от смеха дежурный врач. - Я мысленно произнёс: «Какой интересный фрукт к нам пожаловал». А перекусить, конечно, не мешало бы.</P> <P>Доктор вышел в коридор и крикнул медсестре:</P> <P>- Зина! Проводи мальчика в нейрохирургическое отделение.</P> <P> Утром во время обхода больных – а Лёшку поместили в палату с находившимися здесь на обследовании подростками с подозрениями на тяжёлые недуги и лечившимися после травм – заглянул заведующий отделением Валерий Степанович Чагин. О нём лаконично рассказала бирка, прикреплённая к зелёной хирургической рубашке с короткими рукавами. «В полтора раза выше меня», - прикинул Лёшка, опасливо поглядывая на эту персону.</P> <P> Могучий, с обильной растительностью на мощных руках, Чагин был похож на гризли, готовящегося завалить бизона. Но первое впечатление, как оказалось, было ошибочным.</P> <P>- Э, да у вас тут тумбочка описалась! - загремел Валерий Степанович. - Забыли сводить в туалет, пацаны.</P> <P>Лёшкин ровесник с перебинтованной головой, томясь напряжённым предчувствием, вытащил литровый тетра-пак и обомлел:</P> <P>- Пропало печенье – вытек кефир. Вода ушла, а «творог» остался.</P> <P>- Разделение на фракции, - поставил диагноз молочному продукту Валерий Степанович.</P> <P>- Я же говорила: для передач холодильник есть! - раздражённо затянула старую волынку старшая медсестра.</P> <P>- Места не хватило, - пояснил любитель печенья.</P> <P>- Хорошо живёте, - позавидовала медработница.</P> <P>- Большинство людей учится на своих ошибках, - философски заметил Валерий Степанович и обратился к потерпевшему:</P> <P>- Когда встаёшь и ходишь, не мутит?</P> <P>- Нет.</P> <P>- Хорошо. На перевязку позовут.</P> <P>- А тебе, вроде бы, пока рано, - заговорил с таким же горемыкой Валерий Степанович; он взял его лохматыми руками за щёки и, как трансформер, только аккуратно, повертел побывавшую в переплёте голову.</P> <P>- Ему недавно делали, - подтвердил другой мужчина в такой же спецодежде, как и у заведующего отделением. Его фамилию Лёшка не разобрал.</P> <P>Валерий Степанович подступил к третьему пациенту – пятнадцатилетнему Саше, мучившемуся от постоянной головной боли.</P> <P>- Лекарства принимаешь?</P> <P>- Принимаю.</P> <P>- Лучше стало?</P> <P>- Пока нет.</P> <P>- Надо тебя повнимательнее посмотреть.</P> <P>Чагин развернулся и почти вплотную приблизился к Лёшке, который стоял у своей кровати, заложив руки за спину. Валерий Степанович опустил неподъёмную руку на Лёшкино плечо; аж ноги подкосились:</P> <P>- Новичок-боровичок!</P> <P>- Аладин Алексей, двенадцать лет. Страдает… То есть, - запнулся коллега Валерия Степановича.</P> <P>- Нашёл страдальца, - Чагин оглушил Лёшку раскатом смеха. - Наслышан о нём. Мне из отдела образования звонили. Парень здоров, как бык. - Валерий Степанович колыхнул подростка приличным толчком. - Я правильно говорю?</P> <P>- Так точно! - по-военному гаркнул Аладин. - Я вообще не понимаю, зачем меня сюда упрятали!</P> <P>Искреннее возмущение новичка действиями тётенек из районо не возымело на Валерия Степановича действия:</P> <P>- Упрятать могут за решётку. А у нас лечебное учреждение. Пусть нечего лечить. Хорошо. Тогда сделаем тебя ещё здоровее! Сдавай анализы и – на рентген. Вперёд и с песней!</P> <P>Выходя со свитой из палаты, заведующий отделением покосился на лужу под тумбочкой и сбалагурил:</P> <P>- Ставьте утку в следующий раз.</P> <P>- Это о чём он? - осведомился Лёшка у хозяина испорченного печенья. Тот, закатив глаза, почесал забинтованную голову:</P> <P>- Не знаю…</P> <P>Чагин с азартом карточного игрока перетасовал бумажки:</P> <P>- Анализы – хоть в космонавты. Теперь снимочки..</P> <P>- Я уже смотрел, Валерий Степанович. Никаких повреждений, - бодро пошевелил тонкими губами лечащий врач Антон Геннадьевич Линьков; Лёшке, наконец, представилась возможность прочитать надпись на его бирке.</P> <P>Чагин рассмотрел плёнки на свет:</P> <P>- Действительно, всё в ажуре.</P> <P>Лёшка краем глаза увидел на рентгеновских снимках свой череп, и ему стало не по себе. У него вмиг созрел вопрос:</P> <P>- Выписывать будете?</P> <P>- Нет, брат, мы тебя ещё в томограф закатаем, - Чагин отнял надежду на скорое прощание с больницей.</P> <P>- Куда?.. - оробел Лёшка; ему почему-то представились гора асфальта и дорожный каток.</P> <P>- Аппарат такой. Выйдешь оттуда как огурчик. Бэз гыпсу, бэз пыли, бэз шуму. - Чагин заржал в точности как липовый милиционер-таксист Лёлик, только приклеенных усов и тёмных очков у него не было. Лёшка ощутил на загорбке пудовую ручищу заведующего отделением: - Да не бойся ты. Пошли.</P> <P>Томограф оказался саркофагом. Влезать туда Лёшке было в лом, но Чагин так посмотрел на него, что Лёшка понял: лучше залезть.</P> <P>Лёжа на носилках-двигунках, юный мозгоиспытатель перед «закатыванием» пискнул напоследок:</P> <P>- Тутанхамона из меня не сделайте!</P> <P>- По росту и возрасту не дотягиваешь, - откликнулся на шутку Чагин. - Восемнадцать ему было, - и обернулся к Линькову: - А ничего парнишка. Живенький.</P> <P>Несмотря на опасения, Лёшка выбрался из томографа, как ему показалось, без последствий. Живеньким. Валерий Степанович долго вникал в показания, выданные аппаратом: видно, хотел найти что-нибудь особенное. Маска разочарования так и не сошла с его широкого, немного красноватого лица:</P> <P>- Ни одной зацепки.</P> <P>- У нас, к сожалению, не Институт мозга, где можно поглубже копнуть, - высказал сожаление Антон Геннадьевич.</P> <P>- Остаётся делать заключение на основании догадок. Методом тыка, - погрустнел Чагин. - Или отправлять парня в Москву.</P> <P>- Не надо, дяденька, - взмолился Лёшка. - У меня здесь мама.</P> <P>- А что делать? - Чагин покопался пальцем в своём «ёжике»; волосы у него были примерно такой же длины, как у Лёшки три недели назад. - Мы же с этой аппаратурой дальше своего носа не видим, - продолжил заведующий отделением. - У тебя какие-то сдвиги идут, а нам и верхушки айсберга не видно. Ты можешь повторить текст, который прочитал у дежурного врача?</P> <P>Лёшка без запинки процитировал сорок седьмую страницу головоломной брошюры.</P> <P>- А в школе на биологии до какой страницы дошли?</P> <P>- До пятьдесят второй.</P> <P>- А на тринадцатой что?</P> <P>- Лабораторная работа номер один – «Знакомство с многообразием водных простейших». Рассказать?</P> <P>- Валяй.</P> <P>Лёшка книжным языком изложил ход работы из четырёх пунктов, какое оборудование для этого требуется. Даже начало подпункта о корненожках, присутствующего на этой же странице, оттарабанил.</P> <P>- У меня, конечно, нет биологии за седьмой класс, но я не сомневаюсь, что именно так там и написано, - безоговорочно поверил Лёшке Чагин. - Здорово, когда школьная программа лежит на поверхности, и ты её знаешь, как свои пять пальцев, но на фига тебе «Биология продолжительности жизни»?</P> <P>- Вот и я думаю: на фига? - согласился Лёшка.</P> <P>- А ведь твой бортовой компьютер засорён и другой ненужной информацией, и сброса в «корзину» нет, - сказанное Валерием Степановичем напомнило Лёшке Серёгино предположение. - Ты ведь наверняка до каждой минуты расскажешь про любой день после удара о ворота?</P> <P>- Пожалуй, - как-то по-взрослому, неожиданно для самого себя, с тревогой подтвердил Лёшка.</P> <P> - Конечно, у человека задействовано всего лишь пять процентов нервных клеток. Остальные – на скамейке запасных, - в задумчивости проговорил Чагин. - Но это у стандартных, так скажем, людей. Они отсеивают события, как золотоискатель песок. Но ты-то особенный, и неизвестно, когда дойдёшь до перебора.</P> <P>- Совсем запугали мальчишку, Валерий Степаныч, - Антон Геннадьевич улыбнулся так, что узкая полоска губ на миг исчезла с его лица.</P> <P>- Разумеется, драматизировать не стоит, - сказал заведующий отделением. - Я вот о чём: изменился человек. Полностью. Будто на сто восемьдесят градусов развернулся. Так бывает после некоторых болезней. Живёт себе добропорядочный человек. Потом – хоп! Словно подменили. Водку жрать начинает, хотя сроду не пил, в драку лезет. Таких, и даже преступников, можно корректировать. Операциями на правой височной доле. Был маньяк – и нету. Пожалуйте воспитателем в детский садик, - Чагин на минуту остановил течение своих озвучиваемых мыслей, раздумывая, куда это его понесло. - А ты-то, Лёша, ударился…</P> <P>- Левой стороной, - не дал договорить врачу Аладин, сразу уловив суть наполовину проговорённого вопроса.</P> <P>- А там ведь, в височной доле, «блок гениальности», - вспомнил Линьков.</P> <P>- Верно, при ударе парень, скорее всего, отключил этот стопор, - предположил Чагин.</P> <P>- Может, включил? - решил поправить нейрохирурга Лёшка.</P> <P>- Да нет, - Чагин натужно покашлял, - именно выключил. Это очень хитрая зона мозга. Настоящая собака на цепи. Только сунется человек в калитку – зальётся лаем и шагу не даст ступить: бесполезно, дескать, не лезь. Ты понял, что я о мыслях. Приходит кому-то на ум идея. Свежая, необычная. Цепной пёс тут как тут: ничего не получится. Представляешь, сколько миллионов людей из-за этого отказались от своей мечты?</P> <P>- У меня такое много раз бывало, - сказал Лёшка, но сейчас я верю, что своего добьюсь.</P> <P>- Вот и подтверждение! - потирая руки, воскликнул Антон Геннадьевич. - У него сгорел детектор ошибок, и он теперь может ставить перед собой грандиозные цели. У мальчишки большое будущее.</P> <P>- Далеко пойдёт, если милиция не остановит, - сострил Чагин и, терзаемый сомнениями, выдвинул новую версию: - А может, и не в детекторе ошибок дело, а в смене питания. Как узнать, какие у него сейчас биомембраны в клетках нервных окончаний, и какие были раньше? Химический обмен изменился, и вот тебе, пожалуйста. Если на кальциевом уровне – в точных дисциплинах проблески. А ты ведь, - Валерий Степанович глянул на Лёшку исподлобья, - и в гуманитарных предметах шаришь?</P> <P>- По всем пятёрки пошли, - с чувством достоинства заявил семиклассник. - </P> <P> Правда, мне пришлось прочитать учебники за прошлые годы по русскому и математике.</P> <P>- Всё запомнил?</P> <P>- Всё.</P> <P>- Это ещё раз говорит о том, что после резкого изменения химического состава клеток на полную мощь заработали механизмы памяти, - научным языком выразился Чагин.</P> <P>- Да, но, кроме памяти, ещё соображаловка нужна, - Линьков постучал пальцами по своему крутому лбу.</P> <P>- А тут всё взаимосвязано, - расплывчато заметил Чагин и заговорил с Лёшкой. - Дежурный врач сказал, что ты из малообеспеченной семьи.</P> <P>- Мама дворником работает, алименты не получаем, - Лёшка не стал признаваться, что часть их и без того скудного семейного бюджета тратится на спиртное: всё-таки мама купила ему куртку и зимние ботинки, да и не голодают же.</P> <P>- Меню у них явно не лётчикское, - хмыкнул Линьков.</P> <P>- Йодированную соль используете? - поинтересовался у Лёшки Чагин.</P> <P>- Не знаю, есть какая-то в солонке.</P> <P>- А едите что?</P> <P>- Щи с курятиной. Говядины и свинины-то нынче не докупишься, - по-хозяйски начал рассуждать Лёшка. - Ну, крупы всякие там, консервы дешёвые. В общем, питаемся, как все.</P> <P>- Другие едят то, что нам и не снилось, - горько усмехнулся лечащий врач Линьков, вспомнив о своей зарплате.</P> <P>- Консервы, значит, - задумался Чагин. - И какие?</P> <P>- Сардины… Двенадцать пятьдесят на оптовом рынке стоят. А морская капуста так вообще по десятке.</P> <P>- Вот он, ключ! - воскликнул Чагин. - Морская капуста! В ней йода – чёрт на печку не вскинет. И мама, стало быть, с лета пичкает тебя ламинарией?</P> <P> - Я её жую, сколько себя помню, - ошарашил Чагина новым поворотом пациент.</P> <P>- Так…- сделал паузу Чагин. - Это что получается? Годами копил запас йода, и потом прорвало? После удара.</P> <P>- Да какой там йод в консервированной капусте, - скептически протянул Линьков. - Голимый уксус. Он всё убивает. Если бы они замороженную ламинарию в гипермаркете брали…</P> <P>- Тогда я вообще ничего не понимаю, - мысли заведующего отделением зашли в тупик; его накопленный багаж знаний будто украли на вокзале. - Ну ничего. Главное, мы выяснили: патологий у парня нет. И вообще, - Чагин бросил взгляд на часы, - мне в операционную пора.</P><STRONG><EM><A href="http://riasamara.ru/litera/main/21178/article21178.shtml"> <P><STRONG><EM>(продолжение следует)</EM></STRONG></P></A></EM></STRONG> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?21101'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=21101'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]