25 апреля 2008 15:04
Автор: Александр Ануфриев
СОЛНЫШКО В ВЕДЁРКЕ
не такая уж старая волжская сказка
действующие лица:
Филя
Настя
Странник
Витязь Игорь
Чёртик
Сцена первая
Под тремя могучими, древними соснами упорно копает землю Филимон, бесшабашный парень лет 25-ти. Появляется поджарый, жилистый старик в соломенной шляпе, с клюкой и корзиной в руках.
ФИЛЯ (нажимая на лопату). Эх, сладка ты, кочерыжка, помоги, моя мотыжка.
СТРАННИК. Здравствуй, Филенька, добрый молодец.
ФИЛЯ (вздрагивает). Ой, папаша, как же ты меня напугал, сердце чуть было не выпрыгнуло из груди.
СТРАННИК. Здравствуй, говорю.
ФИЛЯ. Здорово…
СТРАННИК. Сосёночки мои, значит, окапываешь.
ФИЛЯ. Твои? Какие же они твои?
СТРАННИК. Ну-ну, бог в помощь.
ФИЛЯ. Ходят тут разные.
СТРАННИК. Золотишко небось ищешь?
ФИЛЯ. А тебе какое дело, старче? Собираешь свои мухоморы, ну и дальше собирай, чеши отсюда.
СТРАННИК. Эх ты, Филя, Филя…
ФИЛЯ. Откуда же ты моё имя знаешь? Я тебя вижу первый раз в жизни.
СТРАННИК. Невоспитанный ты человек, неотёсанный.
ФИЛЯ. Отстань, я червяков копаю для рыбалки.
СТРАННИК. Червяков…копал тут недавно один конопатый Мирон, хитромудрый мужик. Ничего не слышал про такого?
ФИЛЯ. Нет. А что?
СТРАННИК. А то. Нашёл Мирон сундук, набитый серебром, и стал его из ямы доставать. Ан нет, не поддаётся. Что такое? Оказалось, снизу чёрт в сундук вцепился и не отпускает, говорит Мирону: «Продай душу мне, тогда и отпущу?» Мирон послал его подальше.
ФИЛЯ. Так и что?
СТРАННИК. А больше-то Мирона никто и не видел. Провалился он под землю вместе с сундуком.
ФИЛЯ. Ой, старик, ну ты и заливать я вижу мастер.
СТРАННИК. Как есть рассказываю. И потому мотай себе на ус. Оставил бы в покое землю.
ФИЛЯ. Нет, отец. Всё решено. Найду бриллианты, золото, разбогатею, работать не буду, женюсь на любой красавице. А кому я нищий да пьющий нужен?
СТРАННИК. Бриллианты, золото…да разве в этом счастье?
ФИЛЯ. А в чём же ещё? Хотя бы один крошечный найти мне для начала.
СТРАННИК. Что ж, тому и быть. Найдёшь ты его рядом в Каменном озере.
ФИЛЯ. Откуда тебе знать-то?
СТРАННИК. Ох и дурень ты, Филимон.
ФИЛЯ. Да я тебе сейчас за дурня все бока намну (замахивается на старика лопатой, а того уже и след простыл). Эй, ты где? Папаша? Он исчез, вот чудеса. Чего он там про озеро бубнил? Однако, жарко (стягивает с себя рубашку). Искупаться бы, передохнуть (бежит к сверкающему озеру). Сейчас наплаваюсь я всласть. А клад найти успею (ныряет в озеро, плавает). Ох и хороша водичка, да и караси вокруг так и плещутся. А если порыбалить, душу отвести? Люблю я это дело. И ракушки под ногами колются (достаёт со дна ракушки, идёт на берег). Славная наживка (открывает ножом ракушки, замечает в одной из них сверкнувший камешек). Что это? Эх, мать честная, это же бриллиант (любуется жемчужиной на солнце). Ой (роняет в траву жемчужину). Какой же я растяпа.
Из травы поднимается прекрасная девушка, синеокая, стройная.
ФИЛЯ. Ничего себе…
НАСТЯ. Здравствуй, молодец.
ФИЛЯ. Ух ты! Здравствуй. А ты чья?
НАСТЯ. Меня Настей зовут.
ФИЛЯ (изумлённо). Я красивых таких не видел. Ну и краля ты. Наши-то деревенские все неказистые, как на подбор.
НАСТЯ. Ошибаешься, молодец.
ФИЛЯ. Нет, все курносые, мясистые и кулаки у них большие.
НАСТЯ. Доставалось тебе, значится, от них.
ФИЛЯ. Бывало. И откуда ты взялась-то?
НАСТЯ. Слышал что-нибудь о Ладограде?
ФИЛЯ. Нет. Деревня что ль такая?
НАСТЯ. Есть такой небесный город над вершинами, в долинах Жигулёвских гор. Его причудливые домики и улочки, колоколенки и башенки церквей сверкают золотом на солнце.
ФИЛЯ. Всё из чистого золота?
НАСТЯ. Нет. Ладоград не из камня и не из золота, он из чистых солнечных лучей. Он походит на радугу, на мечту.
ФИЛЯ. Морочишь ты мне голову.
НАСТЯ. А живут в нём творцы и мечтатели, самые доброжелательные люди на земле. Там никто никому не завидует, нет жадин и прохвостов.
ФИЛЯ. Свежо предание…
НАСТЯ. Я, Филя, в нём жила, пока не превратил меня злой волшебник в жемчужину. Он заклятие на меня наложил: нашедший эту жемчужину волен будет судьбою моею распорядиться. Филя, отпусти меня в мою обитель небесную, в родной Ладоград отпусти, пожалуйста.
ФИЛЯ. Подожди, я подумаю.
НАСТЯ. Если отпустишь – добро тебе принесу, не отпустишь – бедой обернусь. Ну зачем я тебе?
ФИЛЯ. А давай вместе клады искать?
НАСТЯ. Мне чужого добра не нужно.
ФИЛЯ. Вот чудная. Мы найдём сундук, разбогатеем, заживём с тобой на широкую ногу. Построим трёхэтажный терем с петушками да со слугами. И будем только распоряжаться: «Подать к крыльцу троечку для прогулочки! Потушить на обед поросёночка или уточку!»
НАСТЯ Это всё лишнее.
ФИЛЯ. Нет, я считаю, жить так жить, гулять так гулять.
НАСТЯ. Не по мне такая жизнь. Отпусти меня, Филечка.
ФИЛЯ. Как бы не так. Ты мне очень нравишься. Все дружки мои ахнут от зависти. А то дразнят меня Филя неприкаянный.
НАСТЯ. Вот если б ты любил меня.
ФИЛЯ. Полюблю ещё, Настя, успеется.
НАСТЯ. Не отпустишь, значит?
ФИЛЯ. Нет, сначала обвенчаемся, сыграем свадьбу.
НАСТЯ. И согласие тебе моё не надобно?
ФИЛЯ. Так я же твой распорядитель, господин. У меня свой дом имеется, хозяйство. Одному – тоска с ним управляться. А с такой красавицей, как ты, другое дело.
НАСТЯ. Как прикажешь, Филечка.
ФИЛЯ. То-то же. Ступай за мной.
Сцена вторая
Деревня. На скамейке возле своего дома сидит Филька, лузгает семечки, попивает вино из кувшина. Неожиданно перед ним появляется старик, с которым он встречался накануне в лесу.
СТРАННИК. Доброе утро, молодец.
ФИЛЯ. Ой, ты меня, отец родной, заикой сделаешь.
СТРАННИК. Как жизнь?
ФИЛЯ. Женился я, медовый месяц у меня в разгаре.
СТРАННИК. Поздравляю, слышал, слышал. И не совестно тебе?
ФИЛЯ. Чего?
СТРАННИК. Жена твоя с утра до вечера спины не разгибает, хлопочет в доме и на огороде. А ты всё баклуши бьёшь, винишком балуешься.
ФИЛЯ. Ты опять, папаша, суёшь нос не в своё дело. На то она и жена мне – хозяюшка. Женщину надо в узде держать.
СТРАННИК. Хоть бы крыльцо починил, доски в нём совсем прогнили, проваливаются. А забор перекосился, на ладан дышит.
ФИЛЯ. Всё-то ты знаешь. Я не плотник.
СТРАННИК. Ну так позови Кирилла на помощь.
ФИЛЯ. А кто это?
СТРАННИК. О, это знатный плотник. Может быть, единственный в своём роде. Он себе такой построил дом, как терем, и крыльцо к нему с балясинами точёными смастерил.
ФИЛЯ. Зачем это?
СТРАННИК. На следующий день пришли к нему друзья на новоселье, тоже удивились: «Больно уж крыльцо высокое, Кириллушка, зачем же ты столько ступенек-то настрогал? Вот мы будем через две ступеньки подниматься». И пошли – и провалились все до единого.
ФИЛЯ. Куда провалились?
СТРАННИК. А я почём знаю. Следующие гости были поумнее – наступали на каждую ступенечку – и в дом они вошли. А один припоздал – шагнул через ступеньку – и тоже пропал.
ФИЛЯ. Все у тебя пропадают и проваливаются. И зачем мне такое крыльцо со страшилками? Надо проще жить.
СТРАННИК. Без крыльца и забора? Да, не сваришь с тобой каши, а если и сваришь, то сгоревшую или пересолёную.
ФИЛЯ. Помог бы ты лучше с кладом.
СТРАННИК. А ты его уже нашёл. Дуракам-то везёт.
ФИЛЯ. И где же он?
СТРАННИК. В данный момент под палящими лучами солнца на огороде.
ФИЛЯ. Ты на Настю что ли намекаешь?
СТРАННИК. Догадался, ишь ты…
ФИЛЯ. Нет, она не в счёт. Найти бы сундучишко.
СТРАННИК. Совесть бы тебе свою найти, Филимон.
ФИЛЯ (хватает с земли палку). Всё, папаша! Ты меня достал (оглядывается по сторонам). Ой, опять утёк. Вот прыткий старикашка. Настя! Настя!
НАСТЯ. Да, Филечка.
ФИЛЯ. Сколько раз я говорил, не называй ты меня так. Как ребёнка несмышлёного. Зови: «Супруг мой».
НАСТЯ. Да, супруг мой.
ФИЛЯ. Чем ты занимаешься?
НАСТЯ. Я? Грядочки полю.
ФИЛЯ. Бросай всё. У меня опять тоска, и выпить не с кем.
НАСТЯ. Так сходи к дружкам, развейся.
ФИЛЯ. Надоели они все. Начнут опять завидовать: «Настёна твоя хваткая, красивая и верная. Вот бы такую найти»…посиди со мной.
НАСТЯ. Хорошо. Я только вот умоюсь, за водой схожу, за солнышком.
ФИЛЯ. За солнышком?
НАСТЯ. Ну да. Каждый раз, когда иду я за водой на Каменное озеро, то хочу солнце домой принести. Зачерпну воды озёрной – и оно в моём ведёрце оказывается, светит ослепительно. Несу его скорей домой. Но стоит мне порог дома переступить, как оно гаснет.
ФИЛЯ. О чём ты говоришь? Ты явно перегрелась.
НАСТЯ. Не смейся надо мной.
ФИЛЯ. Несёшь в ведре ты воду, значит, кроме воды в нём и нет ничего.
НАСТЯ. Оно гаснет, потому что ты меня не лююбишь.
ФИЛЯ. Оно гаснет, потому что и не зажигалось.
НАСТЯ. Может, на этот раз принесу.
ФИЛЯ. Попытка не пытка.
НАСТЯ. Я мигом, Филя (убегает с ведром к озеру).
ФИЛЯ. Вот смешная. Такой же и мама моя была. Бывало, в детстве попрошу её мне сказку рассказать, а она вдруг обнимет меня крепко за плечи и шепнёт: «Смотри, сынок, какой закат. А месяц-то, месяц какой». И сидим с ней на крыльце вместо сказки закатом любуемся или звёздами. Или видит, сосед Епифан на охоту собрался. Она ему: «Пишка, зри красоту!» И укажет пальцем куда-то вдаль. Епифан и смотрит не мигая в небеса. Он как новорождённый смотрит. Потом плакать начинает от восторга, слёзы катятся по бороде. Он забывает про охоту, возвращается домой. Так никого и не подстрелив (идёт в дом).
Возвращается Настя с ведром воды.
НАСТЯ. Вот оно солнышко, Филь.
ФИЛЯ. Ух ты! (запускает руку в ведро, достаёт из него жирного карася). Вот это улов!
НАСТЯ. Что ты делаешь?
ФИЛЯ. На удочку такого не поймаешь, а моя Настёна ведёрком ловит.
НАСТЯ. Отпустить его надобно обратно в озеро.
ФИЛЯ. А вот это дудки. Свари-ка мне лучше ухи.
НАСТЯ. Как же так, ведь было в ведёрке солнышко (плачет).
ФИЛЯ. Какая ж ты наивная. Говорят, это Озеровик хулиганит, хозяин озера. На самом дне живёт он в розовой раковине с окунями-камердинерами. Борода его длиннющая зеленеет по берегу, на голове же – венец из кувшинок.
НАСТЯ. Не везёт мне.
ФИЛЯ. Почему же не везёт? Карась аппетитный попался. Вари его!
НАСТЯ. Никого тебе не жалко.
ФИЛЯ. Вари, говорю (возвращает карася в ведёрко). Я кому сказал!
НАСТЯ. Всё равно отпущу его (убегает с ведёрком на озеро).
Сцена третья
Этой же ночью. Филька спит на лавке. Настя поднимается с кровати, одевается, выбегает из дома.
ФИЛЯ (встрепенувшись). Настя? Ты где? Настя! (вскакивает с лавки). Ах ты, бестия, так вот оно что. Ухажёра завела себе ночного. Проучу обоих (пулей вылетает из дома).
Настя тёмным переулком идёт к церкви, останавливается у входа в неё, крестится – и двери открываются.
ФИЛЯ. С батюшками крутит. Ну я ей задам.
Настя входит в церковь, поднимается на колокольню. И тут же вспыхивает яркий луч, соединяющий колокольню с небесами. Настя ловко идёт по лучу, исчезает.
ФИЛЯ (поражённый чудом). Вот это да! Куда же она умыкнула? Не иначе как в Ладоград отправилась. Значит, он на самом деле существует, волшебный город, золотом и ожерельями украшенный, с беззаботной жизнью, там наверное вино рекой. А я-то чем хуже? Я тоже хочу в Ладоград! Настя! Подожди меня! Зачем же ты меня бросила? (проворно забирается на колокольню. Гаснет луч, но Филя наступает на то место, где луч только что был и…падает вниз).
Тут же появляется старик.
СТРАННИК. Хорошо, я рядом оказался, подбросил сюда соломушки.
ФИЛЯ (стонет). Ой…ай…
СТРАННИК. Отчаянный ты парень.
ФИЛЯ. Уйди, отец.
СТРАННИК. Гонишь, да? Я жизнь тебе спас. Если бы не я – костей бы ты не собрал, Филимонушка.
ФИЛЯ. А хоть бы и так.
Сцена четвёртая
На следующее утро. Филя вертится на кровати, охает от боли. Настя делает ему примочки.
ФИЛЯ. Дай моей настойки, в горле пересохло.
НАСТЯ. Не положено.
ФИЛЯ. Вот выздоровлю – задам тебе. Мужа не слушаться!
НАСТЯ. За что?
ФИЛЯ. Гуляешь по ночам.
НАСТЯ. Первый раз я вышла.
ФИЛЯ. Ты уходишь каждую ночь, изменяешь мне.
НАСТЯ. Болтаешь что ни попадя. Скучаю я по Ладограду.
ФИЛЯ. Ну и осталась бы там.
НАСТЯ. Нет, теперь не смогу.
ФИЛЯ. Почему?
НАСТЯ. Обвенчались мы с тобой, Филечка. Значит, должны быть вместе до последней минутки жизни.
ФИЛЯ. А как же колдовство? Ты ведь была заколдована.
НАСТЯ. После венчания колдовство и закончилось.
ФИЛЯ. Я тоже хочу в Ладоград. Набить бы там карманы брильянтами, золотом и обратно в деревню.
НАСТЯ. Нельзя заходить в Ладоград с такими мыслями.
ФИЛЯ. Чем они плохие-то? Заживём с тобой по-людски.
НАСТЯ. Чистота душевная, родниковая там ценится превыше всего.
ФИЛЯ. Экое чудо. Хоть бы одним глазком посмотреть.
НАСТЯ. Ты сначала вылечись. Весь в синяках и ссадинах.
ФИЛЯ. Ох и скрытная ты, Настя. Верно, знаешь ты волшебное слово какое, чтобы попасть в этот город? Признавайся.
НАСТЯ. Ничего я не знаю.
ФИЛЯ. Как же ты тогда держалась на луче и шла по нему?
НАСТЯ. Получалось как-то само собой.
ФИЛЯ. Кажется, я знаю, кто мне поможет.
НАСТЯ. Оставил бы ты эту затею, Филь.
ФИЛЯ. Да как ты смеешь мне перечить? (пытается подняться с постели, падает на пол). Ты бояться меня должна как огня.
НАСТЯ. Филечка.
ФИЛЯ. Я инвалидом теперь буду.
НАСТЯ. Нет, подлечишься.
ФИЛЯ. Голова-то какая крепкая оказалась. Всё-таки с колокольни упал.
НАСТЯ. Всё пройдёт.
ФИЛЯ. Но должен же я в этой жизни чего-нибудь добиться.
НАСТЯ. Должен, должен.
ФИЛЯ. Чтобы ты гордилась мной.
НАСТЯ. Кашки я тебе вот рисовой сварила. Как ты любишь: с лучком и курочкой. Покормлю сейчас.
ФИЛЯ (морщится). Снова кашки? Настойку хочу.
НАСТЯ (кормит мужа с ложечки). Ну-ка, Филя, вот молодец.
ФИЛЯ. В Ладоград хочу. Признайся, ведь там всё из золота.
НАСТЯ. Конечно…кушай, кушай.
ФИЛЯ. Камни на дорогах тоже золотые?
НАСТЯ (смеётся). Ага. Ну и глупый же ты.
ФИЛЯ. Подберу один, нет, несколько.
НАСТЯ. Не поднимешь, надорвёшься.
ФИЛЯ. Ты опять смеяться надо мной!
НАСТЯ. Съешь ещё одну ложечку.
ФИЛЯ. Налей стопарик.
НАСТЯ. Молочка?
ФИЛЯ. Моей настойки!
НАСТЯ. Ротик шире открой-ка. Вот, молодец.
ФИЛЯ. Ох и хитрая ты, Настя.
НАСТЯ. Уж какая есть.
ФИЛЯ. Вот погоди, поправлюсь…
Сцена пятая
Филя с перевязанной головой стоит с лопатой у тех же сосен.
ФИЛЯ. Эй, старик! Папаня! Выходи, где ты прячешься? Замаскировался. А то весь лес перекопаю, всех твоих чертей переполошу!
СТРАННИК. Чего кричишь? Контуженный.
ФИЛЯ. Здравствуй, старичок-боровичок. Во-первых, спасибо тебе за подстилочку под колоколенкой.
СТРАННИК. На здоровие. Как себя чувствуешь?
ФИЛЯ. Настёна еле меня выходила. Бывает, только голова гудит как сосна на ветру. Или вдруг такую лёгкость чувствую в теле, что, кажется, подпрыгну – и умчусь ввысь.
СТРАННИК. Жив-здоров. Рядом Настя-кудесница. Чего тебе ещё надобно? Вот досталась бы тебе как одному Касьяну – Марья, тогда бы ты понял почём фунт лиха. Ведь они каждый божий день ссорились – били посуду, колотили друг дружку. И однажды в пылу очередной катавасии Марья крикнула: «Да чтоб ты в кусок ледышки превратился, Касьян!» Не успела она глазом-то моргнуть, как он и обратился в кусочек льда на полу. Тут она только поняла, что наделала. Как давай причитать и каяться. А мимо её дома странник проходил, постучал ей в дверь: «Что случилось-то?» Так мол и так, объяснила она ему. Странник ей и говорит: "Пожелай ты себе тоже самое». Марья прослезилась, и только исполнила его просьбу, как тут же сама стала ледышкой. Странник бросил обе льдинки в кастрюлю и на весеннее солнышко. Они мигом растаяли, перемешались под лучами майскими.
Он прошептал какую-то молитву над кастрюлей – и Марья с Касьяном опять появились на свет божий. Смотрят они по сторонам, на странника и ничего не понимают. Всё случившееся приняли за сон. Но с этой поры зажили они дружно и весело.
ФИЛЯ. Этот странник был ты?
СТРАННИК. А какая разница?
ФИЛЯ. Доступ к чудесам имеешь. А скажи мне, старичок, действительно он есть такой небесный город – Ладоград?
СТРАННИК. А кто бы сомневался.
ФИЛЯ. Я.
СТРАННИК. Так ведь дуракам закон не писан.
ФИЛЯ (грозно). Ты опять забываешься.
СТРАННИК. Эх, Филимон, Филимон, любовь миром правит и красота, а не жадность и не тщеславие.
ФИЛЯ. И ты тоже был в этом городе?
СТРАННИК. Разумеется.
ФИЛЯ. Очень прошу, помоги мне, отец, до него добраться.
СТРАННИК. Боюсь, что это невозможно.
ФИЛЯ. Разок бы взглянуть на него, шибко хочется. Я тебе всё отдам: и дом, и землю.
СТРАННИК. А Настёну?
ФИЛЯ. Нет, отец, привязался я к ней.
СТРАННИК. Спасибо и на этом. Так и быть, подскажу тебе как попасть в Ладоград. Но если только ты кому-нибудь проболтаешься…
ФИЛЯ. Да чтоб мне провалиться или в пенёк лесной превратиться.
СТРАННИК. Ловлю на слове, молодец. Значит, слушай меня внимательно. Есть тут небольшой овражек Яблоневый.
ФИЛЯ. Знаю такой, я в нём удочки себе срезаю.
СТРАННИК. Неприметная в том овражке волшебная трава растёт – покаянная называется. Повезло тебе, что она как раз в эти дни цветёт, раз в году ярко-жёлтыми колокольчиками. А листы у неё как копеечки круглые. Но не каждый её видит.
ФИЛЯ. Так, так, так.
СТРАННИК. Сорвёшь девять стебельков покаянной травы с цветочками, и с этим букетом в летнюю ночь заберёшься на колоколенку, и пойдёшь по лучу как Настенька. Но перед первым шагом сделай букетиком крест перед собой.
ФИЛЯ. Обязательно.
СТРАННИК. Если не сделаешь – загремишь опять на землю.
ФИЛЯ. Спасибо, отец. Значит, сколько я тебе должен?
СТРАННИК. Дурак ты, Филимон, и не лечишься. Не всё на этом свете монетами измеряется.
ФИЛЯ. Как вернусь – так сразу расплачусь.
СТРАННИК. И зачем я тебе только рассказал – ничегошеньки ты не понял.
ФИЛЯ (бросает лопату в сторону). Ты для меня столько сделал. Дай-ка я тебя расцелую, отец…
Старик исчезает.
ФИЛЯ. Ой (обнимает руками воздух). Папаня! Ну, колдун, волшебник (бежит со всех ног). Скорее в овражек, а то отцветёт покаянная травушка (спускается в овраг). Да где же я здесь найду колокольчики, одна крапива и репьи (ползает на четвереньках). Вот же, вот они! Мои жёлтые колокольчики и листочки у них круглые как копеечки (рвёт цветы).
Сцена шестая
Филя с букетом жёлтеньких цветов стоит на колоколенке, делает букетом крест перед собой, уходит по волшебному лучу.
ФИЛЯ (кричит). Вот оно! Свершилось! Я иду! Ей богу, тела своего не чувствую. Ну держись Ладоград, открывай сундуки, закрома свои (исчезает под звёздами).
Сцена седьмая
Настя сидит в лесу на пеньке и плачет. Появляется старик.
СТРАННИК. Здравствуй, красавица.
НАСТЯ. Здравствуйте.
СТРАННИК. Это что ещё за слёзы, кто посмел тебя обидеть?
НАСТЯ. Никто. Муженёк мой пропал, Филечка. Вот уже неделя прошла, а он всё не возвращается.
СТРАННИК. Было бы из-за кого так убиваться.
НАСТЯ. Ничего-то вы не понимаете, дедушка.
СТРАННИК. Ах ты, сердце девичье, загадка.
НАСТЯ. Надоела, видно, я ему.
СТРАННИК. Да он сам себе надоел. Сколько парней-то пригожих и работящих вокруг тебя увивается.
НАСТЯ. Люб он мне, очень люб.
СТРАННИК. Вот и я говорю: помогу тебе.
НАСТЯ. Правда? Век тогда молиться на вас буду.
СТРАННИК (протягивает девушке букет жёлтых цветов). Это Филин букетик.
НАСТЯ. Мне? Ой, какие цветочки красивые.
СТРАННИК. Это колокольчики покаянной травы. Колокольчики! Позвони в них! (исчезает).
НАСТЯ (изумлённо). Ой, дедушка. Где же он? Обещал мне помочь. Что он там говорил? Позвонить в колокольчики. Кажется, я поняла (поднимает букетик над головой).
Раздаётся нежный серебряный звон. Тут же на белом коне появляется статный витязь Игорь.
ИГОРЬ. Здравствуй, хозяюшка.
НАСТЯ. Здравствуйте.
ИГОРЬ. Не пугайся, меня витязем Игорем зовут. Звон колокольчика в твоих руках так мне велел – явиться и помочь тебе.
НАСТЯ. Ой беда у меня, витязь добрый.
ИГОРЬ. Скорее говори, что приключилось.
НАСТЯ. Не знаю, с чего и начать. В общем, муж мой пропал, Филечка.
ИГОРЬ. Что-то я о нём уже слышал от ветра степного и летнего облака.
НАСТЯ. Что же вы слышали?
ИГОРЬ. К сожалению, ничего хорошего: жену он свою обижает, работать ленится, охотник до бражки. Проучить бы его как следует, тумаков надавать.
НАСТЯ. Что ты, что ты, ни в коем случае. Вот позвала на свою головушку витязя.
ИГОРЬ. На таких-то как он кулаки мои ох как чешутся.
НАСТЯ. Возврати мне его и достаточно.
ИГОРЬ. Сколько ни встречал я девушек, но такую как ты, красавицу золотоволосую, ясноглазую впервые вижу.
НАСТЯ. Не надо мне вашей помощи.
ИГОРЬ. Почему?
НАСТЯ. Уж больно ты влюбчивый.
ИГОРЬ. Потому и доставлю я тебе Филимона в целости и сохранности. Будь спокойна.
НАСТЯ. Вы не поколотите его?
ИГОРЬ. Моё слово твёрдое.
НАСТЯ. Ой, я совсем забыла. Одна весточка от него была (протягивает витязю письмо).
ИГОРЬ (изучает письмо). Как курица лапою пишет. Настя, не поминай меня лихом. Найди себе другого мужа, более достойного. А я живу в Ладограде как у Христа за пазухой. Филя…ну и фрукт он у тебя.
НАСТЯ. Неужели другую нашёл?
ИГОРЬ. Да нет. Теперь его найду в два счёта. Трезвый-то такого не напишет.
НАСТЯ. Сердце изболелось за него. Торопись, светлый витязь
ИГОРЬ. До свиданья, красавица.
НАСТЯ. Удачи!
Сцена восьмая
Торговая лавка-рюмочная «У Филимона». Сам хозяин лавки, Филя, сидит за добротным обитым зелёным сукном столом, пьёт вино, закусывает. В дверь его «кабинета» стучат.
ФИЛЯ. Поесть спокойно не дают. Заходи! Эй, кто там?
На пороге возникает старик, загримированный под слепого нищего, он в тёмных очках и с тросточкой.
СТРАННИК. Приятного аппетита, господин хороший.
ФИЛЯ. Проходи, мил человек. Присоединяйся, поешь от души..
СТРАННИК. Спасибо за приглашение, но тороплюсь я, однако.
ФИЛЯ. Ты за милостыней, верно. Я сейчас (запускает руку в свой мешок, достаёт из него горсть брильянтов, протягивает их старику). Вот, возьми.
СТРАННИК (кланяется, забирая брильянты). Благодарствую. Не жалко?
ФИЛЯ. Этого добра хватает (трясёт в воздухе мешком). Видишь, ещё сколько?
СТРАННИК. Это где же такие мешки растут?
ФИЛЯ. Тебе расскажи, ты не поверишь.
СТРАННИК. Ну а всё-таки?
ФИЛЯ. Ты о Ладограде слышал что-нибудь?
СТРАННИК. Какой-то город-сказка, болтают о нём всякое.
ФИЛЯ. Это вовсе не сказка, дедуля, и не мираж. Я побывал в нём, понимаешь? Удивительный, ослепительный город, жемчужина Жигулей. И люди в нём живут прекрасные, улыбчивые, добрые, чистые.
СТРАННИК. Тогда чего же ты не остался в нём?
ФИЛЯ. Потому и не остался…тоска, дед, вдруг такая тоска меня охватила, хоть плачь. Я впервые над жизнью задумался. Я почувствовал себя там одиноким, чужим. Меня жёг стыд и позор за прошлое. Ни одного ведь доброго дела я не сделал, ни одного доброго словечка я никому не сказал.
СТРАННИК. Приятно слышать.
ФИЛЯ. Ты о чём?
СТРАННИК. В тебе проснулась совесть.
ФИЛЯ. Что-то голос мне твой знаком.
СТРАННИК. Грибника-то чай помнишь? Спасителя своего возле колоколенки? (снимает тёмные очки). А сейчас?
ФИЛЯ. Ещё бы! Опять ты меня разыграл, отец. Как нашёл?
СТРАННИК. Да уж мудрено не заметить твою лавку-рюмочную с программной вывеской, да ещё у Троицкого рынка.
ФИЛЯ. Место ходовое. С этими алмазами и рынок купить можно, и с полдюжины домов. Слушай, возьми половину мешка? Алмазы я подобрал на обочине одной из улиц Ладограда на память. И не думал, что они такие ценные, сверкали больно уж красиво.
СТРАННИК. Нет, Филимон. Ты сам уж со своим богатством разбирайся. Плохо, что ты про жену-красавицу свою совсем забыл.
ФИЛЯ. Нет, я каждую минуту о ней помню. Сколько слёз она из-за меня непутёвого пролила. Ох и люблю я её.
СТРАННИК. Настя ждёт тебя.
ФИЛЯ. Не может быть.
СТРАННИК. Какой же ты пенёк. Видно, придётся тебя как Сашку-дракончика связывать и везти обратно.
ФИЛЯ. А кто это, Сашка-дракончик-то?
СТРАННИК. Много лет тому назад жил такой в Подгорах псаломщик Сашка по прозванию Дракончик, потому что снился ему каждую ночь один и тот же сон. Будто бы забирается в Сашкин домик на краю села чудовище трёхголовое, хвостатое, зубастое и пытается его съесть. И Сашка до рассвета с ним сражается с серпом в руках, рубит ему страшные головы, да только они снова вырастают. И на следующую ночь Сашкин бой повторяется. А утром он соседям в подробностях всё рассказывал. Священник церкви отец Никон не взлюбил за это Сашку, стал против него сельчан агитировать. Дескать, Сашка бесами одержим, большую беду на село навлечь может. Надо гнать его из села и как можно скорее.
ФИЛЯ. И что, выгнали?
СТРАННИК (кивает). Поддались мужики наговорам священника и поколотили Сашку, положили его в лодку и отвезли на другой берег Волги, там и бросили.
ФИЛЯ. За правду всегда страдают.
СТРАННИК. И через неделю в Жигулях землетрясение началось. Будто бы чудовище какое под землёй проснулось. Зашевелилось, зарычало, заскребло когтями оно, пытаясь скинуть со своего хребта всё и вся. Трое суток трясло жигулёвскую землю, пока до мужиков не дошло, что надо Сашку возвращать, потому что больше некому с Дракончиком бороться. И вернули, он сопротивлялся, так они его связали, попросили у Сашки прощения и привезли обратно в Подгоры. Землетрясение тут же прекратилось, потому что ночью Сашка одолел Дракончика, одним взмахом серпа снёс ему головы.
ФИЛЯ. Вот герой! Он в памяти людской останется, а я…
СТРАННИК. А кто тебе мешает? Это я дремучий старик, а ты ещё молод. Силушки в тебе хоть отбавляй. Не ленись только и не злись на весь мир.
ФИЛЯ. Насте куплю самый лучший дом в городе, наряжу её как столичную барышню. Заживём с ней, и детишек нарожаем.
СТРАННИК. Дом купить – это дело нехитрое. Ты построй-ка что-нибудь своими-то руками.
ФИЛЯ. А куда же алмазы девать?
СТРАННИК. А туда, откуда взял.
ФИЛЯ. Нет.
СТРАННИК. Стыдно возвращать или ты боишься?
ФИЛЯ. Ничего я не боюсь
СТРАННИК. Посмотрим (исчезает).
ФИЛЯ. Эй, старик, ты где? Опять он меня бросил. Ни жены, ни друга рядом.
ГОЛОС. Ошибаешься.
ФИЛЯ (испуганно). Кто здесь?
ГОЛОС. Твой самый лучший друг.
ФИЛЯ. Вот так дела, до чёртиков напился.
ГОЛОС. Не в бровь, а в глаз.
ФИЛЯ. А ну-ка покажись ты, гнусавенький? (начинает искать невидимку). Где же ты?
Филя получает несколько пинков.
ФИЛЯ. Ой.
ГОЛОС. Я здесь. Так кто из нас гнусавенький?
ФИЛЯ. Прошу прощения.
ГОЛОС. Сядь и не дёргайся!
ФИЛЯ (опускается на стул). Ну?!
ГОЛОС. Не нукай, не запряг.
Невидимка обретает обличье лохматого чёртика, усевшегося на столе.
ФИЛЯ (крестится). Чур меня, чур меня.
ЧЁРТИК. Тоже мне мечтатель! Рынок он купит, улицу. Надоело мне смотреть на тебя и выслушивать. Надо нам с тобой договориться.
ФИЛЯ. О чём это?
ЧЁРТИК. Душонка мне твоя нужна. Понимаю, что она у тебя мелкая, завистливая…
ФИЛЯ. Как это, душонка?
ЧЁРТИК. От тебя ничего не убудет. Договор подпишешь и всё. Закорючка твоя нужна на бумаге.
ФИЛЯ. Что ещё за закорючка?
ЧЁРТИК. Подпись. Ты писать умеешь?
ФИЛЯ. Слово «Настя» знаю как писать.
ЧЁРТИК. Темнота, вот тундра-то, с кем я связался. Крестики умеешь рисовать, грибочки?
ФИЛЯ. Грибочки могу.
ЧЁРТИК (протягивает бумагу Филе). Так давай, рисуй скорей грибочек.
ФИЛЯ. А какой? Мухомор, подосиновик?
ЧЁРТИК. Мухомор, естественно, он же вкуснее.
ФИЛЯ. Кому что (рассматривает бумаги). Нет, не буду рисовать.
ЧЁРТИК. Ну, Ванечка…
ФИЛЯ. Что здесь написано?
ЧЁРТИК. Для бестолковых повторяю: душонка мне твоя нужна, Филипп. Или гони брильянты.
ФИЛЯ. А щелчок не хочешь по носу? (рвёт бумагу на мелкие кусочки). А в ухо не желаешь?
ЧЁРТИК. Договор порвал, пропойца.
ФИЛЯ. Кто? Да я тебя, мышонок (пытается ухватить чёртика за хвост, но тщетно).
По кабинету начинают летать счёты, линейки, книги, бутылки. Они лупят Филю со всех сторон.
ЧЁРТИК (смеётся). Получай, сам напросился.
ФИЛЯ. Ой, ой больно как.
ЧЁРТИК. Подпишешь?
ФИЛЯ. Нет.
ЧЁРТИК (забирает мешок с драгоценностями). Однако, экий дурень.
ФИЛЯ. Отдай мешок!
ЧЁРТИК. Я своё забираю.
ФИЛЯ. Своё?
ЧЁРТИК. Не твоё же. Хотел лёгкой жизни? Чтобы заработать столько, надо многим пожертвовать, совершить целый ряд гадливых и постыдных превращений.
ФИЛЯ. Я понял, ты мне снишься.
ЧЁРТИК. Ага (щёлкает пальцами и Филю снова начинают колотить линейки, книги, счёты). Так подпишешь?
ФИЛЯ. Нет!
Сцена девятая
Городская мусорная свалка. Филя лежит здесь связанный верёвкой с нанизанными на неё консервными банками. Появляется витязь Игорь на белом коне. Он ловко спрыгивает на землю, подбегает к Филе.
ИГОРЬ. Кажется, этот. Эй! (встряхивает Филю за плечи).
ФИЛЯ (просыпаясь). Кто? Где? Парень, ты кто?
ИГОРЬ. Я – витязь светлый Игорь (освобождает Филю от пут).
ФИЛЯ. Местный купец, наверное. Смотри, испачкаешься.
ИГОРЬ. Кто тебя так связал и забросил сюда?
ФИЛЯ. Где мой мешок? Ты куда его дел?
ИГОРЬ. Какой ещё мешок?
ФИЛЯ. С драгоценностями. Все вы купцы норовите (напряжённо задумавшись).
ИГОРЬ. Да не нужен мне твой мешок, успокойся. Да и не купец я вовсе.
ФИЛЯ. Ну и шут с ним, коммерсант из меня всё равно никакой. Сам живой и ладно.
ИГОРЬ. Вот именно.
ФИЛЯ. Откуда же ты такой красавец взялся?
ИГОРЬ. Из твоей деревни.
ФИЛЯ. Вот и враки. Нет у нас таких лощёных, и в округе-то нет.
ИГОРЬ. За тобой я, Филя, за тобой. Зазвонил колокольчик серебряный покаянной травы. Попросила Настя найти тебя и вернуть домой.
ФИЛЯ. Моя Настя? Ты знаком с ней? Ты – её жених! Теперь мне всё понятно.
ИГОРЬ. К сожалению, любит она одного тебя, дурака. Без памяти любит.
ФИЛЯ. И я дюже по ней соскучился. Она самый лучший в мире человек. Она сейчас мне снилась: идёт моя милая к озеру за водой, за солнышком. И приносит солнышко домой.
ИГОРЬ. Завидую я тебе.
ФИЛЯ. И стоит она посредине комнаты и улыбается. И весь мир улыбается вместе с ней.
ИГОРЬ. Поехали, Филь.
ФИЛЯ. Ты действительно так думаешь: она обрадуется?
ИГОРЬ. Не то слово.
ФИЛЯ. А как же с пустыми руками-то, без подарочка к любимой возвращаться?
ИГОРЬ. Ты сам ей будешь как подарочек.
ФИЛЯ. Поехали!
И витязь с Филей садятся на коня, разгоняются, исчезают за горизонтом.
Сцена последняя
Настя выбегает из дома на стук копыт. Витязь с Филей верхом на белом коне приближаются к Насте.
НАСТЯ. Филя! Милый мой!
ФИЛЯ. Здравствуй, Настенька! (спрыгивает с коня, обнимает жену).
НАСТЯ. Сколько я слёз пролила, как соскучилась!
ФИЛЯ. Ненаглядная ты моя, кровиночка родная.
ИГОРЬ. Эх, и мне бы свою половинку найти.
НАСТЯ. Очень ты мне люб, Филечка.
ФИЛЯ. А ты мне люба, Настенька.
НАСТЯ. Давай не расставаться больше никогда?
ФИЛЯ. Давай.
Раздаётся ржание коня.
НАСТЯ. Витязь добрый, спасибо тебе.
ИГОРЬ. Да я что…позвонили и я тут как тут.
ФИЛЯ. Спасибо, землячок.
НАСТЯ. Идёмте в дом, скорее, пироги мои вас дожидаются.
Издалека доносится звон колокольчика.
ИГОРЬ. Вот опять по мою честь звон раздаётся. Пироги твои, Настюшка, отменяются.
НАСТЯ. Очень жаль.
ИГОРЬ. Кому-то нужна моя помощь. Такая судьба моя – быть всё время в пути. До свидания!
НАСТЯ. В добрый путь.
ФИЛЯ. Счастливенько.
Витязь, пришпорив коня, стремительно удаляется.
ФИЛЯ. Настя, прости ты меня непутёвого, бесшабашного.
НАСТЯ. Да за что же, Филечка?
ФИЛЯ. За всё-про всё прости. Бестолковый и слепой я человек. Все сокровища мира мизинца твоего не стоят, взгляда твоего лучистого, синего. Ты и есть мой Ладоград.
Появляется старик с котомкой за плечами.
СТРАННИК. Совет да любовь!
НАСТЯ. Добрый день.
ФИЛЯ. Здравствуйте, дедушка.
СТРАННИК. Здравствуйте, здравствуйте.
ФИЛЯ. Знаешь, Настя, если бы не этот человек, то я бы не встретил тебя.
НАСТЯ. А я бы тебя не встретила, Филечка. Страшно представить.
ФИЛЯ. И жизнью я ему обязан. Кто же ты, мил человек, на самом деле? Волшебник, сказочник, путешественник?
СТРАННИК. И первое, и второе, и третье. Называют нас ещё волжскими отшельниками, странниками. Но не оттого, что людей сторонимся, не любим. Нет. Как я к этому пришёл? А увидел однажды в самом себе радужный мостик, ведущий в райские кущи моей души. И пошёл по нему над любимою матушкой Волгой, к Жигулям, к простым людям. Я понял, что надо нести только радость друг другу и свет.
ФИЛЯ. Золотые слова. Ладоград мой, Настенька.
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]