05 мая 2008 11:01
Автор: Константин Полупанов (г. Новочеркасск)
НЕ БЫВАЕТ! (рассказ)
продолжение
Я вскакиваю. Сижу. Темно. Что я не понял? Очень страшно. Чувствую, как по лицу льется пот, всем телом чувствую пульс. Слышу глухие удары сердца. Смотрю по сторонам, темно. Слабый свет в окне. Дыхание частое. Голову налево: горит красная лампочка, чуть левее и дальше светиться оранжевое пятно. Что это? Что это? Ритм ускоряется. Что это? Всматриваюсь. Непонятно. Телевизор? Это телевизор, красный светодиод телевизора. Всматриваюсь, а пятно это выключатель сетевого фильтра. Я дома! Я мертв? Или я дома? Нет, я дома! Это был просто сон, страшный сон. Ощупываю руками поверхность под собой. Мягко, это диван. Точно, это диван. Щупаю дальше – мое любимое одеяло. Я дома! Сердце успокаивается. Это был сон, всего лишь сон. Стираю ладонью пот с лица. Успокойся, Слава, ты дома. Но чего я не понял? Дыхание медленное. Медленно опускаю корпус тела на диван, но его нет… Вместо него бездна, пустота… Я проваливаюсь… Падаю. Я падаю! Кричу, связки до предела напряжены. Сердце вырывается из груди. Кричу. Машу руками, хочу за что-нибудь зацепиться, но ничего нет… Безнадежно закрываю глаза и падаю…
Я вскакиваю. Сижу. По комнате бродит эхо моего крика. Слабый свет встающего солнца слабо освещает помещение. Озираюсь. Это моя квартира, моя ростовская квартира.
- Слава, что случилось? - спросила Саша, видно, проснувшаяся от моего крика, - Слава?! - трясет меня.
Я смотрю на комнату, все нормально. По лицу бежит пот. Я дома. Дыхание реже, биения спокойней. Я у себя дома. Это был сон, страшный сон. Всего лишь сон! Прокручиваю его в голове, пытаюсь запомнить: дом, мама, папа, рана на ноге, еда, война, БТР, автомат, дорога, совещание, поселок, котельная, Дульков, снайпер…
- Слава! - кричит Саша, я поворачиваю голову и смотрю на нее пустыми глазами, - Слава! Слава! Ты меня слышишь? - я киваю головой, чувствуя, как напряжены мои глаза, начинаю часто моргать, - Слава, это был сон! Плохой сон. Успокойся, я рядом!
- Да, да! - еще переваривая произошедшее, отвечаю ей я, - Да! Это лишь плохой сон!
Ущипнул себя за руку. Больно. Это был сон, вот она реальность. Еще раз посмотрел вокруг себя. Все хорошо. Смотрю на Сашеньку, какая она у меня красавица. Ее голубые глаза испуганы, наверное, больше моих.
- Саша! - обращаюсь я к ней, она вопросительно приподнимает подбородок, - Саша, я тебя очень, очень люблю!!
- Я тебя тоже мой малыш! - она чмокает меня в кончик носа.
Мы начинаем целоваться. Такая страсть была только в нашу первую ночь, точнее, неделю, когда мы вообще не вылезали из кровати. Мы снова ложимся. Целуемся. Жадно целуемся. Моя левая рука касается ее обнаженной груди. Ее грудь всегда вызывала в моей душе полный восторг. Она обладательница самого красивого тела, самая умная, нежная и ласковая – любит меня, а я люблю ее. Разве это не прекрасно? Ее рука плавно спускается… Я завожусь с пол-оборота. Ладонью чувствую, что ее грудь упругая как никогда.
- Подъем! - не понимаю…
Сашенька сливается с моим телом.
- Курс, подъем! Тревога… - не понимаю голос издалека.
Я обхватываю руками ее ягодицы. Изредка касаясь пальцами кожи, я не спеша поднимаю руки, стремясь к ее великолепной груди.
- Первый взвод, подъем! - слабый, но знакомый голос.
Руки достигли намеченной цели. Грудь невозможно ни с чем сравнить… Начинаю получать немыслимое удовольствие, закрываю глаза…
- Лозинского разбудите! - слышу я совсем рядом.
Кто-то толкает меня в бок. Я не хочу… Нехотя открываю глаза. Белый потолок. Не двигая головой, рыщу глазами. Я в казарме. Закрываю глаза… Сашенька – единое целое со мной.
- Лозинский, вставай, мля! Тревога! - слышу голос своего «замка», Траха.
Поднимаю тело, ноги скидываю с кровати. Сижу. Башка не работает. Сон, сон, сон… Хороший сон, вспоминаю основные моменты, чтобы не забыть его: Саша, БМВ, ресторан, охранник, мост, квартира… - мысли останавливаются на секунду, - …дом, мама, папа, рана на ноге, еда, война, БТР, автомат, дорога, совещание, поселок, котельная, Дульков, снайпер… - я вспоминаю снайпера, снова становится страшно. Чего я не понял?
- Слава, оторви жопу от кровати! - орет Трах.
- Сейчас встану! - ору я в ответ и встаю.
- Ты че на меня орешь? - возмущен он.
Я не обращаю внимания. Лучше промолчать, дешевле выйдет. Пусть остынет, а то он дюже заведен. Вперемешку с мыслями о сне мозг выдает информацию о том, как мне надоел голос замкомвзвода. Ужас. Триста дней в году (исключая отпуска) на протяжении вот уже почти четырех лет меня будит не дневальный, которого я не слышу, а будет именно Трах. Если прикинуть, то я уже примерно тысячу сто раз просыпался от его крика «Лозинский, Вставай!». Тошнит. Я понимаю, должность у него такая, но можно было бы как-нибудь нежнее. Как мама, например: «Славик, пора вставать! Просыпайся соня. Доброе утро», - примерно так, только без поцелуя. Улыбаюсь. Смотрю по сторонам, все одеваются.
Беру штаны, натягиваю. Майка, китель. Пока одеваюсь, периодически закрываю глаза и вспоминаю Сашу. Получилось. Когда натягивал кирзачи, ее образ был уже точно запечатлен в моей памяти. Какая же она красивая! Таких девочек, наверное, не существует… В ноги падает вещмешок, я поднимаю голову.
- Владей, начальник, - говорит сосед по кровати Вася, который его кинул, принеся из шифоньера. - И спасибо не говори.
Собираю постельное белье, укладываю в вещмешок. Матрац в скатку, сверху стул. Тумбочку кладу на кровать. Все действия отработаны до автоматизма, беру мешок, иду на центральный проход к оружейке. Следом идет Цыпа. За ним «замок» с шинелью в руках. Натягивает шинель и дает команду строится для получения оружия. Бегут из расположения товарищи. Смотрю на часы, которые висят над входной дверью, только 34 минуты шестого. С учетом того, что команду дали в половину, мы делаем все намного быстрее установленного времени. Правильно, научились технике на первых двух курсах. Теперь мы дембеля в квадрате, год с копейками до выпуска.
Срабатывает противная сигнализация на оружейной комнате. Получаю автомат, штык-нож, подсумок и четыре магазина. Становлюсь с Цыпой возле тумбочки дневального, экипируюсь. Остальные бегут надевать шинели. Нам они не нужны, мы меняем суточный наряд и остаемся в казарме. Думаю о сне, о Саше…. Подходит Вася, сует мне противогаз:
- Что тормозишь?!
- Ага! Есть не много! - беру противогаз, который забыл взять из оружейки.
Планшет и вещмешок кидаю возле ящика с песком. Цыпа становиться «на тумбочку», старый наряд уходит одеваться. Старый дежурный и Витя, новый дежурный, продолжают выдавать оружие остальным взводам. Я становлюсь у входных дверей, которые закрыты на засов. Стаю, думаю о сне. Мелькает горящий БТР…ощущение, что я еще слышу выстрелы, в дверь стучат. Смотрю в глазок – ротный. Открываю, он входит.
- Товарищ, майор! – начинаю докладывать. - За время моего дежурства происшествий не произошло. Дневальный за дежурного курсант Лозинский!
- А где дежурный? - спрашивает он, опустив приложенную к головному убору руку.
- В оружейке еще. А кто подорвал, товарищ майор?
- Просто училищная тренировка. Через две недели комиссия приезжает… - он направился в канцелярию.
Я закрыл дверь. Что у папы с работой? Не пойму! Война? Сашенька, какая же она красивая. Я мечтательно вздохнул. Смотрю, дежурные уже закончили, взвода почти построены на ЦП. Витя командует и докладывает ротному о готовности подразделения. Ротный говорит, что медленно, он всегда так говорит, ведь и сейчас личный состав уложился с запасом в нормы. Он дает команду на выход. Я отхожу в сторону, невыспавшиеся сонные тела выходят на улицу. Замыкающими вышли ротный, взводный и старшина.
Двери закрыты, мы в казарме втроем: я, Витек - дежурный и Цыпа, второй дневальный, третий дневальный ушел в столовую… спокойно все. Тишина после утреннего гама.
-Слава, - обращается ко мне дежурный, - Че мы тут делаем? А? Ровесники часика через три проснуться с какой-нибудь бабой под боком на мягкой кровати студенческой квартиры, выпьют пива с похмелья… А мы уже мечемся с утра пораньше, как кипятком обваренные.
- Витя, задавай себе этот вопрос, когда тебе хорошо, а не когда тебе хреново! Задай этот вопрос на плацу через год, когда будешь звезды получать! Что ты здесь делал пять лет? - нехотя ответил я.
- И все же?
- И все же! Витя, ты здесь учишься!
Я сел на ящик с песком и облокотился на стену, поднял голову. Потолок в черном дыму… Потряс головой. Показалось.
Я тоже часто задаю себе этот вопрос. Часто именно в такие моменты, но особенно часто задавал его на первом курсе, когда было очень тяжело. Но ко второму курсу начал привыкать. Привык. Раньше казавшиеся невыносимыми трудности стали обыденностью. Повседневность стала веселее. Мы стремились разнообразить жизнь. Юмор стал постоянным спутником службы. По выходным начали собираться, отрываться по полной. Нашли девчонок себе, кто местных, кто приезжих студенток. Встречали парочками. И вот, глядя на бывших товарищей, а теперь лучших друзей, понимаю, что они прошли через ту же малину, что и я. У меня есть надежные друзья, есть где спать, есть что есть, дома ждут родители, мне платят деньги, через год я получу два диплома, лейтенантские погоны – отсюда и вывод, что я здесь учусь.
-Цыпа, - я посмотрел на товарища, - Слушай, а какую книгу ты читал до «Библии секса»?
- «Толкование сновидений»! А что?
- Это Фрейд написал?
- Да, Фрейд! А что?
- О чем пишет? Что он думает о снах?
- Ты скажи, в чем дело, а я скажу, что пишет! – шантажирует.
- Сон хороший приснился! Что он пишет?
- Счастливый! Сон приснился, еще и хороший. Мне уже неделю ничего не снится, - завидуя…
- К телу! Ближе к телу…
- Фрейд утверждал, что ничего в жизни не происходит спонтанно. Все мысли, все фразы и тем более сны несут какую-то информацию, имеют смысл! - сказал он более конкретно. - Так вот, в отношении снов: сон – это производная от прошлого, то есть события, уже случившиеся в твоей жизни. Либо сон это что-то тобой желаемое, на подсознательном уровне.
- Ну, это явно не прошлое! А будущее может быть?
- Согласно Фрейду – нет! - уверенно ответил он. - Хотя, сегодня пятница.
- И чего? - не понимая, спросил я.
- Фрейд – ученый, философ. А согласно народным сказаниям, сны с четверга на пятницу сбываются… Далеко был в будущем?
- Не помню! - я усиленно копался в памяти, - То ли в 2015-м, то ли в 2025-м. А как разобрать желаемое?
- Скорее всего, все снившееся тебе и является желаемым тобой, но это не точно.
- Ты сам что думаешь?
- Так это я и думаю! – улыбается. - Это уже мои мысли, а не Фрейда. Подумай, может, что-нибудь повторялось?
- Спасибо. Подумаю… - я пошел в комнату досуга.
Повторялось?! Что повторялось? Что повторялось? Родители?! Да, был дома! Правильно, если не был дома, то думал о нем… Дома давно не был! До дома всего 200 километров, а я не был там уже три месяца. Родители?! Обычно ездил каждый месяц. Так долго я не был дома на первом курсе, сейчас четвертый. Но с этими проверками и комиссиями не уедешь! Дом, родители, что еще? Родственники? Нет! Что в окружающей обстановке? Ничего! Что еще? Друзья? Нет! Женщины? Нет! А Саша? Точно, Саша! Красивая девушка с мужским именем Александра. Почему Александра? Отец Саша, брат Саша! Ну и что? Не то. Какая же она красивая… Хорошо, это что-то. Еще! Дорога? Да, но что это, путешествие? Банально! Ресторан? Был в ресторане, но я один раз был на левом берегу и то в ночном клубе. Какой ресторан? Может, к застолью? Нет, с этими проверками еще месяц не видеть гулек. Что в ресторане? Блатные! Еда! Нет, не то! Охранник, лицо знакомое. Кто такой? Кто такой? Где я его видел? На кого он похож? Усиленно вспоминаю лицо. Кто? Кто? Не помню. Лег на стол, смотрю в потолок. Расслабься. Кто он? Это же Калаш! Сто процентов он! Олег Калашников, которого отчислили в прошлом семестре. Непонятно… Остальные кто? Кто еще? Не помню! Что еще? Кровь, много крови! Фигня! БТР, БМВ – к дорогим покупкам? Чушь! Бессмыслица!
- Лозинский! - зовет скучающий Цыпа.
- Подожди! - ору я.
С мысли сбивает! Что еще? Дульман?! Это же Дуля из первого отделения. Прикольно. Кто был еще? Совещание. Вспоминаю, кто был на совещании. В памяти свежо еще. Помню не все, но те, кого помню, все корифеи из моего взвода. Сто пудов. И клички даже те же – Седой, Чук! А вэвэшник Полянников – это же Витя, дежурный. И к чему это?
Итого имеем: родители, дом – одно; девочка Саша; дорога – нет; друзья. Вроде большего ничего. Выхожу из досуга.
- Ты что, соскучился? - обращаюсь к Цыпе.
- Ну что, завис? Вспомнил?
Я покачал головой.
- Ну и забудь! Будешь из-за каждого сна так голову ломать – свихнешься.
- У меня первый раз такое, - отнекиваюсь я. - Просто сон действительно интересный…
- И что повторялось?
- Дом, девочка красивая и пацаны наши снились.
- Стандарт! - заключил он, ухмыльнувшись.
- Не понял? - удивился я такому итогу.
- А, что не понятно? - посмотрел на меня как на дурачка. - Домой хочешь?
- Да!
- Вот тебя подсознание домой и кидает! С девочкой красивой сексом занимался?
- Да!
- А наяву когда крайний раз?
- В отпуске! В чем логика? – я пытался въехать в его рассуждения .
- То есть три месяца назад? Вот подсознание и говорит, что пора уже. А пацаны и мне сняться! Ты же каждый день, двадцать четыре часа в сутки их рожи видишь. Уже четыре года. Твои глаза сильно привыкли к этим мордам. И если их убрать, у тебя, наверное «цикл» прекратится! - улыбается.
- Какой «цикл»? - недовольно и непонимающе спросил я.
- Это я образно говорю… - улыбается.
- Цыпа! - вытягиваю паузу. - Тебе азбуку читать, а не Фрейда! Психолог хренов!
- Это ты зря! Слава, это мое мнение, ты можешь думать по-другому, а правду все равно знает только он! - он ткнул пальцем вверх.
- А где Витек?
- Вон, на первой кровати залипает! - махнул рукой на «располагу».
- Чего хотел, товарищ курсант? - спросил дежурный, продолжая лежать.
- Товарищ сержант, разрешите обратиться? А когда наши придут?
- Как только, так сразу… - он пожал плечами.
- Поляна, а ты мне снился!
- И как я?
- А никак! Ползал контуженный, улыбался! - смеюсь.
- Вот спасибо! - улыбается своей козырной лыбой на все лицо.
Расплылся… Как слон довольный!
- Кайфы все-таки, что мы по-боевому расчету здесь, а не в каком-нибудь резерве. Стояли бы сейчас на плацу, зады морозили!
- Повезло! А на улице дождик срывается. Пока там проверят всех, и замерзнуть, и промокнуть можно.
- Целый час не доспал! - Витя зевает.
- Спать хочется! - я тоже зевнул. - Я вообще полдвенадцатого лег, курсовую дописывал.
- Одно хорошо, на зарядку не бежать.
- Что правда, то правда!
- В отпуск хочу! - замечтался Витек.
- Все хотят. Но тебе грех жаловаться, местный, в увольнение вышел – и дома. Вот тебе и мама, и папа, и друзья! - сам замечтался. - И еда домашняя!
Мы проболтали до семи, Цыпа от безделья начал возле зеркала строевые приемы выдавать, выкручивая немыслимые пируэты. Потом пришли наши, замершие как зяблики. Сдали оружие, а дальше по старой программе: умылись, заправили кровати, навели порядок и отстояли на утреннем осмотре.
К восьми на завтрак. На улице мерзопакостная погода: густой туман и прохладно. Новочеркасск вообще похож на Лондон, постоянно дожди, туманы, ветра. Из головы не выходит сон, сон и Саша. Завтрак окончательно испортил настроение. Попив кофейного напитка и съев бутерброд с маслом, пошли обратно в казарму.
Офицеры у комбата подводили итоги состоявшегося подрыва, старшина дал полчаса свободного времени до занятий. С друзьями пошли в чайную, поднимать настроение нормальным кофе с молоком и шоколадкой – получилось. Без десяти девять построил ротный, подвел итоги с нами. Как всегда, наша рота отработала лучше, быстрее и качественнее, но надо стремиться к улучшению показателей.
Пошли на занятия. Три лекции в так не бодро начавшийся день – это просто мечта. Голова как будто не работает, мыслями полностью погружен в сон. Начальник ведущей кафедры рассказывает про радиостанции нового поколения. Ловлю себя на том, что я как Цезарь – анализирую странный сон, успеваю конспектировать и вдобавок к этому воспринимаю на память интересную для меня информацию. Так как у меня плохое зрение, сижу на первой парте с краю, ноги выставил в проход (под стол они не помещаются). Тупо смотрю в зеленую доску, на которой ничего нет. Полковник заметил.
- Лозинский! - обращается он ко мне.
- Я, товарищ полковник! - с тормозом встав и одернув хебе, отвечаю.
- Ты с нами?
- С вами!
- Он с ней… С лохматой! - раздается с последних парт, следом – хохот аудитории.
- Отставить! Лозинский, представишь конспект в конце лекции.
- Есть!
- Садись!
- Есть!!!
Я сел, начальник продолжил лекцию. Из чего собрал образ Саши? Может, она есть нечто общее между подругами, которые мне нравятся? Нет. Я закрываю глаза, она как наяву. Внимательно смотрю на лицо. Открываю глаза. Нет! Абсолютно что-то новое, что-то совершенное. Продолжаю конспектировать. А может и правда пора просто заняться любовью? Фигня! На втором курсе у меня десять месяцев женщины не было, и ничего такого не происходило, а тут всего лишь три месяца. Мелочи! Вспомнил американскую комедию «40 дней, 40 ночей». Улыбаюсь. У них 40 дней без секса – это подвиг, по их меркам мне можно памятник воздвигнуть. Посмотрел по сторонам, тут половина таких. А может просто усталость? Может, и усталость. Где бы найти себе такую Сашу?
Начальник поднимает еще троих курсантов, они спали. Им тоже придется представить конспекты. Меня в сон не клонит. Война со сном – это отдельный аспект курсантской жизни. По роду деятельности курсантам, как и солдатам, спать хочется всегда и везде. До училища я, например, засыпал только на животе и то с трудом. Уже здесь научился спать на спине, сидя, сидя за партой. И, не поверите, даже стоя. Стоя спать легче, когда есть третья точка опоры – стена, лопата. Но можно и без них. В борьбе со сном не важна физиология. Пощипывания, удары, тряска головой помогают на очень короткий промежуток времени; важна мораль, то есть что-то, что для тебя интересно – тема, цель. На данный момент сновидение интересней лекции. Мозг думает о нем в темпе, который не позволяет тебе заснуть.
Саша, Саша, Саша… Бесконечно крутится в голове. Настолько красивых девочек я не встречал. Хватит думать о Саше. Она вымысел, фантазия, «выкидыш» моего подсознания. Надо валить домой! Родители уже соскучились… Хорошо, перезваниваемся каждый день – я в курсе того, что дома, они в курсе того, что у меня. Как приеду домой, бабушкиного борща со сметаной наверну. Какой у бабушки борщ! Хочется, есть, есть и есть! Я-то вырос не на «ростишке», а на борще бабушкином. Урчит желудок. Хватит о еде, а то сам себя вхолостую переварю.
Пара закончилась. Из четверых, поднятых, за конспект я получил четыре, а остальные «бананы». Пошли на перекур. Погода улучшилась, туман рассеялся. Стоим с Васькой в курилке за клубом, курим.
спрашивает он.
- Кто снился? - спрашивает он.
Я вкратце, пока курим, рассказываю ему сон. Он в шоке. Я и сам еще в шоке. Докурили, пошли учиться.
Еще две пары, социология и метрология, прошли в том же духе. За это время вспомнил почти весь сон. Интересный он все-таки…
Обед, свободное время и – на самоподготовку. Взводом пошли на консультацию по многоканальным системам передачи, завтра защищать курсовую. Послушал структуру защиты, записал перечень дополнительных вопросов. Думать о Саше порядком надоело, но ничего поделать с собой не могу. Второй час САМПО занимался курсовой, разложил все в папку, подписал, оформил.
Не выдержал и на перерыве пошел в роту. Верный способ не думать о женщине – это качаться, что я и сделал. Нагрузки на мышцы и давление металла на тело поставили голову на место. Два часа тренировки ушатали в усмерть, устал. Прохладный душ – немыслимое удовольствие!
На ужин не пошел. В очередной раз есть картошку с килькой не было желания. Пошел в увольнение…
Улицы пустые. Погода нелетная. Руки мерзнут – забыл перчатки. Пойти гамбургер с кофеём скушать? А больше ничего не остается! Пойду. Иду в ближайшую грильницу. Настроения нет. Думаю о витринах, одиноких прохожих, погоде, дороге – в общем, обо всем, что вижу. Заказал, пока ждал – покурил. Гамбургер – это праздник для желудка, довольно вкусно, сытно и относительно дешево. Кофе горячий, пью медленно.
Подъехала красная «бэха». Мне бы такую. Темно, видно плохо, но за рулем точно женщина. Кто-то служит стране всю жизнь, переезжает постоянно из ДОСа в ДОС и катается на «Жигулях», а она просто родилась красавицей и ведь ничего в своей жизни не сделала. Повезло! Она вышла и направилась в мою сторону. Я допивал свой кофе, который неприятно обжигал язык. Хорошая одежда, тело хорошее, стильно. По мере приближения я пытался рассмотреть лицо. Не доходя до меня метра три, ее лицо осветил фонарь. Сердце набрало немыслимую скорость… Я продолжал всматриваться, но глаза уже приняли и узнали знакомые черты. Не может быть! Она не прошла мимо, остановилась напротив меня. Просто стояла и смотрела. Глаза в глаза. Глаза такие не спутаешь…
- Саша?! - пересилив шок, спросил я. Она кивнула…
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]