16 июня 2008 17:38
Автор: Александр Колотило (г. Москва)
Афганистан идет за нами вслед… (повесть) 3
3.
Утром на аэродроме капитан Орловский давал последние напутствия Алексею. Суть их сводилась к тому, что отдел не должен посрамить свою честь в Афганистане, а он, Орловский, покажет пример подчиненным в Витебске. Ведь начальник за общее дело переживает всей душой. Жаль, конечно, что его оставляют в Витебске, а то он бы…
Попрощались сухо. Орловский уехал по своим делам, а весь отдел остался на аэродроме. Толкались на нем до вечера. Нашли барачное здание, в нем и коротали время. Все изнывали от бесконечного ожидания. Наконец в сумерках пошли на посадку «Антеи». Включив мощные прожекторы, они с ревом приземлялись один за другим, поднимая облаками только что выпавшие сухие снежинки. Терентьев пошел к пилотам узнать, куда летят. Те ответили прямо: «В Баграм».
Степанова вызвали к полковнику, прибывшему из Москвы и руководившему посадкой.
- Где твоя машина? – спросил тот.
- Здесь, на аэродроме.
- Загрузишь ее по центру в корабль с бортовым номером… - полковник назвал цифру. – Твоя машина самая тяжелая. Да, кстати, а где Орловский?
- Назначили каким-то начальником над оставшимися нести службу в гарнизоне…
- Что?!. Кто распорядился? – рассвирепел москвич. – Он должен лететь обязательно… Пристроился… Сейчас же вызвать! И прапорщика вместе с ним…
- Батурина? Он здесь…
- Нет, другого… В чьем распоряжении солдаты.
«Бог шельму метит», - подумал Алексей, выслушав распоряжение старшего по званию. Да, не обошла горькая судьбинушка ни Орловского, ни Шилова. Но кто мог тогда представить, что через четыре месяца они в первой партии награжденных получат медали. Двое из всего отдела.
Орловский прибыл с прапорщиком через час. «Пришел домой, стал снимать шинель… Вдруг звонок…» - сокрушался он, переживая неожиданно обрушившийся удар. А Шилов – то вообще был растерян до крайности и совершенно убит. Степанову было неприятно смотреть на обоих отступников и он предложил лететь в разных кораблях. Мало ли… Он словно чувствовал, что один из самолетов не дойдет до места назначения…
Так и порешили. Разбились на две группы и сели в разные корабли. Взлетели около полуночи. Часа через два приземлились на аэродроме в Энгельсе. Всех отвели спать в какой-то спортзал. Улеглись на матах. Подняли под утро.
На рассвете выстроились в каре у кораблей. Потеплело, шел слабый снег. Майор из политотдела выступил перед десантниками, сообщив, что передовые части дивизии вошли в Афганистан. Мы идем, сказал, вторым эшелоном. Пункт назначения – Баграм. Проинструктировали, как действовать во время приземления. Самолеты будут садиться конвейером, не выключая двигателей. Задача – быстро расшвартовать технику и выгнать ее на обочины. Почему не станут выключать двигатели? – Аэродром высокогорный, самолеты могут не взлететь…
Последнее утверждение казалось сомнительным. «Берегли самолеты, а не людей», - подумает потом Алексей.
Выдали боеприпасы. Солдатам по три магазина на автомат, офицерам – по два на пистолет. Когда дошла очередь получать подчиненным Степанова, возник небольшой конфликт. Солдаты числились в штабе, а летели с другой частью. Зампотылу уперся: «Не дам патронов! Не мои люди!..» Вмешался майор из управления дивизии. Оба переругались, но боеприпасы все-таки выдали.
К стоящим отдаленно самолетам десантников подвозили на машинах. Степанов ехал в санитарной «уазке» вместе с группой офицеров. Напротив него сидел старший лейтенант из химслужбы дивизии. На коленях у него лежал автомат.
- Что, Борис, ты уже вооружился по полной схеме? – спросил Алексей товарища.
Три с половиной года назад они одновременно после окончания своих училищ прибыли в дивизию. Тогда всех молодых лейтенантов собрали на двухнедельные сборы. На них-то офицеры и подружились.
- А чему ты удивляешься, Леха, там ведь стреляют, - ответил «химик».
- Не знаю, как насчет стрельбы, а вот о другом задуматься не мешало бы… Они ведь мусульмане, а мы христиане. Впрочем, извини, Борис, не все…
- Ладно, не извиняйся, - улыбнулся «химик», - я хоть и татарин, но все равно в братья к афганцам не набиваюсь. Ерунда все это, Леха, прорвемся…
Болтались в воздухе часов шесть. Когда вынырнули из сплошной облачности, Степанов и Терентьев приникли к иллюминатору. Внизу поплыли кишлаки, поля. Все было серым, сумрачным и однообразным. Снег лежал только на вершинах и склонах гор.
Приземлившись, все выполнили по инструкции. Самолеты конвейером выруливали на взлет. Алексей посмотрел на часы: начало четвертого по Москве. Все сели в машины и куда-то уехали. Орловский приказал Алексею смотреть с одним солдатом за имуществом и оборудованием, которое не вместилось в машину. Компанию ему составил знакомый капитан из службы тыла. Этого тоже оставили с одним подчиненным, чтобы взять потом вторым рейсом.
- Что у вас в ящиках? – спросил Степанов.
- Мыло…
Вот так, у каждого – свое…
Алексей прикинул – на четверых сто восемьдесят патронов для двух автоматов, тридцать два – для двух пистолетов. Уже кое-что. Кто знает, как сложится обстановка. Чужая страна. Идут боевые действия…
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]