17 июня 2008 14:11
Автор: Олег Корниенко (г. Сызрань)
Тульский пряник (рассказ)
Тимка лежит на русской печи и наблюдает, как мать разжигает грубку. Ужин собирается готовить, догадывается он.
Положив под дрова старую скомканную газету, мать поджигает ее, и когда бумага вспыхнув, разгорается, закрывает первую с отверстиями и трещиной наискосок дверцу.
Огонь начинает бушевать, лизать сухие, принесенные из сарая дрова. Дверца дребезжит, но на этом все и заканчивается.
Лепесток огня прицепился только к одному полену. На месте газеты – черный, точно копирка, комок, по которому бегают цветные змейки, кромсая "копирку" в пепел.
Дверца еще не огненная, мать открывает ее рукой и опять запихивает под дрова газету. Наконец пламя в печке не замирает, она начинает мерно гудеть.
Гудит и за окном на улице. Подняв голову, мальчик прислушивается: не отцов ли мотоцикл? Хочется соскочить на пол, выбежать на холодную веранду и припасть к замерзшему окну. Но слазить с печки мать запретила: у него ангина.
Гул за стеной постепенно затихает, нет, это не мотоцикл, по улице проехала машина.
Тимка ждет отца. Может и сегодня он привезет подарок от лисички? Мальчик пытается угадать: что же она передаст на этот раз: конфету или яблоко, и не знает на чем остановить свой выбор- хочется и того и другого.
- Когда папа приедет?- спрашивает Тимка, вглядываясь в сумерки за окном.
- Да пора бы уже,- мать смотрит на часы. - Может, опять мотоцикл сломался?
Поломался это плохо, огорчается Тимка. Сегодня вечером он собирался спрятаться за деревьями, что растут вдоль дороги и подсмотреть, как лисичка передает подарок. А тут на тебе: горло заболело. И это от горстки снега.
Недомогание Тимка почувствовал утром. Хотел глотнуть и скривился от непривычного комка в горле, испугался и заплакал. Подошла мать, потрогала лоб, и все открылось: играли на пруду за селом, стало жарко, и он зачерпнул ладошкой снега...
Когда он теперь лисичку увидит?..
Отец счастливый, он, поди, каждый день встречается с ней. А Тимка не то, что лису, обыкновенного зайца не видел, хотя они почти каждую ночь в их огород забегают. Снега в эту зиму намело вровень с забором, так что зайцам благодать!
Позавчера вечером отец вошел в избу тихо, выключил свет на кухне и почти шепотом сказал:"Зайцы". И они все втроем – отец, мама и Тимка припали к окну. Но сколько мальчик не пялился в ту сторону, куда показывал отец, ничего кроме темных стволов деревьев и пятен кустов не увидел. Утром же возле яблонек, обвязанных снизу соломой, было много заячьих следов и чернели шарики помета...
Затаив дыхание, Тимка опять прислушался к тишине дома. Трещат в грубке дрова, в соседней комнате негромко бормочет радио. Залаял Лапун. Лапун, потому что у него широкие, лохматые лапы, огромные, как и он сам. Положит на плечи, - с ног валишься.
Собака не унимается. Там, наверное, и на улице никого нет, а она аж заходится от лая. Неужели к ним кто-то идет?
Точно: в сенцах кто-то топает ногами, оббивая снег, затем шарит по двери в поисках щеколды. Наконец скрипит дверь, и Тимка по голосу узнает соседку бабу Марью.
- Ну, что снегоед?- заглядывает она на печку.- Будешь еще снег лопать?
Тимка обиженно отползает вглубь печки.
- Я не снегоед.
- Чисто снегоед, - повторяет соседка. - Держи, - и она протягивает Тимке что-то завернутое в газету.
Тимка, робко поглядывая на мать, тянется за свертком. Мать сидит на низенькой табуретке, чистит картошку. Рядом чугунок с водой. Свет от грубки играет на задумчивом лице матери.
- Что нужно сказать? - напоминает она.
- Спасибо, - больно сглотнув слюну, хрипит Тимка.
Баба Марья, кряхтя, садится на стул, расстегивает фуфайку и расправляет на груди шерстяной платок.
-Ты, хоть, посмотри, что тебе баба Марья принесла, а то сразу прятать.
Тимка, приподнявшись на локте, аккуратно разворачивает газету и радостно мычит:
- Пряник.
- Тульский пряник, - поправляет соседка. - Медовый!
Тимке не терпится проверить: так ли это? И он нюхает, а потом лижет пряник. Пряник, действительно пахнет медом.
Глядя на огонь, мальчик представляет, как отец несется сейчас по укатанной дороге домой. Нет, это Тимка мчит по зимней дороге на отцовском мотоцикле. Свистит в ушах ветер. Ярким пятном скользит впереди машины луч фары. Какое прекрасное время… зима! Вокруг деревья в снегу, а Тимке нисколечко не холодно, а даже наоборот – жарко...
...Просыпается он от голоса отца, открывает глаза и тут же жмурится от яркого света. На стене, слева от иконы, жужжит голубая лампа дневного света. Стул, на котором сидела баба Марья пустой, возле умывальника фыркает, умываясь, отец.
- Три раза останавливался, пока доехал,- говорит он, принимая из рука матери полотенце.- Замучил он меня, хоть продавай.
"Неужели действительно продаст? - со страхом думает Тимка про мотоцикл и не решается спросить про лисичку.
Заметив, что сын проснулся, отец улыбнулся ему и сказал:
- Не видел я сегодня лисичку, сынок. Не дождалась, видно меня, убежала.- Отец вешает полотенце и садится за стол.
Тимка вдруг представил, как расстроился отец, не застав лисички на старом месте. Еще бы: ведь у нее был подарок для него и теперь она отдаст его другому мальчику, если конечно, волки не отнимут.
- И никуда лисичка не убежала, - Тимка резво соскакивает на пол. - Когда мамы не было в избе, лисичка заскочила в форточку и попросила передать тебе вот это – Тимка кладет перед отцом пряник, тот самый, что принесла нынче баба Марья.
Какая форточка? Какая лисичка? Отец перестает жевать и удивленно смотрит на мать. И они оба загадочно улыбаются...
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]