09 июля 2008 10:45
Автор: Евгений Бажанов (г. Самара)
По законам Дикого поля (глава 20)
Темир кивнул своим женам, и из юрты вынесли новую кошму и коврик, на которые пригласили садиться гостей. Гостеприимные корсаки первым делом накормили приехавших. Женщины из рук потчевали гостей самым изысканным блюдом кочевников. Они порезали тонкими дольками вареную печень и соленое сало. На кусок печени клали кусок сала и так подавали. Запивали съестное очень крепким чаем. По желанию чай еще забеливали молоком.
- Тот ли это охотник, который ловит беркутов? - спросил Темир и, получив утвердительный ответ, сказал: - Слышал о Беркуте. Чего привезли? Чего хотите?
Вожа выпустил из мешка орленка. Среди обступивших кочевников прошел довольный шепот. Вожа выложил на кошму большие гладкие и вышитые платки, женские украшения, мех куницы, изделия ремесленников, купленные в лавке в крепости. В довершение всего, после паузы и с некоторым сожалением, зверолов выложил, редкую и красивую шкуру юлбарса. Провел ладонью по ворсу.
- Юлбарс, юлбарс, - прошелестело среди кочевников.
- Ты и вправду знатный охотник, - сказал Темир. - Бери в обмен моих лошадей.
- Меняю на юзюрень.
- Забирай любого.
- Мне нужны три беленькие девицы.
- Три? - Темир поднял три смуглых корявых пальца. - Ой-ей. Один.
Вожа взглянул на Ерали и понял, что нужно торговаться:
- Три бабы, три мужика, три детенка. Всего девять. Шелк, иглы, бусы, беркут, шкуры... Много товара.
- Девять? - Темир вскочил, изображая изумление и загибая поочередно пальцы на руках. - Девять?! Два и твое ружье.
- Друг, - Вожа похлопал по прикладу ружья, - не продается. Восемь полонников - и в расчете.
Пошел азартный торг, за которым следили десятки глаз. Прислушивались и невольники, сидевшие в отдалении. В конце торга Темир согласился обменять трех невольниц на предложенный товар.
Довольный Вожа пошел среди сидящих невольников отыскивать трех сестер. Но чем больше он ходил, тем сумрачнее становилось его лицо. В кочевье среди сотни невольников разных племен находились калмыки, славяне, туркмен, ногайцы, много синеглазой мордвы, кланяющийся кукольный китаец и даже горбоносый сын кавказских ущелий. Но трех белокурых сестер явно не было.
- Где три девицы? - спросил Вожа рыжую молодку. - Тут были три сестры. Беленькие такие...
- Выбирай любых, - сказал толмач, сопровождавший Темира и Вожу.
- Мне нужны три девицы.
Невольник с тонкими чертами лица и остатками барской одежды неожиданно сказал:
- Их купили и увели сарты. Возьми меня. Я ученый, путешественник. Исследователь из Петербурга. Щедро отблагодарю тебя.
Вожа приостановился:
- Видел их? Сейчас не могу тебя забрать. Обет дал вызволить трех сестер. После видно будет. - Зверолов повернулся к хану. - Темир, где три девицы, за которыми я приехал?
- Бери других. Хорошо, бери четырех любых. Самых сильных. У тебя будут хорошие юзюрень.
- Мне не нужны рабы. Отродясь у нас их не водилось.
- Чего хочешь? - спросил Темир.
Вожа принялся собирать свой товар в кожаные мешки:
- Наших отдай нам, а если не можешь, то буду вести мен с сартами.
Разгоряченный длительным торгом ордынец схватил зверолова за руку:
- У нас договор.
- У тебя нет того, что мне надо. Почему не сказал, что беленьких молодиц продал сартам?
- Тогда и ты будешь среди невольников, - вспыхнул ордынец. - Твое ружье станет моим за так.
- Если бы ты взял меня на баранте, то ты хозяин, а я невольник. Но я пришел как гость. Ты не можешь пленить гостя и нарушить закон Дикого поля. Гость неприкосновенен.
- Кто увидит? - смеялся Темир.
- Солнце, ветер, орлы. В поле ничто не остается без следа. Движения рук зверолова оставались спокойными, расслабленными, убаюкивающими. А лицо как всегда в минуты смертельной опасности закаменело. Крайние уголки бровей опустились. От почерневших зрачков повеяло таким могильным холодом, что Темир заерзал. Тяжелый вскрывающий взгляд у звероловов-промышленников появлялся через несколько лет непрерывной работы. Будто в глазах уже отражалась пораженная цель...
- Пусть будет по закону, - сказал Темир. - Мы отпустим тебя на десять бросков камня, а потом наши охотники пойдут за тобой.
Вожа молча пошел к своему коню. Но не все в кочевье согласились с Темиром. Его сын выпустил стрелу в зверолова, когда тот садился на коня, и попал в плечо. Наконечник пробил мягкую ткань плеча, но хвостовое оперенье застряло и не дало стреле пройти навылет.
Вгорячах Вожа не почувствовал острой боли, разрядил пистолет. Грохнул оглушительный выстрел. За ним другой.
На кочевье поднялся переполох. И это спасло зверолова. Испуганные выстрелами женщины, дети, невольники, лошади бежали, натыкались друг на друга, спотыкались, мешали стрелять воинам.
Вслед уходящему зверолову захлопали выстрелы. Кочевье окуталось пороховой гарью. Ерали бегал, расталкивал стреляющих, крича о госте...
До того в кочевье Вожа отвязал от Тополя заводного вороного коня с товаром. Сейчас он его потерял, зато успел на скаку ухватить уздечку оседланной ордынской лошади с небольшим кожаным мешком у седла.
Тополь не скакал, а летел над степью, унося всадника, прижавшегося к его шее. Свободная от седока выносливая маленькая азиатская лошадка на заводи едва поспевала за ним.
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]