Сказ о собаках : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/26000/index.shtml'>Петр Сумбаев</a></h1> <span class="date"><span>20 августа 2008 09:47</span></span> <h3><i>Автор:</i> Пётр Сумбаев (г. Новокуйбышевск)</h3> <h2>Сказ о собаках</h2> <P>В конце пятничного рабочего дня начальник цеха Кузьма Петрович Легостаев вызвал к себе в кабинет закадычного приятеля, мастера Александра Ивановича.</P> <P>– Что стряслось, Петрович? – спросил тот. </P> <P>– Успокойся, ничего не случилось. Тебе о чём говорит завтрашнее число? </P> <P>Мастер пожал плечами. </P> <P>– Газеты надо просматривать, Иваныч. Завтра открывается охота на уток. </P> <P>– Жданая новость. Я уже приготовил и ружьё, и патроны, и подсадных уток. Собаку держу в форме. </P> <P>– Поедем с ночевой на электричке километров за шестьдесят отсюда на новое озеро. Мне показывал наш главбух по карте. </P> <P>До сумерек они нашли нужное озеро – огромное, в низине, окаймлённой лесом. По берегам рос камыш. </P> <P>Кузьма Петрович заметил в стороне зелёную палатку, установленную на краю леса. </P> <P>– Опоздали мы, Иваныч! </P> <P>Милавин успокоил друга:</P> <P>– Всё, что ни делает Бог, к лучшему. Прилетят утки – будем с добычей и мы, и они, не прилетят – у всех пустышка. Потопали к ним. </P> <P>Подошли. Поздоровались. Те представились:</P> <P>– Меня кличут Виктором Фёдоровичем, проще – Витьком, а это мой приятель, Анатолий Семёнович, Толян, стало быть. </P> <P>– Меня называйте Кузьмой, а его Сашкой, – ответил Легостаев. </P> <P>– Ну что же, мужики, готовимся к прилету первых уток. </P> <P>Багровый солнечный шар наполовину скрылся за горизонтом.</P> <P>Охотники на надувной лодке в разных местах озера расположили подсадных уток.</P> <P>Низко над лесом пролетели утки. Немного погодя, показалась новая стая. Кряквы сделали круг над озером и стали снижаться над водой. Раздалась пальба. Собаки вытащили из озера восемь уток.</P> <P>Разожгли костёр. Общипали четырёх селезней и на вертеле поджарили их. Собакам достались головы и потроха.</P> <P>Выпили за знакомство и за первую удачу. Весело потрескивал костёр. И зашёл разговор о собаках.</P> <P>Начал Виктор Фёдорович: </P> <P>– Хорошо помню лето 45-го года. Закончилась война. Жили бедно. Но собаки в деревне водились. И я, девятилетний пацан, стал просить маманю взять у соседей кутёнка. Она сперва не соглашалась. Но, наконец, она сдалась. Безмерно счастливый, с зажатой в кулачонке монеткой, пулей полетел к соседям. В избе оказалась одна дряхлая бабка. Взяла она у меня денежку, подошла к корзине, где копошились кутята, вынула одного и отдала мне. Прижал я к груди беленький комочек – и бегом домой. Маманька дала немножко молока, и я стал поить из старой глиняной мисочки Шарика. Так прозвал своего нового друга. Ни на минуту не расставался я с ним. Стал забывать свои обязанности по огороду и по дому. Мама строго предупредила:</P> <P>– Выкину собаку в реку, если не будешь мне помогать. </P> <P>Шарик постоянно тёрся у моих ног. Когда брал его на руки, он облизывал всё моё лицо. Я смеялся от щекотки. Приходилось заботиться о друге: кормить его, отдавая часть своего молока ему. Ночью вместе спали на печи. </P> <P>К зиме пёсик вырос. Хвост колечком. Весь белый, как новогодний снег, только носик розоватый да тёмные глазки. Сильно мы привязались друг к другу. </P> <P>Отец мой работал на колхозной машине. И во время летних работ стал брать с собой собачку, чтобы не было скучно одному ездить. Часто обедал батя с косарями в лугах. Во время еды скармливал псу мясные косточки. Как только у нашего дома останавливалась его машина, Шарик со двора опрометью бежал и вскакивал на подножку. Отец открывал ему дверку, впускал в кабину, а сам уходил в избу. Пёс ждал его возвращения. </P> <P>Однажды батяня заехал домой на обед и сообщил, что едет в райцентр. Шарик молнией заскочил в кабину машины. Я вытащил его, взял на руки и крепко прижал к груди. Держал его до тех пор, пока отец не сел в машину и не отъехал от дома подальше. Отпустил его с рук, когда, по моим расчётам, он уже не мог его догнать. Но пёсик во весь опор помчался вдогонку.</P> <P>– Догнал? – прервал Легостаев. </P> <P>– Догнал, шельмец! Батя объезжал засеянное пшеничное поле, а он напрямки помчался и выскочил наперерез отцу. </P> <P>– Ну и голова! – восхитился Милавин. </P> <P>Батяня потом рассказывал, что навстречу шли люди и показывали пальцем на машину. Загавкала собачка. Отец опустил стекло и с изумлением увидел сидящего на подножке Шарика. Пришлось остановиться и впустить его в кабину. Приехали в райцентр, отец пошел по делам, а собачку оставил в машине. Когда вернулся, Шарика в машине не было.</P> <P>Приехал папка домой и рассказал об исчезновении пса. Я убежал на речку и долго плакал в зарослях ивняка.</P> <P>На следующий день уговорил Николая, парня нашего села, пойти со мной в райцентр искать Шарика. А путь не близкий – восемнадцать вёрст. И пошли мы с ним напрямки через глухой лес босиком. Поспрашивали у старушек на окраине райцентра о белой собачке – никто не видел. А в центр огромного села побоялись идти. Вернулись ни с чем. Дома я получил выволочку от маманьки.</P> <P>Хотя и предал меня мой любимец, но мне его до сих пор жалко. Пёсика, видимо, приманил чем-нибудь какой-то прохожий, которому понравилась симпатичная, беленькая, ухоженная собачонка.</P> <P>– А что ж ты хотел от животного? – спросил Кузьма. – Рыба ищет, где глубже, человек – где лучше, а собака – где сытнее кормят. </P> <P>– Так-то оно так, я понимаю, а всё же скверно становится на душе, когда верность рушится, – с грустью сказал Виктор. </P> <P>– Ладно, братцы, тогда я расскажу быль о верной собаке, кстати, тоже дворняге, но только крупной, – сказал Толян.</P> <P> …Жил в нашем селе мужик, Егорием его звали. Добрый во всём: и руки золотые, и характер незлобивый, и милосердный. Но с одним недостатком: частенько лишку «заливал за воротник». </P> <P>Однажды поздней осенью «разъело губу» – страшно захотелось ему выпить. Егор со своей огромной дворнягой Тузиком отправился в соседнее село к куму. Встретились. Выпили самогоночки по бутылочке на нос. А закуска – солёный огурец да цигарка из самосада. </P> <P>– Ну, кум, давай дёрнем на посошок и дуй до дома, – сказал хозяин. </P> <P>Вышел Егорий от кума и поплёлся по дороге в сторону своей деревни. Вскоре совсем его развезло: кидает из стороны в сторону. Мотается, а всё-таки ещё мыслит: «Эх, ёшкин кот, перебор получился, не надо было пить на посошок…. Или лучше было б выпить только на посошок. Не дойду до дома, ей-пра, не дойду. И Тузик не дотащит!» </P> <P>И в самом деле, он поскользнулся, упал в лужу и заснул. Собака села рядом. Мимо проходили люди, останавливались, но Тузик злобно рычал и никого не подпускал к нему.</P> <P>Жена Егория пришла от родителей и увидела, что мужа дома нет, нет и собаки во дворе. Заволновалась она – знала привычку муженька угоститься на даровщинку. Её размышления прервал собачий лай и царапанье в дверь. Хозяйка открыла, увидела собаку и спросила, как у человека: </P> <P>– Тузик, дружок, где ты потерял хозяина? </P> <P>Собака заскулила и отошла от двери, давая понять, иди, мол, за мной. </P> <P>Хозяйка оделась потеплее, повязала на голову полушалок и быстро пошла за собакой. На полпути до соседней деревни она увидела на обочине спящего муженька. Подошла к нему, ладонями растёрла щёки, уши, растыркала его, подняла и повела до дома.</P> <P>В избе разула и раздела, помыла и уложила на тёплую печку, а сама выговаривала:</P> <P>– Эх, Егор, ненасытная твоя утроба. Если б не Тузик, к утру ты был бы покойником. </P> <P>– А что, мужики, я сам читал в газете, что пёс сдох от тоски по хозяину, – вспомнил Виктор. </P> <P>– Да что – в газете?! Я вам расскажу точно быль о собачьей верности, – включился Александр. </P> <P>… В соседнем городе ещё недавно проживал мой двоюродный братан, Царство ему Небесное. Работал он в строительной организации на «Беларуси» с прицепом. Получил от мастера задание отвезти в город стройматериалы. Крановщик загрузил его прицеп, и Иван (так звали брата) отправился. В городе он всё выгрузил по-быстрому.</P> <P>Возвращался назад. До поворота на стройучасток оставалось метров пятьсот. И вдруг он увидел: прямо на него летит легковушка. Он резко повернул руль вправо, выехал на обочину и перевернулся. Трактор придавил его насмерть. Люди видели аварию, вызвали «скорую» и милицию, но было поздно.</P> <P> У Ивана была настоящая немецкая овчарка. Он её холил, никому не доверял. Сам кормил, мыл, обучал. Словом, понимали они друг друга с полуслова.</P> <P>Когда брат лежал в гробу, Акбар сидел у ног хозяина.</P> <P>Похоронили Ивана. Жена оставила у себя собаку, хотя её очень просил друг брата. Приходила домой после работы и давала корм псу, но он отказывался от пищи, жалобно скулил и рвался с цепи. Хозяйка догадалась, что собака просится на кладбище. Она сняла цепь, пристегнула поводок и пошла с Акбаром на могилу мужа, благо, что кладбище недалеко. Так продолжалось три дня. На четвёртый – пёс отказался возвращаться домой. Хозяйка дёргала за поводок, призывая его идти за ней, ласково уговаривала, но он скалил зубы и рычал. Тогда она отстегнула с ошейника поводок, заплакала и пошла домой. </P> <P>До поздней осени носила наша невестка пищу Акбару, но пёс так и не притрагивался к еде. Чем он питался – ведомо одному Богу. Вскоре выпал первый снежок. Он прикрыл белым саваном могилы. На кладбище стало свежо и чисто. В воскресный декабрьский день пришла хозяйка туда и увидела: на могиле мужа, вытянувшись, лежал верный бездыханный пёс…</P> <P>Выпили охотники за верность. Стали слушать Легостаева.</P> <P>– Родом я из деревни. И прожил там до восемнадцати лет, покуда не забрали в армию. Ни леса, ни речки у нас не было. Зато были бесконечные колхозные нивы. И жил в ту пору в нашей деревне Ефрем Васильевич Белоусов – старик лет, этак, шестидесяти, невысокого роста, плотного телосложения, с кривыми, как у заправского конника, ногами и с чёрными (не по фамилии) пышными усами. В деревне прозвали его «Будённый». И была у «Будённого» одна единственная страсть – не кавалерия, не лошади, а охота на зайцев. Мёдом не корми – дай поохотиться. Имелась у него собака – дворняжка. Нашёл он её слепым кутёнком. Принёс домой, выходил, выкормил и стал брать с собой на охоту. Тишка (так прозвал он свою собаку) здорово стал гонять зайцев. Василич в награду за добросовестный труд частенько выдавал ему косого на обед.</P> <P>Старуха его, Матрёна Ивановна, не перечила охотничьей страсти своего старика. Только иногда подшучивала: </P> <P>– Эх, Ефремушка, ты ровно ребёнок малый. Видно, горбатого могила токмо правит. </P> <P>– Меня, мать, и могила не исправит. Я и на том свете буду ходить на охоту за косыми. Не забудь только положить в гроб со мной ружьё и всё прочее к нему. </P> <P>– Пора бы и бросить эту забаву. Годы уже не те, чтобы за зайцами гоняться.</P> <P>Зимний день выдался ясным, безветренным. Лёгкий морозец разукрасил окна причудливыми узорами. </P> <P>Вышел «Будённый» во двор, посмотрел на небушко и вслух промолвил: «А погодка так и зовёт на охоту». Вернулся в избу и на ходу бросил: </P> <P>– Иду, мать, на промысел. Погода чудесная. </P> <P>В поле собака подняла зайца и погнала. Ефрем Васильевич в белом халате прилёг на снег. Он знал, что зайцы бегают по одному следу. Значит, Тишка пригонит косого сюда. Приготовил он свою двустволку. Вскоре собака действительно пригнала зверька на Ефрема. Он одним выстрелом ухлопал зайку. Тишка, довольный счастливым исходом погони, повизгивал.</P> <P>Двинулись они дальше по полю. Далеко отошли от деревни. После полудня в сумке у Белоусова было уже три зайца. «Ну что, Тихон, – дед потрепал собаку, – хороший у нас сегодня улов? Тройка косых! Значит, по штуке на нос: бабке, тебе и мне. Получишь свою долю!» </P> <P>С северной стороны подул сильный ветер. Он пригнал снежные тучи. Ветер усилился, и начался такой буран, что света белого не стало видно. Белоусов с собакой долго плутали. Дед Ефрем изнемог. Сел на снег и с горечью подумал: «Ну, Василич, добегался за зайцами, каюк тебе пришёл. Охота есть, да мочи нет. Не рассчитал свои силёнки». </P> <P>Усталость окончательно поборола Ефрема. Вскоре он заснул. Тишка лёг рядом с хозяином и стал лизать его лицо. </P> <P>Тем временем Матрёна Ивановна места не находила себе. Время далеко за полдень, а старика нет. На дворе буран. </P> <P>«Отведи беду, Господь Всемилостивый, не дай погибнуть рабу твоему Ефрему, спаси и сохрани его», – молилась она.</P> <P>Кончился буран. Пёс выкарабкался из-под снега – и быстро в деревню. Прибежал во двор, а хозяйка, как увидела его в окно, непокрытая выскочила на крыльцо в надежде за собакой увидеть и своего старика. Но его не было. Будто у человека, она спросила: </P> <P>– Тиша, а где хозяин?</P> <P>Пёс обежал её, вернулся к воротам, потом снова – к ней, к воротам…. Поняла Ивановна, что зовёт он её за собой. Быстро оделась и побежала к сыновьям. Благо было воскресенье, и они оба были дома – жили рядом. Рассказала им, что собака вернулась одна. Взяли братья санки и пошли за Тишкой в поле. Привёл он их к снежному холмику, под которым находился их отец. Раскидали снег, растормошили его сыновья – и ну давай тереть руки, ноги, уши, лицо. Очухался дед, а сказать ничего не может: скулы свело от холода. Положили его на санки – и бегом до дома…</P> <P>– Вот и скажи – собака… – Легостаев гладил голову своего пса.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?30018'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=30018'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]