По законам Дикого поля (часть 2, глава 24) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/25816/index.shtml'>Евгений Бажанов</a></h1> <span class="date"><span>07 октября 2008 12:00</span></span> <h3><i>Автор:</i> Евгений бажанов (г. Самара)</h3> <h2>По законам Дикого поля (часть 2, глава 24)</h2> <P>В Самару Вожа возвратился в назначенный срок. Экспедиция готовилась к выходу в Дикое поле.</P> <P>Как и предполагалось ранее, экспедиция должна разделиться на две партии. Главная партия с казаками, солдатами и работными людьми должна подниматься вверх по течению Самары на лодках, груженных инвентарем и материалами, необходимыми для постройки крепостей-пристаней. У обоих партий имелись свои проводники, но командир речной экспедиции, морской офицер, расспрашивал о предстоящем пути и Вожу.</P> <P>- Сумеет ли экспедиция на тяжелогруженых лодках подняться до верховьев реки Самары? До переволоки? Сколько длится половодье?</P> <P>- Когда снега мало, водополь до двадцатого мая. В хороший год и весь июнь стоит высокая вода... - Вожа почесал затылок. - Нынешний год дойдете.</P> <P>- А скажи-ка, братец, что нам делать, если в верховьях перекаты обнажатся?</P> <P>- Казаки, обычное дело, парусами перегораживают речки. Вода поднимется, и ладьи мель проходят. Когда и груз снимают, ладьи бичевой тащат или волоком.</P> <P>Экспедиция речная еще готовилась, снаряжалась, а ученая, не мешкая, вышла из Самары. Во главе экспедиции Алексей Иванович Долматов, прозванный с легкой руки Вожи капитаном. В составе экспедиции молодой писарь, студент академии Михаил. Еще специалисты: художник Константин Константинович, геодезист Аким Герасимов и рудоискатель, которого все звали Рудознатец. При специалистах два мастеровых-рабочих: Карп и Захар. Сопровождал экспедицию маленький конвой из четырех казаков, уроженцев одной станицы. Причем братья Надей и Нелюб Боевы и Андриян и Иван Колчины состояли в родстве и имели хороший военный опыт. Вел экспедицию Вожа, с ним Васек и отставной солдат Мамон, привлеченный к работе в экспедицию по совету зверолова.</P> <P>Несмотря на малочисленность, экспедиция имела серьезную защиту от мелких банд, рассчитывая на семерых опытных стрелков. К тому же и остальные участники экспедиции имели оружие.</P> <P>Главная надежда на выносливость степных коней. У каждого всадника в поводу, на заводи, еще два коня. Заводных всадники использовали и для смены в пути, и как вьючных, для перевозки припасов и возможных находок.</P> <P>Казаки издалека выделялись мохнатыми шапками из овчины и опахалами за спиной. К ручке опахала приделывался ремешок, который перекинут за спиной.</P> <P>Еще до отправления из Самары художник зарисовал казаков в походном снаряжении с опахалами за спиной. Сам художник, по возрасту в экспедиции старший, гладко выбрит. В отличие от капитана и геодезиста даже усов не носил. Перед выходом в экспедицию он, как и некоторые другие участники экспедиции, побрился и бритвенные принадлежности взял с собой. Вожа наблюдал повадки городского люда и понимал, что скоро им придется изменить свой облик.</P> <P>Понимал это и Долматов, имевший в столице дом из восемнадцати покоев, понимали и другие специалисты. В опасную и изнурительную экспедицию в большинстве отправились не ради забавы или заработка, науки ради. Но насколько трудной предстоит экспедиция, почувствовать наяву еще только предстояло.</P> <P>Вначале дневные переходы малы. Капитан и специалисты, на взгляд звероловов и конвоя, словно малые дети разглядывали жучков, паучков, принюхивались к травам. Художник делал зарисовки. Рудознатец перебирал камни. Только геодезист что-то чертил, давал указания рабочим: измерять расстояния между наиболее примечательными урочищами мерительной цепью длиной тридцать саженей. Аким Герасимов определял горизонтальные углы с помощью прибора астролябии. Определение широты производилось по меридианным высотам Солнца с помощью квадранта. Полученные данные заносились в журналы и карты-схемы. Геодезист выспрашивал у звероловов названия урочищ, возвышенностей, озер... А те с любопытством и удивлением наблюдали за его работой.</P> <P>Капитан на привале продиктовал писарю первые записи, первые наблюдения:</P> <P>- Пиши, Миша. Первый день шли степными долами севернее течения реки Самары. По реке Самаре земля черная и пашне угодна, покосов довольно и лес есть. Растут сосны, липы, дубы, березы, осины, тополь, татарский клен, крушина, ракитник, таволга, сибирское гороховое дерево. Днем видели медведицу с тремя медвежатами. Наш вожатый говорит, что медведи выходят из берлоги в конце марта, а медведица уже имеет медвежат в возрасте двух месяцев.</P> <P>Продолжается массовый прилет птиц. Дичи возле Самары столько, что от крика их должно заткнуть уши. Разного рода журавли, цапли, утки, гуси, кулики, чайки, бакланы. Много хищных птиц: беркут, подорлик, орел-белохвост, сарыч, коршун, ястреб, сокол, балобан, орел длиннохвост, сип, орел-могильник, скопа. И другие. Страна птиц, страна орлов.</P> <P>Записал? Пиши дальше, Миша. Дрофы, называемые местными жителями дудаками, - самая оригинальная из крупных птиц. Бегает, кажется, быстрее, чем летает. Дрофичи подобно индюкам токуют, распустив хвост веером и волоча крылья. Самцы дерутся. В бурьяне видели их гнезда. Казаки подстрелили дрофу. Вкусом она схожа с индейкой. Ближе к вечеру видели стельную лосиху. Вожа запретил казакам стрелять в нее ради приплода. Записал?</P> <P>- Записал, - писарь потер глаза тыльными сторонами кистей.</P> <P>- Алексей Иванович, совсем уж смеркается.</P> <P>- Ладно, отдыхай.</P> <P>Ночи еще прохладные, и потому стан расположили возле одинокого сухого стоячего дерева с обрушенной вершиной. Вокруг дерева развели костер, согревавший до рассвета.</P> <P>Экспедиция ночью отдыхала, а Вожа, Васек и любознательный начальник экспедиции пошли на ночную охоту на бакланов. Способ охоты показался Долматову неожиданным, весьма экономным и результативным. Впотьмах неспешно шли туда, где, как приметили с вечера, опустились на ночевку бакланы. Придя на опушку леса, охотники зажгли факелы с пучками травы, пропитанной животным жиром. Ослепленные светом, огромные птицы падали с веток. Охотники собирали их в мешки по потребности.</P> <P>С раннего утра экспедиция обследовала берега рек и оврагов. Полая вода - отличнейший рудокоп, обнажающий то, что прежде оставалось скрыто от глаз. В первые дни экспедиции везло. В размытом обрывистом берегу реки исследователи нашли гигантский бивень. После замеров Долматов прямо на берегу принялся диктовать писарю:</P> <P>- ...На берегу нашли обмытый слоновый клык. Песчаный слой, в котором лежал клык, от поверхности земной отстоял не более одной сажени. Длина клыка пять четвертей, а в отрубе около шести дюймов. Утром видели обширный курган, по-здешнему мара. Наш вожатый сказывал, что в здешних местах мары до нас вышарены. Южнее есть нетронутые.</P> <P>Васек, которого капитан просил тащить на показ все занятное, с мальчишеским энтузиазмом выполнял поручение:</P> <P>- Капитан, еще тарантула выкопал.</P> <P>Долматов принял баночку с тарантулом и вытряхнул его в другую, где уже сидело несколько, и продолжил диктовать дневник экспедиции:</P> <P>- Возле Самары много больших пауков, называемых местными жителями тарантулами. В хрустальной банке тарантулы поедают друг друга. Мы, выкапывая их гнезда, примечали, какое оружие тварь сия против угонящих себя употребляет. Как она видит, что ей все средства к побегу пресечены, становится неподвижной и, надувшись, прыскает из спины белый сок аршина на два. </P> <P>Я заподлинно уверить не могу, ядовит ли сей сок или нет, ибо никто из нас не хотел сделать такого опасного опыта. Казаки говорят, что сок ядовит, и если попадет на руку, то она разгорается и опухает. От укуса тарантула человек и скотина распухают и умирают. Однако Вожа заявил, что укус тарантула болезненный, но не смертельный. Когда с ним стали спорить, он нахмурился и отошел. Позже он принес другого паука, мохнатого, вдвое меньше тарантула. Сказал, что это самый ядовитый паук каракурт, прозванный переселенцами черной вдовой. Пояснил, что за Яиком и Камыш-Самарскими озерами их много. За лучшее средство против тарантулов почитаются сами тарантулы. </P> <P>Их живых кладут в деревянное масло, настаивают до тех пор, пока нужда потребует, тогда мажут рану или место, опрыснутое ядовитым соком. Исцеляются. В местах, где много пауков, казаки становят и привязывают коней и скот в воде. Только овечки, самые смиренные и беззащитные животные, не боятся сей грозной твари и с аппетитом поедают пауков. Еще в Самаpe вожатый посоветовал припасти овчины и спать на них в поле. Тарантул даже запаха овцы боится и на овчину не заползет.</P> <P>Капитан позвал художника:</P> <P>Константин Константинович, зарисуйте тарантула и каракурта. И зверька хохулю, что Васек принес. Миша, записывай дальше. Казаки убили змею. В змее нашли дюжину мышей.</P> <P>Начальник экспедиции собирался еще что-то продиктовать писарю, как раздался крик, треск ломаемых веток. Васек кубарем скатился с высокого дерева. Он полез туда за гнездом скопы для исследователей. Стремительно налетевший хищник сорвал с него шапку. Паренек от неожиданности сорвался вниз. Его ощупали, но кроме синяков и ссадин других повреждений не обнаружили.</P> <P>Быстро придя в себя, Васек подобрал шапку и скакал по бурой весенней степи, отыскивая, чем бы порадовать капитана.</P> <P>Начало следующего дня принесло тревожный запах гари. Постепенно дым становился гуще. Вот уже видна полоса приближающегося огня. Огонь не только приближался, но и ширился по степи, так что его вряд ли можно объехать стороной.</P> <P>- Что это? - спросил Долматов у проводника.</P> <P>- Пал, - ответил Вожа. - Починки сжигают прошлогоднюю сухую траву.</P> <P>- Уходим к реке? - предложил капитан.</P> <P>- Большой крюк. Да и не поспеем. Ветер сильный. Пал не страшен, если идти ему встреч. Побежишь от него - задохнешься и сгоришь. Так бывало.</P> <P>- Зачем же починки так делают?</P> <P>- Уничтожают сорные травы, семена и вредных насекомых. И против кочевников пускают, если те на баранту пришли.</P> <P>Тем временем широкая полоса огня высотой аршин-два совсем близко. Над ней дым.</P> <P>- Держите коней за мной! – сказал Вожа и направил Тополя вскачь прямо на огонь. Промышленный конь пошел в огонь смело. Следом за ним, округлив глаза и испуганно хрипя, поскакали и другие кони. Всадники не давали им уклониться от встречи с огнем.</P> <P>Полоса огня была узкая. За ней дымилась черная земля. Но дышать можно. Вожа оглянулся. Огонь проскочили все.</P> <P>- Степные палы уничтожают растительный войлок, иссушают землю, - сказал геодезист с возмущением. - Разрушают ее.</P> <P>- Без рассмотрения утверждать не надобно, - не согласился с ним рудознатец. - Порой только одна речь от простого человека, не нарочно выговоренная, служила ученым людям поводом к откровениям и открытиям. С детства помню, как мои родители на огороде весной сжигали в кучах старую прошлогоднюю ботву. Там, где было кострище, капуста росла вдвое больше, чем в полусажени от него. Посыпь золой землю, удобри, а все ж не то будет. В чем тут соль - еще открыть надо.</P> <P>- Степные палы, уничтожая мертвый растительный войлок, способствуют раннему прорастанию степных трав, увеличивают густоту травостоя, богатство пастбища, - высказал предположение Долматов.</P> <P>- Так-то так, но что-то в самой земле меняется, - сказал Рудознатец. - После пала землю пашут, а на ней урожай лучше, чем там, где его не было. Притом, что целинный войлок отличное удобрение.</P> <P>- Зато сгорают гнезда куропаток и тетеревов, - не сдавался геодезист Аким Герасимов и вопросительно посмотрел на Вожу.</P> <P>- Перед палами гнездовий еще почти нет, - сказал Вожа. - Но выводков на гари бывает мало. Птица другое место ищет? Нельзя устраивать пал в ветреную погоду, если впереди по ветру нет реки. Пал и полста верст пройти может.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?32546'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=32546'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]