Близнецы (повесть) На конкрс "Служу народу и Отечеству" имени Героя Советского Союза В.В.Карпова : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/32794/index.shtml'>Владислав Стрегло </a></h1> <span class="date"><span>21 октября 2008 17:11</span></span> <h3><i>Автор:</i> Владислав Стрегло (г. Сургут)</h3> <h2>Близнецы (повесть) На конкрс "Служу народу и Отечеству" имени Героя Советского Союза В.В.Карпова </h2> <P><B>Исповедь</B></P> <P>Это случилось в июле девяносто пятого года. Была суббота, и в городе заметно увеличилось количество приехавших на уик-энд туристов. Приехал с семейством и Ганс. Вечером, раньше обычного, Отто появился в зале кафе и занял свое место, молча созерцая мир, в котором он чувствовал себя уже чужим. </P> <P>Зашел приятель-сват Геккер, они выпили по рюмочке коньяка, поговорили о внучках, обсудили житейские новости и расстались: Геккер ушел, а Отто продолжил свое созерцание.</P> <P>Было начало двенадцатого, когда в зале появились двое туристов, сразу привлекших внимание Отто. Это были мужчины приблизительно тридцатилетнего возраста. Один – высокий красавец шатен, в гольфах и пестрой футболке. Второй – коренастый, резкий в движениях, с глубокими залысинами брюнет, в шортах и алой футболке с гербом и аббревиатурой, уже не существующего государства, «СССР». Эта футболка и привлекла внимание Отто.</P> <P>-Пошли за тот столик, - донеслась до него русская речь коренастого.</P> <P>Отто встал и направился к столику посетителей.</P> <P>-Здравствуйте, господа! Рад видеть вас у нас, - поприветствовал он гостей на русском языке.</P> <P>-О! Никак к земляку попали? – удивился коренастый.</P> <P>-Нет, господа, я – немец. Чистокровный немец.</P> <P>-А речь чистая, - отметил шатен. – Акцента совсем не слышно.</P> <P>-Да, я еще в юности серьезно учил ваш язык. Очень люблю русскую классику: Чехов, Толстой, Куприн, Гоголь. Гоголь – мой любимый писатель. На месте Маяковского, я бы сказал: «Я русский бы выучил только за то, что им писал Гоголь». Ну а потом была, как вы, думаю, догадываетесь, четырехлетняя практика в России.</P> <P>-Воевали?</P> <P>-Да. К сожалению. Искреннему сожалению. Но..., - Отто, вздохнув, пожал плечами. - Что вы хотите заказать, ребята?</P> <P>-Пивка нам, отец. Мы зашли попить.</P> <P>-А не примут ли господа приглашение побыть моими гостями на часок? Дело в том, что я давно жду вас. У меня важный разговор к вам. Даже не столько разговор, как просьба.</P> <P>Посетители переглянулись, пожали плечами.</P> <P>-Ну…. В общем, мы не спешим…, - промолвил коренастый.</P> <P>-Благодарю! Тогда – одну минутку.</P> <P>Отто поспешил к бару, вскоре вернулся и сел за стол.</P> <P>-Сейчас нас обслужат, - пояснил он. - А пока давайте познакомимся. Меня зовут Отто. А на русский манер – Отто Вельгельмович, - представился он и рассмеялся: - мне еще не приходилось так представляться.</P> <P>-Саша, - представился коренастый.</P> <P>-Извините: Александр…?</P> <P>-Александр Иванович. Но называйте меня Сашей – так проще.</P> <P>-Борис, - представился шатен.</P> <P>-Очень приятно! А откуда вы приехали?</P> <P>-Я – из Москвы, а Боря – из Иркутска.</P> <P>-Вы – туристы?</P> <P>-Нет, мы – предприниматели. Прилетели в Штутгарт по делам, и решили немного развеяться. Красивые у вас места! Будет что рассказать и показать.</P> <P>Между тем стол был накрыт: салат, сыр, соленые свиные ножки, грудинка «риппхен», салями, пиво, бутылка шнапса заполнили его.</P> <P>Отто наполнил рюмки:</P> <P>-Ну, за знакомство, ребята! Для меня – долгожданное.</P> <P>-Ребята…, - начал Отто после того как они выпили и закусили.- Извините, вас не обижает мое фамильярное обращение? Ну и прекрасно! Ребята, я хочу вам рассказать об одном преступлении совершенном мной – убийстве вашего соотечественника лейтенанта Хаткова Алексея Даниловича. Кстати, у вас нет знакомых с такой фамилией? Нет. Ну ладно. Вы первые, кому я это рассказываю. Зачем? Мне осталось совсем не много. Я уже давно чувствую себя чужим в этом мире. Пора…. Надеюсь только на понимание моей исповеди, но не на прощение - простить меня может только Алексей. И буду просить вас об одной услуге. Но это потом, а сейчас сама история.</P> <P>Так вот, я уже обмолвился о моей четырехлетней «практике» в вашей стране. Мне тогда было двадцать семь лет, я к тому времени «попрактиковался» в Польше, Франции. Служил я в армейской разведке – был начальником дивизионной разведки. Как вы сами знаете, задачей разведки является постоянный сбор сведений о противнике. Это целая наука и одной ее составляющей является допрашивание пленных. А добывают этих пленных, или, как их еще называют «языки», за линией фронта.</P> <P>Вот так, однажды, под утро двадцать третьего октября сорок третьего года ко мне был доставлен пленный лейтенант. Это был Хатков Алексей Данилович. Интересно, что мы с ним появились на свет в один и тот же год и день в мае месяце. Я еще пошутил по этому поводу: «Мы с тобой «близнецы» - братья».</P> <P>И Отто со всеми подробностями рассказал трагическую историю его знакомства с русским лейтенантом.</P> <P>-…Это было первое и единственное убийство совершенное мной на войне. В боях я участвовать начал в самом конце войны, и поражали ли мои пули кого-то – мне не ведомо. Да и бой – это совсем другое дело: или ты, или тебя. А там было чистое убийство. Сразу я не придавал ему никакого значения. Даже злорадствовал. Я ведь тогда еле ноги унес из котла, который нам устроили русские. Их разведка оказалась на высоте, и артподготовка была сокрушительной. Вообще не многим удалось вырваться. Операция русскими была проведена блестяще, и в этом большая заслуга лейтенанта Хаткова. Ведь если бы он сообщил нам о наступлении – сценарий был бы совсем другой. </P> <P>Скорее всего, мы нанесли бы упреждающий удар, и есть все основания думать, что успех был бы на нашей стороне – к операции мы подготовились тогда основательно. А так все пошло прахом! И виной тому – мой проигрыш поединка лейтенанту. Я понял это сразу же, услышав грохот канонады, и виновник-победитель сидел передо мной. Так что мой эмоциональный взрыв, можно сказать, объясним. Но прощаем ли, если за ним стоит смерть человека? Мы на допросах не убивали: дал показания, и ступай себе, с Богом, в тыл. К упрямцам применяли, как и во всех разведках, жестокие меры воздействия. Были мастера по этой части. Да и у меня, грешного, бывали срывы, и я применял свои боксерские навыки. Я даже приобрел специальную перчатку. Она осталась там на столе. Бывали случаи, что не выдерживали и умирали. Помню случай: одного привели на допрос, а он тут же и умер. Было всякое, но не убивали.</P> <P>Говорят, что война списывает все. С меня, например, не списала. Трудно объяснить, почему память, со временем, начала относить меня в ту «рабочую» комнату. Но это так. И чем дальше уходило то время, тем сильнее утверждалось в сознании преступность совершенного убийства. Причем убийство человека тебе симпатичного. Что вызвало симпатию? В какой-то мере то, что мы с ним родились в один день. Поверьте, что узнав это, в общем-то, случайное совпадение, я ощутил чувство к нему, что-то вроде родства, ведь с этим человеком мы живем в этом удивительном мире равное количество дней! И это чувство сохранилось в душе до сих пор. И не случайно, когда в феврале сорок четвертого пришло известие о смерти матери, в памяти всплыло: «И у Алексея умерла мать.» Но больше всего – письмо. Очень жалею, что уничтожил его. Не письмо, а - песня! Восторг! Гимн! Получить такое письмо…. Особенно меня поразило: женщина благодарит врагов, за то, что жив ее любимый.</P> <P>Голос старика дрогнул, задрожали губы, по щекам покатились слезы. </P> <P>-А я его убил, - прохрипел он, превозмогая душивший его спазм. – Бедная Настя, какой удар я нанес тебе! И нет мне прощения.</P> <P>Некоторое время Отто молчал, опустив голову. Молчали и, потрясенные исповедью кающегося убийцы, гости. </P> <P>Успокоившись, он продолжил:</P> <P>-Однажды Он явился мне. Случилось это в мае шестьдесят третьего года, вскоре после открытия нашего кафе. Что это было – я не могу объяснить: вроде бы и сон, но слишком реально для сновидения. Да, я тогда лег спать. Но вдруг оказался в кафе за стойкой. Посетителей было мало. Я обратил внимание на одинокого посетителя, сидящего ко мне спиной. Не могу показать вам этот стол, так как это уже другое помещение. Я подошел к нему, как обычно поприветствовал и спросил, что господин желает. Он поднял голову, и ужас охватил меня – это был Алексей. В своей гимнастерке с лейтенантскими погонами, с отставленной левой ногой перевязанной в колене. </P> <P>«Воды», - тихо попросил он. Я закричал и очнулся. Вскочила Марта, прибежали сын, дочка. Меня трясло. Им я объяснил, что приснилась война и гибель моего фронтового товарища. Они успокоились. А меня еще долго колотила дрожь. С тех пор слово «вода» стало моим мучителем. Все отдал бы, чтобы напоить его, но это невозможно. Ходил в церковь на исповедание – не помогло. Не простил Всесильный и Всемилостивейший моего преступления. Да я и не надеялся – слишком просто это, до наивности. Вообще мои отношения с религией, после войны, существенно нарушились. Не буду распространяться на эту тему, только многие процессы нашей жизни не могу, данным мне умом, понять с позиции всесилия Божьего. После смерти Марты я, в ее память – искренне верующей – хожу в церковь. И, знаете, нахожу там утешение. Религия - это как опора, своего рода костыль немощной душе. Но не всесильна. Более полувека живу я с «каиновой печатью» на душе и никому ее не снять.</P> <P>Старик замолчал.</P> <P>-А какова судьба наград Алексея? – поинтересовался Саша.</P> <P>-Вот за этим я и ждал вас, - улыбнулся Отто.</P> <P>Он извлек из кармана небольшую деревянную шкатулку, и высыпал из нее награды.</P> <P>-Вот они все, - старик аккуратно разложил ордена на столе.</P> <P>В торжественном молчании смотрели собравшиеся на немые свидетельства подвигов давно погибшего человека.</P> <P>-Да-а…. Боевой был воин, - прервал молчание Отто, тяжело вздохнув. – Я вот о чем буду просить вас, ребята. Мне, сами видите, осталось мало греться под Солнцем, и меня последнее время мучает вопрос о судьбе наград героя. И пришел я к выводу, что правильнее всего будет – передать их сыну Алексея. Я запомнил его имя – Виктор. Запомнил и название села – Журавлевка. По иронии судьбы, и наша встреча с Алексеем произошла в селе с таким же названием. Наверно потому и запомнил. Область не запомнил, но она точно на оккупированной территории. Думаю, что этих сведений хватит для успеха поиска.</P> <P>-Отто Вельгельмович,- заговорил Саша, - я беру это дело на себя. Я – москвич, и мне будет проще. Я тоже думаю, что вопрос решаем. Тем более, что у меня много знакомых в среде журналистов. Уверен, что мы это дело раскрутим. Ну а если случится, что наследников не окажется – что делать с орденами?</P> <P>-Я думал об этом. Поместите их в музей. Лучше, конечно, в местный. И расскажите о нем. Но я чувствую, что вы найдете сына.</P> <P>-А ваш сын знает об этом? – поинтересовался Борис.</P> <P>-Нет. Зачем? Зачем передавать свои страдания по наследству? Хватит с меня.</P> <P>-Отто Вельгельмович, а вам не хочется проехать по местам, так сказать, «боевой молодости»?</P> <P>-Боже упаси! После того, что мы там натворили…. Нет! Нет, нет….</P> <P>-Ну, все ясно. Мы пошли, Отто Вельгельмович. Поздно уже.</P> <P>-Да, конечно. Саша, ты налей – выпьем на дорожку, а я пока сложу ордена.</P> <P>Старик стал бережно укладывать ордена в шкатулку. Задержал взгляд на «Красной Звезде».</P> <P>-Красивый орден, - задумчиво проговорил он, и, как бы оправдываясь, добавил, - Вот здесь выщерблинка на эмали – она так и была.</P> <P>Уложив ордена, Отто засмотрелся на них, прощаясь.</P> <P>-Как-то, их увидел отец. Это было время послевоенной разрухи. Предложил продать – американцы хорошо платили за ордена. Я не дал, - вспомнил он.</P> <P>Они выпили, и Отто проводил гостей на улицу.</P> <P>-Спасибо вам, ребята. Вы не представляете, да я и сам не понимаю, что сейчас произошло со мной – такое вдруг облегчение! Как будто камень свалился с моей души, - благодарил старик новых друзей, пожимая им руки на прощание.</P> <P>Черное небо было усеяно необыкновенно яркими звездами. С гор веяло прохладой. Несмотря на поздний час, улица оглашалась веселым шумом беспечной молодежи.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?33481'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=33481'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]