Пихтовка (4,5,6,) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/26000/index.shtml'>Петр Сумбаев</a></h1> <span class="date"><span>06 ноября 2008 12:49</span></span> <h3><i>Автор:</i> Петр Сумбаев (г. Новокуйбышевск)</h3> <h2>Пихтовка (4,5,6,)</h2> <P><STRONG>4.</STRONG></P> <P>Не могла больше скрывать Надя существования сына от родителей. «Накатала» быстро письмо с сообщением и попросила их приехать. Отец с матерью не заставили долго ждать. Под самый Новый год дочь встречала у себя дорогих гостей. Навезли подарков и дочери, и внуку целых два чемодана. Никитушке – и ползунков, и маечек, и костюмчиков разных размеров, на вырост. А уж игрушек – каких только нет! От погремушек разного калибра и расцветок до машинок. </P> <P>Дочь изрядно пожурили. Особенно выговаривал Степан Степанович: </P> <P>– Ты что же, дочка, извергами нас считала? Ты же наша кровиночка! И одна ты у нас, единственная. Вот и старались беречь тебя как зеницу ока.</P> <P>– Простите, пожалуйста, свою дочь неразумную и неблагодарную! – только и смогла сказать Надежда в ответ.</P> <P>Как ты думаешь дальше жить? </P> <P>– Дождусь Фёдора, а там видно будет. </P> <P>Ну и правильно, дочка. Мы с матерью послезавтра уедем домой. Будем слать вам посылки. А ты чаще пиши нам и береги Никитку, сынка своего и внучка нашего, пуще глаз своих!…</P> <P>Уехали родители, а чувство горечи и досады на саму себя не проходили: «Зачем было скрывать и лгать? Ведь по-доброму, с пониманием отнеслись ко мне мои дорогие, не осудили, не отреклись, скандала не устроили, – думала Надежда. – Ну, а что касается Сибири, то не жалею, считаю, что выбор и хороший, и правильный ».</P> <P><STRONG>5.</STRONG></P> <P>В арестантской жизни Безуглова, тем временем, происходили важные события. Фёдор, как он и писал Надежде, «вкалывал » хорошо. Это не нравилось представителям «отрицаловки».</P> <P>Суббота. Раньше обычного закончил Безуглов работу, завтра день отдыха. Шёл в барак с приподнятым настроением. Навстречу вразвалку шагали два молодых лоботряса.</P> <P>– Ты что, падла, из шкуры лезешь, вкалываешь за троих? На «волю» захотел раньше срока? Не выйдет! – зло выкрикнул один, что поздоровее, и саданул Фёдора по лицу. </P> <P>Схватил Федька негодяя за грудки и так двинул в подбородок, что тот улетел метра на два. Другой вынул финку и пошёл на него. Болевым приёмом Безуглов выбил из рук отпетого уголовника нож. Тот заорал благим матом, рука его повисла. Фёдор поднял нож и спрятал . Прибежали к первым ещё два ублюдка. И началась такая катавасия, что не было понятно, кто кого лупцевал. Три подонка стали одолевать Безуглова. На помощь ему, вдруг, пришёл коренастый мужик с огромными, длинными, как у гориллы, руками. Он так шибанул одного из урок по голове, что тот больше не поднялся.</P> <P>Когда утихомирили шайку, Фёдор, сжал кулаки: </P> <P>– Запомните, я один не уйду на тот свет, а одного – двух прихвачу с собой… А тебе, старина, спасибо за помощь! Давай и впредь держаться друг друга. Вместе нам – и сам чёрт не брат. </P> <P>– Идёт! – еле отдышавшись, хрипло проговорил новый знакомый. </P> <P>Начальство сделало вид, будто ничего не случилось, тем более, что в данном случае и правда восторжествовала, и все остались живы. </P> <P>Впервые в жизни Федя понял, что даже здесь, «на дне», есть люди, способные на защиту справедливости. Оказывается, везде и всюду мир не без добрых людей. И от таких мыслей на душе его стало светло и радостно.</P> <P>С этих пор Безуглова больше никто не трогал, а вот защитника вскоре удавили. Однажды, после подъёма, обнаружили того мёртвым. Сильно переживал Фёдор смерть приобретенного кореша, чувствуя, что и он, в какой-то мере, стал причиной его гибели... </P> <P><STRONG>6.</STRONG></P> <P>А у Надежды жизнь катилась по ровной, укатанной дорожке. В день двадцатипятилетия Фёдора Надя послала в лагерь поздравительную телеграмму. </P> <P>Сынище рос не по дням, а по часам. Смотрела она по вечерам на него, спящего, и сердце её наполнялось тихой радостью, нежностью и гордостью. Незаметно пролетел для неё год. Никита уже твёрдо стоял на ножках и топал по всей избе. Летом баба Клава выводила его на улицу, и он ползал по траве на четвереньках, щипал её и что-то лопотал по-своему, одному ему понятному. </P> <P>В начале лета Надежда с полуторагодовалым сынишкой играли на улице. По небу поползли чёрные предгрозовые тучи. Они вскоре приблизились к солнцу и затмили его. Над землёю повис зловещий сумрак. Мать проворно схватила малыша на руки и заскочила в дом.</P> <P>Ослепительно яркой змеёй полоснула по чёрным густым тучам молния, и вслед раздался оглушительный удар грома. Малыш спокойно воспринимал грозу. Вот закончилась буря, перестали блистать молнии, где-то уже далеко ворчал гром. Дождь прекратился. </P> <P>Повыскакивали ребятишки на улицу, и давай носиться босиком по лужам. </P> <P>Вышли вновь мать с сынком на улицу, пустила она и его побегать босым. Смотрела Надюша на весело шлёпающего по воде и визжащего от восторга Никитончика и вспоминала своё детство, как они, бывало, бросались после грозы целовать мокрую землю, чтобы веснушек не было – так учили бабушки. </P> <P>Подошёл июль. Однажды вечером Клавдия Ивановна предложила:</P> <P>– Надежда Степановна, я договорюсь со своими товарками, чтобы они зашли за вами утречком в воскресенье, когда пойдут в лес. Соберитесь, сходите с ними: и наши сибирские места поближе узнаете, и ягодки насобираете, и отдохнёте. А то всё работа да работа без конца и без краю. Вздохнуть некогда. Этак ведь можно и с ног свалиться. Не зря у нас говорят: от работы кони дохнут. Вы идите, а я побуду с Никитой.</P> <P>– Спасибо, тётя Клава, за внимание и заботу. Я с удовольствием пойду. </P> <P>В воскресенье чуть свет Надежда с бабёнками отправилась в лес. К полудню она вернулась домой смертельно уставшей, но очень довольной и с полной корзинкой малины. По совету Клавдии Ивановны перебрала и высушила ягоду, чтобы хранилась зимой. </P> <P>Позднее Надежда ходила и по бруснику. Залила её мёдом в туеске. Подумала, что в Пензе не знают этого лакомства... </P> <P>Осенью несколько раз сходила по грибы и была удивлена их обилию в сибирских лесах.</P> <P>Как-то заявились к Надежде Степановне шофёр Смолов Яков и тракторист Норкин Тимофей.</P> <P>– Здравствуйте, доктор. Дровишек вам привезли на зиму. Сейчас их распилим, расколем и приберём, чтобы вам зимой беззаботно жилось. Где будет поленница?</P> <P>– От помощи не откажусь. Сложите дрова вдоль стены коровника.</P> <P>Когда Яков и Тимофей управились с шестью кубометрами еловых и берёзовых дров, хозяйка пригласила работников в дом отобедать.</P> <P>Сели мужички за стол. Надежда Степановна подала им тарелки с горячими наваристыми щами и поставила на стол бутылку «Столичной» и стаканы.</P> <P>– Благодарствуем, Степановна. Пообедаем с удовольствием – проголодались. И выпьем с устатку по стопочке, а больше – ни-ни: напиться этой дряни мы и дома можем, было бы желание. А сделайте лучше нашего, пихтовского, чаю из чаги со смородиновым листом. Изумительный и пользительный напиток!</P> <P>– Не хотите водки – воля ваша. Ешьте-ка лучше. А ваш чай я уже приготовила. Баба Клава меня научила.</P> <P>Отдали мужики честь и щам, и котлетам, и «пользительному » напитку с пирожками и шаньгами.</P> <P>– Спасибо, хозяйка, за угощение. Всё было очень вкусно. А чай и шаньги – настоящие, сибирские. Будет нужда в помощи – зовите, никогда не откажем. </P> <P>При прощании Надежда протянула им деньги. </P> <P>– Обижаете нас, доктор. Спрячьте-ка их. Сибиряки, если что делают, то делают от чистого сердца и безвозмездно.</P> <P>– Простите – обидеть я вас не хотела.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?34368'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=34368'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]