Верность (4,5,6) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/26000/index.shtml'>Петр Сумбаев</a></h1> <span class="date"><span>04 декабря 2008 13:58</span></span> <h3><i>Автор:</i> Петр Сумбаев (г. Новокуйбышевск)</h3> <h2>Верность (4,5,6)</h2> <P><STRONG>4.</STRONG></P> <P>В конце августа Никита уехал в Новосибирск. Явился демобилизованный солдат к декану юрфака в армейской форме и с медалью на груди. Руководитель факультета был рад видеть своего воспитанника и без проволочки решил дело о продолжении его учёбы на втором курсе.</P> <P>Вскоре Никита в письме родителям сообщил, что рука его «заработала».</P> <P>Безуглов учился хорошо, получал стипендию, но её не хватало на прожитие.</P> <P>И, чтобы не напрягать родителей, он по выходным дням и на каникулах подрабатывал грузчиком. Приезжал в Пихтовку только на денёк-другой навестить родных.</P> <P>Через четыре года Никита защитил диплом и был направлен на работу в Новосибирский городской отдел по борьбе с экономическими преступлениями.</P> <P>На следующий год, летом, получив отпуск, сын приехал к родителям и был озадачен их видом. Мать перенесла мини–инфаркт на ногах. И теперь она тихонько передвигалась по дому. Землистые щёки отца подёргивались в тике, похудел он, но крепился. Крупные широкие ладони его, как у настоящего мужика-хлебороба, не знали устали. Дел было много и в колхозе, и дома.</P> <P>Как-то Никита предложил:</P> <P>– Тяжело вам содержать скотину. Избавьтесь от неё.</P> <P>– О, нет! Чего же буду делать после работы? Да я с ума сойду! Это невозможно! Утром закукарекает петух, замычит коровушка, завизжит порося, залает Дружок – и на сердце моём благодать: всё живёт, и мы живём. Да и на одной картошке с капусткой курсак будет пустой. Нет-нет, – возразил отец, – пока, сын, твоё предложение не проходит, ты уж извиняй меня. А как ты думаешь, мать? </P> <P>– Я по пословице: куда иголка, туда и нитка.</P> <P>– Вот видишь, и мамка поддерживает меня. </P> <P>Весь отпуск сын безвылазно работал по хозяйству. </P> <P>Смотрела Надежда Степановна на сына и радовалась – добрый молодец вырос, работящий, характером мягкий, непьющий. Достанется какой-то девушке не мужик, а клад.</P> <P>За домашними делами Никита и не заметил, как кончился отпуск. С сестрёнкой договорился, что нужно подумать о подарках родителям к их юбилеям в следующем году. </P> <P>Вечером, перед отъездом, Никита спросил родителей:</P> <P>– А вам ни о чём не говорит 1988-й год?</P> <P>– Вроде бы нет.</P> <P>– Заработались вы, мои дорогие. А ведь этот год юбилейный. Вам стукнет по полста. И у вас – серебряная свадьба. Любаше исполнится пятнадцать… Вспомнили?</P> <P>– Ой, и вправду, закружились мы в хозяйственном водовороте, и недосуг нам вспомнить о праздниках.</P> <P>Наутро Безугловы проводили Никиту. </P> <P>При прощании мать не удержалась: </P> <P>– А жениться не надумал, Никитушка? </P> <P>– Нет, маманя, пока некогда. Я поступил в аспирантуру. Вера учится. Что будет через три года – поживём, увидим… </P> <P>– А мы с отцом ровно в твои годы поженились. Да и внуков хочется увидеть. Ведь Безугловский род должен продолжиться. А Абрикосовский, к сожалению, закончился, – на обветренном лице Надежды Степановны мелькнула горькая гримаска. </P> <P>– Ладно, сынок, до встречи. </P> <P>… Нравилась Никите его работа. С разными людьми приходилось общаться. Интересно. А вот в аспирантуре учиться было трудновато. Но молодой организм пока выдерживал большие нагрузки. </P> <P>Холода в эту зиму загнули такие, что не приведи Господь. Куры с насеста падали мёртвыми, птички замерзали на лету. </P> <P>Томительно и долго, как никогда, тянулась эта злосчастная для Никиты зима. Зато весна была тёплой, дружной. </P> <P>На этот раз он приехал в Пихтовку 1 июня, как и договаривались с домашними. Привёз и вручил подарки всем. Матери – красивую пушистую кофту из гаруса. Отцу – пуловер. Им же – по серебряному кольцу к 25-летию совместной жизни. Любане – нарядное шёлковое платье. Добыл к торжеству шампанского и хорошего коньяка. </P> <P>За столом глава семьи сразу предупредил, что не будет пить всякую заморскую дребедень, а только русскую водку, лучше «Столичную». О презенте сказал, что отвык уже ходить в такой шикарной одёвке, но сгодится, чтобы быть в гробу нарядным.</P> <P>Матушка была тронута подарком сына. Бледные её щёки покрылись румянцем. </P> <P>– Это мне?</P> <P>– А кому же ещё, мамуля?</P> <P>– Ну, спасибо, родной! Спасибо всем, мои дорогие, спасибо, мои хорошие! – и всех расцеловала. </P> <P>Любаша сразу нарядилась в новое платье, покружилась у зеркала и бросилась обнимать брата.</P> <P>Понемногу выпили враз за всех именинников и юбиляров Безугловского рода. От предложения отца, выпить ещё, сын отказался. </P> <P>– Ну и добро, сынок, молодец! Не увлекайся этой гадостью – никого она до хорошего не доводила. Тащи лучше, мать, стряпню свою – будем чаи гонять. Это и вкуснее, и сытнее, и разумнее.</P> <P><STRONG>5.</STRONG> </P> <P>Люба сдала экзамены и получила свидетельство об окончании восьмилетки. Она, как и мама, решила стать медиком. Перед отъездом Никиты она попросила родителей отпустить её с братом в Новосибирск, чтобы поступить в медучилище.</P> <P>– А как же мы с отцом, дочка, вдвоём останемся? – с тревогой спросила Надежда Степановна.</P> <P>– Чем раньше уеду, тем раньше вернусь. Проучусь три года и буду работать в нашей больнице, тем более, что её расширяют.</P> <P>– А что, родители, в рассуждениях сестрицы есть резон, – подхватил Никита, – пусть едет со мной, помогу устроиться и буду навещать её.</P> <P>– Тоже верно. За подол возле себя дитя не удержать. Дочь уже взрослая. Не век же ей быть с нами. Как ты думаешь, отец? – обратилась Надежда к мужу.</P> <P>– Разумно рассуждаешь, мать.</P> <P>Стали собирать в дорогу родители своих повзрослевших детей. Но не успела уехать молодёжь, как пришло известие из Липовки о тяжёлом состоянии Анны Михайловны.</P> <P>Быстро собрались Безугловы.</P> <P>Анну Михайловну застали живой. Её частично парализовало: с постели не вставала, но была в сознании. Через два дня мать умерла на руках Надежды, успев проститься со своими родными (узнала всех) и повторить просьбу – положить её рядом со Степаном Степановичем.</P> <P>Так и сделали. Похороны были многолюдными: ведь она прожила и проработала в Липовке всю жизнь. Сельчане очень уважали и чтили её.</P> <P>Вернулись Надежда с Фёдором в Пихтовку, а дети, по пути из Липовки, остались в Новосибирске. </P> <P>Совсем пусто и неуютно стало в доме. Потекли серые будни: кухня, работа, хозяйство. Придя из больницы, Надежда, после механически выполненной работы по дому, неприкаянно начинала ходить из угла в угол. Тошно ей было от сознания того, что родителей уже нет, а также без смеха, без споров, без суеты детушек. Взялась всё-таки и вечерами скроила и сшила себе платье из ткани, которую подарил ей к пятидесятилетию муж. Полюбилось оно Наде, стала надевать его только по праздникам да во время редких встреч с детьми. </P> <P>Часто начала болеть Надежда Степановна. В пятьдесят три года получила инвалидность второй группы по болезни сердца.</P> <P>Окончила медучилище Люба. Брат походатайствовал о её направлении в Пихтовскую больницу медсестрой – акушеркой. Взял отпуск и вместе с сестрой нагрянули к родителям. То-то было радости у тех, когда узнали, что доченька приехала жить и работать в родном селе.</P> <P>Хозяйка (хоть и с большим трудом) организовала угощение в честь приезда детей. </P> <P>– Я приглашу Веру? Пора бы уж поближе вам познакомиться с ней, – закинул удочку Никита.</P> <P>– Конечно! – в один голос заявили родители.</P> <P>– Давайте и свадьбу зараз справим! – предложил отец.</P> <P>– А мы будем жить в гражданском браке, – заявил Никита. – Зачем тратить деньги на такой дорогостоящий обычай, как свадьба?</P> <P>– Так исстари ведётся на Руси, сынок, – возразил Фёдор Иванович.</P> <P>– А у вас с мамой была свадьба? – не унимался тот.</P> <P>– Не обижай отца. У нас были обстоятельства, которые не позволили сыграть нашу свадьбу. Ну, ладно, давайте закончим пока разговор на эту тему. Это шутя не решается, – проговорила Надежда Степановна. – Пора за стол. А ты, Никитушка, марш за невестой, а то всё остынет.</P> <P>Перед отъездом Никиты состоялся другой разговор.</P> <P>– Хоть и нравится мне работа в Новосибирске, но моя душа тянется в село. Я весь в тебя, батя. Может, бросить там всё к ядрене фене и вернуться в родную Пихтовку. Поди, возьмут меня здесь участковым инспектором? – вроде в шутку спросил сын.</P> <P>– Дело говоришь, умная голова! Как раз Петрович собрался уходить на пенсию. Опять будем все вместе! Нам при своей милиции и сам чёрт не брат будет! И снова заживём что надо! </P> <P>Мать зашлась от радости – слова вымолвить не может… Так и решили на семейном совете (и уже не в шутку) – быть Никите в родном селе.</P> <P>Отвёз Фёдор Иванович сынка и к вечеру вернулся домой. Зашёл в избу, а Наденька пластом лежит на кровати с прикрытыми глазами. Возле неё хлопочет Любаша.</P> <P>– Что с ней?</P> <P>– Расстроилась из-за отъезда Никиты, вот и прихватило сердечко. Не шуми, только сейчас заснула, – шёпотом предупредила дочь отца. </P> <P>А тем временем Никита в Новосибирске доказывал своё право на переезд в Пихтовку.</P> <P>– Никита Фёдорович, у тебя прекрасная должность. Аспирантуру закончил. Начинай работать над докторской. Скоро уйду на отдых – займёшь моё место. И как это втемяшилась в твою умную голову дикая мысль – уехать в глухую провинцию? Никак не возьму в толк. Объясни мне, пожалуйста, – допрашивал заведующий отделом. </P> <P>– Мама тяжело больна. Вот главная причина моего возвращения в деревню. А что касается провинции, то в ней тоже есть свои прелести.</P> <P>– Хорошо, отрабатывай две недели и катись колбаской в свою деревню. Только потом не держи зла на меня, что не смог удержать тебя. </P> <P>– Спасибо, Михаил Иосифович, и до свидания.</P> <P><STRONG>6.</STRONG></P> <P>Шло время, текла жизнь. Страна переживала перемены: «По стране промчалась тройка: Мишка, Райка, перестройка», – такая прибаутка была в то время в ходу.</P> <P>С перестройкой мало что изменилось в Пихтовке. Шло как по анекдоту: «Перестройка, как лес во время ветра: вверху – шум, внизу – тихо». </P> <P>Начальство всё то же: Митрич да Лукич. Так же мужички попивали, несмотря на «сухой закон», хоть не водочку, а уж самогончику до упаду: гнали его почти в каждом дворе.</P> <P>Вот после развала Советского Союза, когда к власти пришли «демократы» да стали вместе «думать», как жить народу, тут и пошло… </P> <P>Быстренько всё приватизировали, объявились олигархи, которые полезли во власть. А простой люд приспосабливался, кто как мог. Открывались частные предприятия: некоторые стали процветать, другие – здесь же прогорали. </P> <P>Многое изменилось в Пихтовке. Заменили начальство.</P> <P>В председателях теперь были люди помоложе да поухватистей. Понаехало было за лёгкой наживой и чужого люда. Кто фермером пытался стать, кто перекупщиком сельских продуктов. Но фермеры как-то не состоялись: не больно их приветствовали местные крестьяне, не давали широко размахнуться. Побились, побились те – и укатили дальше искать фарт.</P> <P>Колхоз стал чахнуть. Высунулись из нор «грызуны» – мелкие воришки, которые решили: «Было всё колхозное, а теперь – моё.»</P> <P>Новый председатель колхоза, Вершнёв Валерий Семёнович, понемногу-понемногу стал налаживать хозяйство: появились местные «заводики» по переработке сельхозпродуктов, своя маслобойня, колхозный цех, стали продавать сыры, колбасы, сливочное и растительное масло.</P> <P>Открылась своя лесопильня, пиломатериалами снабжали окрестные сёла, даже из Новосибирска были заказчики. Женская бригада работала с лесными дарами: собирали грибы, ягоды, орехи, лекарственные травы. Сушили, консервировали, солили. И тоже был навар в колхозную кассу. </P> <P>Так что, кто хотел работать, работал и на предприятиях и на собственных участках, что тоже приносило немалые доходы в семью. У многих автомобили сменили прежние мотоциклы.</P> <P>Ну, а «несунам» и здесь – раздолье. Не уследить одному милицейскому Петровичу за всем, староват стал: нет прежней прыти, прежнего «нюху». Пора и на пенсию.</P> <P>Вовремя объявился Безуглов-младший. </P> <P>В сентябре Никита приехал домой. Это радостное событие благотворно подействовало на здоровье Надежды Степановны, и она почувствовала себя лучше.</P> <P>На третий день после приезда Никита Фёдорович пошёл в сельсовет, сообщил о своём назначении. Пригласили председателя колхоза.</P> <P>– Ба, какой народ здесь собрался! По какому поводу звали?</P> <P>Вместе продумали, на что обратить особое внимание: на хищения в колхозе, на поведение молодёжи, которая бражничала и не работала, на беспорядки в сельском клубе: мат, драки, хулиганство. </P> <P>Новому участковому начальство посоветовало немедленно связаться с лесничеством: там больше всего хлопот и работы доставляли браконьеры, промышлявшие зверьём и птицей в окружающих лесах и водоёмах, незаконной порубкой леса.</P> <P>Никита наметил состав добровольной дружины из числа сельской молодёжи: двух механизаторов, учителя физкультуры и молодого агронома, недавно прибывшего в помощь главному.</P> <P>В ближайшую же субботу на танцах, после показа кинофильма, новому участковому пришлось столкнуться с компанией безобразничавших подростков.</P> <P>В углу зала слышались матерщина и визг девчат. Два наголо остриженных восемнадцатилетних оболтуса развязно вели себя с девчонками. Безуглов подошёл и предложил выйти вместе с ним на улицу. Они пробовали протестовать, но им пришлось подчиниться. </P> <P>У крыльца Безуглов разъяснил им правила поведения в общественном месте и пообещал:</P> <P>– Вам скоро идти служить в армию, и если будете хулиганить, то я организую вам другую «армию».</P> <P>– Усекли, Никита Фёдрыч.</P> <P>Не враз наступила идиллия в пихтовском клубе. Были и разборки, и кулачные бои, но до поножовщины и смертоубийства дело не доходило.</P> <P>Регулярно дежурили дружинники в клубе. Пьяных туда не пускали. И вообще с любителями «зелёного змия» велась жёсткая борьба.</P> <P>Поприжали хвосты и мелкие расхитители колхозного добра.</P> <P>Но однажды в конце октября шёл Безуглов с обходом. Со стороны Каргата дул студёный порывистый ветер с ледяной крупой. Он сёк лицо. Никита поднял воротник пальто и прикрыл щёки. Остались одни глаза под лохматыми бровями. Навстречу мчал на розвальнях Шамохин Сергей – бывший «дружок» отца. Интуиция подсказала участковому остановить возницу. Поздоровался, присел на сани, ощупал мешки и спросил:</P> <P>– Продолжаешь воровать, дядя Сергей?</P> <P>– Нечистый попутал, Никита Фёдрыч! Да и правду надо сказать, на наши трудодни колхоз выделил нам шиш с маненьком. А скотинка во дворе ревёт, визжит – жрать просит. </P> <P>– А общественная живность пусть голодает? Её жалеть некому. Если ещё раз застукаю, Шамохин, пеняйте на себя. А сейчас разворачивайтесь и везите комбикорм в коровник, а я проверю.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?36052'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=36052'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]