30 декабря 2008 14:27
Автор: Людмила Фельдблит (г. Самара)
Сумасшедшая чёлка
Был у меня в жизни эпизод, который, я думаю, вполне можно назвать критическим «ра-зо-ча-ро-ва-ни-е». Что поделаешь, видимо, возраст подошёл. Мне тогда двадцать семь стукнуло, а с восемнадцати я уже замужем. Два взрослых сына – одному почти восемь, другому скоро три. Куда ни кинь глаз – кругом одни заботы да вечные сумки. Даже чёлку, что так и норовит закрыть второй глаз, не хватает сил сдуть. А тот глаз, что всегда закрыт, так это писк моды. Помните ту моду? Была, была… (то ли «Бабетта», то ли «Крыша Парижа» – теперь уже и сама не помню).
Всё безжалостно начёсывалось вверх, а то, что оставалось, – сумасшедшая чёлка.
Но я сейчас не про моду, не про красоту и даже не про любовь.
О-о-ох! Дикая пустота меня обуяла. Сплошные бега.
Кругом одна. Такое чувство, что у меня не два сына, а целая дивизия, и за всех в ответе я одна. И походка стала, будто жираф прячет свою голову в сумку кенгуру. Ощущение вечной вины… – что мало времени, мало денег, мало молодости, мало красоты и почти нет мужа.
У него со всех сторон работа – командировки, отчёты, проверки, сдачи объектов. И всё-всё-всё на его плечах. Кроме жены, детей и наших интересов.
А ведь была я когда-то самая-самая-самая!!! Самая красивая в школе! Самая толстущая, длинная коса и самые густые ресницы. И при споре «Чьи ноги лучше» – лучшими были эти самые – мои. Всё было, было-было. Ничего не придумываю. …И вот вдруг горечь во всём организме. Всё чаще, вроде, нечаянно слышала: «А у тебя есть ли муж?»
– А как же? Ведь у меня два сына, – так отвечала я.
Никто ни разу не усомнился, а не два ли у меня мужа? Это к слову.
Только когда сыны спят, он тут как тут, мой «вечный добытчик». Глаза бы мои его не видели. Устала…
Но я ведь сама знаю – вся жизнь у нас в полосочку. И, видно, тёмные уже кончаться стали. Что-то внутри тихо запело, будто рассвет забрезжил. А может, под чёлкой третий глаз приоткрылся? Слышали? После критических ситуаций случается такое. Или просто весна из души выпархивать стала. Одним словом, все удачи и улыбки стали собираться в моей душевной копилке. Видимо, растворяться стала вся моя озлобленность.
…И вот, уложив своих деток, с тайной надеждой, что я ещё ничего, ещё не совсем старая, тут же приступаю к своему усовершенствованию.
Втискиваюсь в платьице весёленькой расцветочки, сшитое, как говорят, при Царе Горохе (которое того и гляди брызнет по швам), натягиваю колготы, на ходу всовываюсь в почти новенькие свадебные туфельки с каблуками в15 сантиметров и - вперёд. Прыгая через ступеньки, на ходу по памяти крашу губы и - на рынок! Благо, он у нас через дорогу. Прикуплю чего-нибудь особенного для всех нас. И ему…
Голову держу высоко. Грудь – вперёд. Животик глубоко в себя. Не торопясь, как на подиуме, переставляю свои (на 15 см. выше) ноги. Без привычки левая ножка так и западает за правую, и наоборот. Но это не главное. Вы и представить себе не можете, какова она, т.е. я. На все сто! Держусь молодцом. Глаза и ногти ярко горят. Ногти я уже на ходу маханула лачком, пока туфли отыскивала.
Вы даже не представляете, где я эти туфли нашла. А в кастрюлях на антресолях. Когда-то только кастрюли и их крышки были самыми громкими игрушками моих подрастающих сыновей. Бум-бум-бум! – стучали они по кастрюлям каблуками моих туфель вместо барабанных палочек. Было время!
… Теперь меня этот звон прошлого прямо-таки возбуждает. Я лечу, нет, я порхаю. И вокруг себя незаметно поглядываю на реакцию со стороны. Ага! Пялятся, пялятся…во все глаза пялятся и всё на мои ноги. Перешёптываются, уже даже пальцами показывают. Мол, обратите внимание…
Видно, годы не смогли погасить красоту! Я прямо ни жива ни мертва… Прошлась, нет, прогарцевала вдоль рынка и – обратно домой.
Когда понемногу разум стал возвращаться в покинутую голову, я мгновенно вернулась к прежнему земному состоянию и тут с ужасом осознала, что не только голову, но и кошелёк оставила дома. Но… на данную минуту это уже не было для меня главным. Я пребывала в новом жизненном состоянии, вроде как реанимированная.
…Возвратилась домой с демонстрирования себя, а сыновья меня уже с нетерпением ждали. Пристыженная собственным счастьем, я с ходу стала и им счастье устраивать: разложила на диване доску и объявила шахматный турнир. Удобно разместились. Младший как всегда на моих коленках, старший с умным лицом – напротив. Он прямо с первых же ходов стал у меня выигрывать. От такой прыти я, видно, разволновалась и начала своей маникюрной ручкой нервно колготки теребить.
А ярко накрашенный ноготок всё за что то цепляется. Тогда я мимолётно свой глаз из-под чёлки вниз – зырк, и …О ужас! В центре, на самых сгибах голеностопных суставов, колготные пятки, словно грудки торчат. Сразу перед глазами кинолентой мой променад по рынку проплыл. И тихий шепоток вспомнился, и все пальчики прохожих, что на меня указывали, ярко предо мною промелькнули.
И тут хохот меня обуял. Мне так весело стало. Сижу и хохочу себе от души. А дети мои так любят свою маму смеющейся. А как я люблю своих хохочущих деток. Их совсем не интересует повод моего веселья, главное для них – мама смеётся!
Господи, да как хорошо-то! Старший выиграл… Какой умный! Младший совсем взрослым стал. Трогает ручоночкой мою чёлку, норовит открыть мой второй глаз, и всё громче и громче мы хохочем. Я их целую и всё острее ощущаю счастье, гордость и огромную, непонятно откуда свалившуюся радость! Господи, да как же нам хорошо! Какие у меня необыкновенные дети! Все в него – в моего! Ах, до чего всё же эта жизнь прекрасна и удивительна!
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]