Под тенью Мтацминды (На конкурс «Служу народу и Отечеству!» имени Героя Советского Союза В.В. Карпова (повесть) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/24489/index.shtml'>Сергей Матвейчук</a></h1> <span class="date"><span>20 января 2009 13:13</span></span> <h3><i>Автор:</i> Сергей Матвейчук (г. Самара)</h3> <h2>Под тенью Мтацминды (На конкурс «Служу народу и Отечеству!» имени Героя Советского Союза В.В. Карпова (повесть)</h2> <P><STRONG>Глава 23</STRONG> </P> <P>Наступил новый, 1992 год. Незаметно отворил дверь истории, тихо вошел в жизнь – тревожную, наполненную смутной надежды.</P> <P>Погода отсалютовала новому году снегопадом – явлением для здешних мест нечастым. Срываясь с хмурого неба, белые мохнатые хлопья долго кружили в воздухе, словно выбирая, куда лучше упасть. Но где бы они не приземлялись, их ждала одна и та же участь – тонуть в жидкой противной грязи. И лишь кое-где снежинкам удавалось отвоевывать пространство у слякоти, и там кристаллизовались белые зернистые островки, точно рассыпанные кучки сахара. На них тут же, как на выслеженную добычу, набрасывалась гомонящая детвора, лепила снежки, игриво швыряя экзотические, тающие в руках комки в прохожих, чаще всего в визжащих девчонок.</P> <P>Сандро не хотел отпускать Тамару в рискованное путешествие. Он пытался убедить ее в том, что Тамерлану идти на задание одному гораздо сподручнее, и спутница-женщина послужит ему только помехой. Но разве переубедишь эту воинственную (с каких это пор!) непреклонную амазонку?</P> <P>- Идея покушения – моя идея, - заявила она. – А значит, мне ее и исполнять. Пусть Тамерлан прикроет меня в пути, но в Дом правительства я пойду сама.</P> <P>Они вышли на рассвете. Путь предстоял недлинный – всего каких-то пятьсот метров, но каких – по обстреливаемому пространству, мимо пожарищ, через линию фронта. Шли крадучись – то прижимаясь к стенам домов, то пригибаясь, короткими перебежками. Замирали, прислушиваясь к звукам, как отчетливо знакомым, так и к еле различимым, непонятным. Тамерлан впереди, Тамара следом, бережно придерживая притороченную на поясе минную мыльницу.</P> <P>За его спиной она чувствовала себя уверенней, хотя и не знала Тамерлана толком, ведь до этого они и виделись всего-то раз – на том самом дне рождения. Интуиция подсказывала ей, что рядом с ней надежный, опытный и удачливый спутник – друг Сандро. Она тоже за Сандро готова сложить голову. Как все перевернулось. Каких-то пару дней назад она еще воевала на стороне Звидиа. За законную власть. За свободу. За справедливость. В России она не нашла справедливости. Там она ощущала себя лишней, всеми гонимой. В паспортном столе придирались к справкам и не хотели прописывать. Довели ее до крайнего отчаяния, она наглоталась таблеток, в впала в прострацию, потеряла сумочку с деньгами и документами. </P> <P>А дальше – панель, сутенеры, кабала. Работала в постели на износ, а почти вся выручка уходила неизвестно куда: водителям, крыше, хозяину апартаментов. Ей доставались крохи вкупе с риском нарваться на непорядочного клиента или того хуже – извращенца. Решение вырваться из порочного круга зрело долго. Она терпеливо ждала подходящего момента, чтобы сорваться с цепи и исчезнуть навсегда. И когда ей доверили обслужить иностранца – какого-то закабаневшего бельгийского туриста – она поняла: это самый подходящий момент разрубить запутанный узел. Бельгиец взял ее на всю ночь, вел себя развязно, но она послушно исполняла все его прихоти, затаенно дожидаясь, когда тот дойдет до кондиции. Изловчившись, она подсыпала ему в бокал снотворного, завладела бумажником с плотной стопкой стодолларовых купюр, вскочила на отходящий в Грузию поезд и влилась в ряды защитников здешней демократии.</P> <P>Возле развороченного взрывом снаряда дома они сделали привал. Предстоял последний бросок – решающий, самый опасный. Только бы не попасть в поле прямой видимости снайперов. А там и до незримой нити линии фронта рукой подать. За эту линию Тамара пойдет одна, Тамерлан вернется в лагерь. Как ее встретят бывшие «однополчане»? Не усомнятся ли в достоверности сочиненной легенды? Не устроят ли ей обыск? И главное – пропустят ли к Звидиа? Тревожные мысли жалили словно пчелы.</P> <P>- Веселей, Тамара, - подбодрил ее Тамерлан. – Все будет нормально.</P> <P>Она улыбнулась, но улыбка получилась какой-то грустной и вымученной. В том, что ей было страшно, она не хотела признаться даже самой себе.</P> <P>Тамерлан подсел к ней, осторожно приобнял, ласково провел рукой по плечу, и в его глазах сверкнул хищный блеск. Он обхватил ее лицо ладонями и жадно поцеловал. Тамара вырвалась и резко отпрянула.</P> <P>- Ты что?</P> <P>- Ладно, что ты ломаешься как девочка, криво ухмыльнулся Тамерлан; в его голосе смешались обида и недоумение. – Нам, может быть, жить осталось – всего ничего. Шваркнет пулей и конец.</P> <P>- Нет, я не хочу и не буду, - глаза у Тамары округлились, вся она ощетинилась.</P> <P>- А я и спрашивать не стану. Возьму и все. </P> <P>- Только попробуй. Вот это видел? – она угрожающе ткнула в пояс. – Взлетишь на воздух моментально.</P> <P>Тамерлан насупился, затих. Подумаешь, принцесса. В России за деньги раздавала налево и направо. Могла бы уступить разок и за так – ведь на святое дело революции вместе идем. Эх, отделить бы ее аккуратненько от мины и отодрать за милую душу.</P> <P>Повисла неловкая пауза, неприятная для обоих.</P> <P>- Пошли?- предложил Тамерлан.</P> <P>- Пошли, - согласно кивнула Тамара. Они снова были в одной связке, осторожно по-кошачьи пробираясь к цели по пустынным вымершим улицам мимо безлюдных домов с высаженными стеклами, по обрушенной штукатурке.</P> <P>Перед Александровским садом они свернули направо и двинулись вверх. Теперь Тамара шла впереди, а Тамерлан сзади, прикрывая ее. Зарево пожара алым одеялом окутало старинное здание Дома связи. Огонь настырно рвался ввысь, его жадные языки лизали стену, крышу. Рядом пылали еще несколько домов, огонь грозил перекинуться дальше, но никто не спешил тушить вышедшее из под контроля свободное, как местная демократия, пламя. Ни привычного для подобных случаев скопления пожарных машин, ни паникующих ротозеев вокруг не наблюдалось. Вместо этого невдалеке от пожарища, уткнувшись в землю пушкой, обреченно замер подбитый танк. Одна его гусеница была целой, вторая, разбитая, ковриком стелилась по дороге.</P> <P>Вдруг откуда-то сверху щелкнул сухой короткий выстрел. Он был похож на треск сухой ветки, простой безобидный треск. И одновременно с выстрелом Тамара услышала досадливый вскрик Тамерлана. Она обернулась и мгновенно осознала весь ужас происшедшего. Тамерлан лежал на мостовой лицом вниз, по виску обильно сочилась кровь. Она инстинктивно бросилась к нему, чтобы помочь подняться и передраться с дороги на тротуар, но тут щелкнул еще один, такой же сухой надсадный выстрел; пуля, угодив в булыжник, звонко дзинькнула, точно монета, в каком-то шаге. Разжавшейся пружиной Тамара успела прыгнуть в укрытие, под танк, а в следующее мгновение две пули яростно звякнули о броню, тщась пробить стальной панцирь.</P> <P>Застыв в неподвижности, Тамара лежала под танком. Лежала долго, мучаясь собственной беспомощностью и невозможностью оказать помощь Тамерлану. Она не знала, ранен он или убит, требуется ли ему перевязка. Ее участь была лежать, затаившись и ждать. Темноты ли, каких-то благоприятных обстоятельств или еще чего-нибудь сопутствующего ее освобождению из этой западни. Она могла лишь немного пошевелиться, чтобы обозрить пространство и возобновить приток крови к онемевшим от неподвижности частям тела. Ей не хотелось ни есть, ни пить, стресс неумолимо давил ее своими безжалостными тисками безысходности, и эта гнетущая неопределенность, возникшая так внезапно и оглушительно, казалось, будет висеть над ней дамокловым мечом целую вечность.</P> <P>Вынырнувшие откуда-то издали голоса заставили Тамару невольно замереть и напрячь слух. Переговаривались двое и явно шли в ее сторону, поскольку их речь по мере приближения становилась все громче и отчетливее. До Тамары долетали обрывки фраз.</P> <P>- Эх, сейчас бы поесть, - мечтательно пожелал один голос. – Заур наверняка уже шашлык навернул. </P> <P>- Может тебе и женщину из России выписать, - отозвался второй. Поняв, что это омоновцы Звидиа, Тамара жалобно вскрикнула.</P> <P>- Помогите!..</P> <P>В замешательстве омоновцы замерли, оторопело наставив стволы на выглядывающую из-под танка голову. Но узрев в Тамаре женщину, быстро вытащили ее на свет.</P> <P>- Смотри какая красотка. Прямо исполнение желаний.</P> <P>- Там человек умирает, - простонала Тамара.</P> <P>- Где?</P> <P>- Там, за деревом, на мостовой.</P> <P>- Твой муж?</P> <P>- Нет.</P> <P>Вслед за Тамарой омоновцы подошли к неподвижно лежащему Тамерлану. Пощупали пульс. Тамерлан не дышал, пульс не прощупывался. </P> <P>- Мы шли защищать Дом правительства, - дрожащим голосом прошептала Тамара, чувствуя как неизбывно глаза застилаются слезами. – Я вас прошу, доставьте меня к Звидиа.</P> <P>…Спустя два часа Тамара сидела напротив Звидиа в его бункерном кабинете, и пила горячий крепкий чай. Она уже успела не только рассказать ему свою легенду, но и приладить мыльницу к дну столешницы. Смертоносная начинка готова была рвануть, стоило только надавить на кнопочку миниатюрного радиопередатчика. Надо лишь удалиться на безопасное расстояние и тогда…</P> <P>Она с трудом притворялась, будто внимательно слушает вождя, хотя ни одно его слово не долетало до ее сознания. В голове стоял шум, тело горело, как будто ее исхлестали крапивой. Поверил ли он ее легенде? Если даже и не поверил, какая теперь разница. Что она из плена – и без того ясно. А об ее истинных намерениях здесь никто не подозревает – иначе разве допустили бы ее к нему.</P> <P>Странно, но ей было совершенно не жаль этого человека. Она готова его убить, и это будет первый покойник, отправленный ее на тот свет. Почему она поступает так жестоко? Ведь Звидиа – ее благодетель, он не единожды давал ей защиту. Получается, пригрел на своей груди змею? Тамара – змея. Как все перепуталось. Она должна его лелеять и боготворить, а не лишать жизни. Но выходит все наоборот. И виноват в этом он сам - деспот, упившийся властью. Он ведь не был таким, таким его сделала власть. Власть над людьми, но не над временем.</P> <P>- Ты или очень устала, или тебя гложет, от чего тебе не удается избавиться, - заметил Звидиа.</P> <P>- Я давно хотела спросить. Можно?</P> <P>- Cпрашивай.</P> <P>- Тогда, 9-го апреля, людей намеренно подушили как цыплят. Это правда?</P> <P>Лик Звидиа стал суров. Из глаз сверкнули молнии.</P> <P>- Не смей этого касаться. Никогда не говори об этом, слышишь? Революции не свершаются без жертв. Но жертвы эти – праведные. Их жизни остались на алтаре свободы, и там, в загробном мире, им воздастся. А правильно ли мы тогда поступили, судить не нашему поколению. Главное – мы повернули колесо истории, и это по достоинству могут оценить лишь наши потомки. </P> <P>Он проводил Тамару до двери, возвратился на место и продолжил прерванное ее пришествием сочинение мемуаров. С горечью он сознавал, что запутался в вопросах, неподвластных его пониманию. Он никак не мог смириться с мыслью, что народ – тот самый народ, что так бурно поддерживал его в борьбе с коммунизмом – теперь так же дружно отвернулся от него. Выходит, он стал калифом на час, и власть, завоеванная столь дорогой ценой, лопнула, как мыльный пузырь? Неужели он мало сделал для Грузии? </P> <P>Неужели при коммунистах жилось лучше, как кричат сейчас на каждом углу представители этой так называемой оппозиции? Но ведь именно он сделал республику свободной и независимой, он повел борьбу за чистоту и возрождение нации, и никто не сможет переубедить его в том, что все то плохо. Он вернул грузинскому языку статус государственного, содрал все вывески на русском, оккупационном языке, переименовал города и улицы, убрал мозолившие глаз памятники Ленину и Орджоникидзе. </P> <P>Да, это пришлось не по вкусу московским кремлевцам и другим людям с имперским мышлением. Их психология догматична, они не смогут изменить ее до конца жизни, а значит, так и останутся врагами грузинского народа и агентами Кремля. Поэтому их надо не просто лишать слова, но безжалостно уничтожать, вырывая с корнем как сорняки. Как жаль, что он допустил непростительную ошибку с Национальной гвардией. Еще немного, и он наверняка навел бы порядок в республике, прижав к ногтю сепаратистов. Но ничего, придет время, и справедливость обязательно восторжествует, и он, Звидиа, вновь займет свое законное место в истории.</P> <P>В запале он неловко чиркнул по листу, и паркер с золотым пером выскользнул из руки и свалился на пол. Нашарив закатившуюся ручку, он с неудовольствием увидел, что вся она испачкана протекшими чернилами, а на его ладони появилась огромная фиолетовая клякса. Тщательно обтерев ручку промокашкой, он отправился в умывальник.</P> <P>Приглушенный взрыв заставил его непроизвольно вздрогнуть. С намыленными руками, в ужасе и растерянности, он очумело таращился на развороченный стол, на разбросанные ошметки своего недописанного сочинения, и едва заметно дрожал от внезапно охватившего озноба, отчетливо осознавая, что был всего на волоске от гибели.</P> <P>Очнувшись от оцепенения, он сразу же распорядился разыскать Тамару, служба безопасности прочесала все этажи Дома правительства, но ее в здании уже не было.</P> <P> * * *</P> <P>Морозным рождественским утром Тбилиси облетело известие: покинув бункер через подземный ход, Звидиа вместе со свитой, на десяти правительственных автомобилях в сопровождении двух БТРов бежал в направлении грузино-азербайджанской границы. Гвардейцы Селивани не чинили ему в этом никаких препятствий.</P> <P><STRONG> Эпилог</STRONG> </P> <P>Невысокий сутуловатый человек в шляпе бодро шагал по оживленному проспекту Руставели. Он шагал неторопливо, заглядывая по пути в каждый магазин, часто останавливался, с интересом рассматривал реставрирующиеся, в лесах, здания, два года назад разрушенные и сожженные в боях за взятие Дома правительства. Его внимание привлекало решительно все: пассажиры на крышах троллейбусов, курс доллара по отношению к местной денежной единице, цены на продуктовом рынке. Человек этот прибыл из Нью-Йорка, звали его Питер Хорст.</P> <P>Мистер Хорст держал путь в корпункт одной очень известной российской газеты, имея целью проведать своего преемника, который лишь месяц назад приступил здесь к работе на ЦРУ и неподдельно обрадовался, застав того на рабочем месте.</P> <P>- Вы, Фил, как вижу, времени зря не теряете.</P> <P>- Совершенно верно, мистер Хорст. Стараюсь. Надеюсь, шеф не оставит без внимания мое усердие и повысит по службе так же как и вас.</P> <P>Фил был лет на десять моложе Хорста и не решался называть того по имени.</P> <P>- В таком случае, Фил, вам необходимо постоянно помнить, что вы попали в очень экзотическую страну. Впрочем, вы наверняка это заметили и сами.</P> <P>- Да, грузины очень своеобразная нация. Каждый из них стремится командовать и никто не желает подчиняться. У меня сложилось такое впечатление, что анархия и свободная от законов жизнь – это как раз то, что им и нужно для счастья. Они чувствуют себя как рыба в воде, когда никто не запрещает им ехать на красный свет или влезть в вагон метро раньше, чем оттуда выйдут приехавшие.</P> <P>- Вот вам, Фил, и карты в руки. Мы развалили СССР, теперь ваша очередь разваливать Грузию. Это не так просто, как вам кажется: за семьдесят лет советской власти здесь столь всего понастроили.</P> <P>- По-моему, Грузию не надо разваливать, она сама развалится на княжества, как было когда-то в средние века. Вот уже сейчас, смотрите: Абхазия, Аджария, Южная Осетия центру не подчиняются. Звидиа хозяйничает в Мингрелии, отвоевывая город за городом.</P> <P>- И все-таки, Фил, согласитесь: грузины – великая нация. Так отчаянно сражаться за власть не умеют, пожалуй, нигде в мире. Такая мизерная точка на карте – а столько страстей!</P> <P>- Я не считаю, мистер Хорст, что величие нации вовсе не в том, что для того, чтобы выявить лидера, надо перестрелять всех остальных. Во всем мире для этого используются выборы.</P> <P>- Ладно, давайте отложил философию на завтра. Я чертовски проголодался и ей богу, умял бы сейчас целого быка. Пойдемте подкрепимся. У нас впереди еще уйма работы.</P> <P><EM>1988-1993 гг.</EM></P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?38166'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=38166'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]