10 февраля 2009 10:17
Автор: Валерий Жукин (г. Шатура)
Наряд (На конкурс «Служу народу и Отечеству!» имени Героя Советского Союза В.В. Карпова)
Женьке Лукину, младшему сержанту второго курса военного училища повезло, он заступил дежурным по роте с четверга на пятницу. В такой день это самый лёгкий наряд. Во-первых, конец недели, отцы – командиры не так придираются, во-вторых, наступают выходные дни, когда можно почувствовать маленькую свободу, свободу от военной службы, в-третьих, дневальными были назначены пацаны, с которыми у него были дружеские отношения. От этого с утра у Женьки царило благостное настроение. Проводив роту на занятия, он распорядился о наведении порядка в расположении роты. Дневальные разошлись по указанным местам и принялись за наведение чистоты. Они спешили поскорее закончить уборку, чтобы в «мёртвые часы» свободно заняться личными делами. «Мёртвые часы» - это когда в роте кроме наряда больше никого нет, а самое главное - нет офицеров, некому стоять над душой.
На пост дневального Женька определил Сашку Киреева. Это был упитанный балагур, не терявшийся ни при каких обстоятельствах. Проинструктировав его на случай прибытия в роту какого-нибудь старшего начальника или поступления телефонного звонка, Женька удалился помогать другим дневальным. За это курсанты его уважали и старались попасть с ним в наряд.
Воспользовавшись наступившим затишьем, Сашка решил проявить инициативу и вынести бак с мусором. В его отсутствие на тумбочке дневального раздался телефонный звонок. Потом ещё и ещё. Беспрерывный трезвон разбудил мирно дремавшего каптёра. Он с недовольным видом выглянул из-за двери своей каптёрки*. Дневального «на тумбочке» не было. “Где его черти носят? ”- пробурчал себе под нос каптёр и снял трубку.
-Алё!
-Что значит «Алё»?
-Слушаю…
-Что значит «слушаю»?! Вы что, товалищ кулсант, совсем ласпустились?! Полядка не знаете?! Как фамилия … лазгильдяй, чёлт побели!
Перетрусивший каптёр узнал голос командира батальона. Он вспомнил, что одним из дневальных был Сашка Киреев и произнёс:
-Киреев.
-Чёлт побели! Что значит Килеев?! А ну, пледставтесь как положено!
Как представляться в подобных случаях каптёр от волнения позабыл, а может быть, и не знал. Его делом было выдавать курсантам обмундирование, да менять простыни. Для солдата срочной службы должность лучше и не придумаешь: тепло, сытно, не обременительно. На другом конце провода ждали ответа, но каптёр как воды в рот набрал. Телефонная трубка в его руке стала скользкой от пота.
-Вы что там, язык плоглотили?! Доложите, где ваш лотный !
-Не знаю …
-Что-о ?! А ну, немедленно плибыть ко мне, чёлт побели!
Каптёр застыл, как вкопанный, не в силах опустить разогревшуюся трубку, в которой слышались разгневанные частые гудки. Наконец, придя в себя, он положил её на место и быстро, пока его никто не заметил, юркнул в свою берлогу и заперся там.
Возвратившийся, как ни в чём не бывало, Сашка Киреев встал на пост. В расположении роты было тихо и спокойно. Начищенный до блеска пол, как зеркало, отражал солнечные лучи. Сашка закрыл глаза и сладко потянулся.
-Ля-а-по-о-та!
Раздался телефонный звонок. Сашка быстро снял трубку. Приняв строевую стойку, бодро ответил:
-Дневальный по третьей роте курсант Киреев слушает!
-Это подполковник Гулков…
Сашка сразу и без представления узнал бы голос подполковника Гуркова. Комбат, когда злился, а злился он почти всегда, слегка картавил.
-Вы что, товалищ кулсант, на гауптвахту захотели?! Я вам, чёлт побели, устлою лайскую жизнь! Служба мёдом кажется?!
-Я …
-Молчать! Почему до сих пол не плибыли ко мне?! А… что…?! Молчать!
-Я …
-Пулей ко мне, лазгильдяй!
Женька, закончив работу в туалетной комнате с одним из дневальных, вышел в коридор роты, приводя в порядок свою курсантскую форму. Он взглянул на Сашку. Тот стоял вытянувшись, с телефонной трубкой на весу. Лицо у Сашки было красное, как помидор, в глазах застыл ужас.
-Сань, ты чё? Чё с тобой случилось?
-Слушай, Жень, на меня сейчас «Фанэра» наорал. Сказал, что он приказывал мне прибыть к нему, а я почему-то не прибыл …
-Когда он тебе приказывал?
-Да почём я знаю! Я его в глаза-то не видел и слухом не слыхивал!
-И чё теперь?
-Чё, чё! К себе вызывает, вот чё!
- Да не боись ты так. Успокойся. Может быть ничего страшного. Иди, а я тут «на тумбочке» за тебя постою…
У самого Женьки неприятно по душе прошёл холодок. Подполковника Гуркова курсанты боялись, да и не только курсанты. Он был строгим командиром и не прощал оплошностей. Если на закреплённой территории роты находил валявшуюся на земле хотя бы спичку, то вся рота эту территорию потом чуть ли не вылизывала языком. Однажды и ему пришлось столкнуться с комбатом. Как-то еще на первом курсе в парково-хозяйственный день, когда курсанты проводили генеральную уборку в роте, неожиданно появился подполковник Гурков. Дневальный, «стоявший на тумбочке» от растерянности не подал команду «Смирно!»
-Вы что, товарищ курсант, стоите как лист фанэры?!- напустился на него комбат.
Курсант настолько был напуган, что не мог вымолвить ни слова.
-Ротного ко мне!- распорядился подполковник и повернулся к вытянувшемуся Женьке.
-А вы что тут делаете, товарищ младший сержант?!
-Товарищ подполковник, личный состав отделения выполняет работу по оборудованию полок для просушки спортивной формы! – доложил Женька.
Подполковник поднял палец и, указывая на полки сверху вниз, вслух начал считать:
-Один… два… три… четыре!
Задумался. Потом стал считать эти полки снизу вверх:
-Один… два… три… четыре! - опять задумался. - Фу ты, чёрт! Одинаковые!
С тех пор курсанты и прозвали своего командира батальона «Фанэрой».
… Когда за Сашкой закрылась дверь, Женька вспомнил, что старшина роты приказал переставить мебель в ленинской комнате …
-Разрешите, товарищ подполковник? Товарищ подполковник, курсант Киреев по вашему приказанию прибыл!
-Так, товарищ курсант, доложите, почему так халатно относитесь к службе? Почему несвоевременно исполняете приказания старшего начальника?
Комбат впился глазами в замершего у двери курсанта. По спине Сашки побежали холодные капельки пота, а ноги стали ватными. Комбат остановился перед курсантом. Взявшись спереди и сзади за ремень портупеи, он медленно стал раскачиваться на мысках безупречно вычищенных хромовых сапог. Сашка не знал что ответить. Он выпучил глаза, надул щёки и искал спасительные слова.
-Так, где находится командир роты?
-Старший лейтенант Задорощенко находится с первым взводом на полосе препетствий!
Комбат опять набрал номер третьей роты. Но на звонок опять никто не отвечал. Подполковник нервно застучал пальцами по столу. До Сашки доносились длинные гудки телефонного вызова. Наконец трубку сняли, и к своему ужасу и удивлению Сашка услышал:
-Курсант Киреев …
Теперь от удивления и у комбата округлились глаза. Он прикрыл трубку рукой и спросил Сашку в полголоса:
-Курсант, как ваша фамилия?
-Курсант Киреев!
-А ещё в роте есть Киреевы?
-Никак нет! Я один!
Комбат отодвинул руку с трубкой и, указывая на неё пальцем свободной руки, спросил:
-Тогда это кто?
-Я … я не знаю …
-Так может быть вы не Киреев?
-Киреев я! Товарищ подполковник, можете проверить…
Сашка принялся быстро расстёгивать курсантскую куртку, чтобы достать военный билет.
-Отставить, товарищ курсант! Заправиться!
Комбат сердито бросил трубку на телефон. Киреев с обиженным видом стал приводить свой внешний вид в порядок. Подполковник что-то обдумывая, стал нервно прохаживаться по кабинету. Дверь в кабинет отворилась.
-Разрешите?
-Входите!
В кабинет вошёл командир третьей роты старший лейтенант Задорощенко.
-Товарищ подполковник, старший лей …
-Так, товарищ старший лейтенант,- перебил его комбат – доложите-ка мне, сколько у вас курсантов Киреевых в роте?
Командир роты удивлённо посмотрел на Киреева.
-Один, товарищ подполковник!
-А-а-ди-ин? Вы в этом хорошо уверены?
-Так, точно!
-А я в этом сильно сомневаюсь. Вот вам телефон, позвоните к себе в роту.
Старший лейтенант опять с недоумением посмотрел то на курсанта, то на комбата, набрал номер. На другом конце провода ответа не было.
Каптёру до чёртиков надоело отвечать на телефонные звонки: “ Весь предобеденный сон перебили. То комбат наорал, то кто-то позвонил и бросил трубку, а вот теперь опять звонок. Где этот «младшой»? Чего он никого из дневальных «не поставит на тумбочку»? Отвечай тут за них, будто у меня других забот нет”. Он подошёл к телефону.
-Курсант Киреев, слушаю!
Старший лейтенант, заливаясь краской, стал жевать уголок своих усов, потом положил трубку и посмотрел на комбата…
-Вот балбесы!- выругался каптёр.- Какой двоешник вздумал баловаться? Комбата на него нет!
Он недовольно положил трубку и опять незамеченным удалился к себе в каптёрку.
-Ну, убедились? Бардак у вас, товарищ старший лейтенант! Курсанты у вас ведут себя кое-как! Безобразие! А вы что тут торчите, товарищ курсант?! Идите отсюда, разгильдяй!
Сашка Киреев вылетел пробкой из кабинета и помчался в роту, чтобы предупредить Женьку о надвигающейся грозе. Отведя его в сторону, он, сбиваясь, захлёбываясь словами, торопился рассказать о случившемся.
-Да не молоти ты так!- оборвал его Женька.- Давай, не спеша, с начала. Что случилось?
Раздался телефонный звонок. Женька и Сашка кинулись к телефону, но их опередил каптёр.
-Курсант Киреев! Слушаю… ну какой дурак всё время трезвонит?!
Через пару дней Женька Лукин со всем составом наряда в наказание снова заступил на дежурство.
* Каптёрка – комната (склад) с имуществом в роте.
•
Отправить свой коментарий к материалу »
[an error occurred while processing this directive]