16 февраля 2009 12:10
Автор: Андрей Негривода (г. Москва)
Филин – ночной хищник (исповедь одинокого пса войны) На конкурс «Служу народу и Отечеству!» имени Героя Советского Союза В.В. Карпова
11 декабря в 5.45 перед глазами Тюленя, Кабарды и Индейца открылось селение Члоу. Довольно большое – в несколько сотен домов, укрытое свежевыпавшим снегом. И тишина – полная, глубокая, давящая на барабанные перепонки. Даже собаки не брехали.
- Вымерли все что ли? – ни к кому не обращаясь, спросил Кабарда.
- Не похоже, вон следы на снегу около домов, – заметил Тюлень, разглядывая селение в свой бинокль.
- Ну что, пойдём, посмотрим? – спросил Индеец.
- Давай, Каха, потихонечку въедем в деревню. Только не гони. Тихо въехали, покрутились по улицам и тихо ушли. На всё 30 минут. «Пока селяне спят – разведка пашет». Ну, с Богом!
Но, тихо не получилось. А получилось громко, очень громко. Как только их «Нива» вкатилась на сельскую площадь, в хвост ей ударила длинная очередь из РПК. Полетело, осыпалось заднее стекло.
- Су-у-ка! – прошипел сзади Индеец.
- Жми! Давай Кабарда! – заорал Тюлень. – Прямо жми! Ничего, пацаны, выскочим! Давай, вон к той горке над селением пробивайся.
Пулемет всё бил и бил по «Ниве», не жалея патронов. Из домов стали появляться вооруженные люди.
Кабарда понял, что задумал Тюлень: «Да, всё правильно, высотка, строение из гранита, уже Бог знает сколько веков стоит. Его и из гаубицы не возьмёшь. Закрепимся и дождемся, пока наши подойдут. Им около трех часов нужно. Ничего потерпим…»
Тюлень был опытен и много знал. Знал он и про то, что много веков назад по всему Кавказу строили сигнальные башни. Строили добротно, на века, из скальных пород – базальта и гранита. Тогда, пра-пра-прадеды, передавали сигнал тревоги от башни к башне дымными кострами, чтобы мирные жители могли увидеть сигнал и вовремя спрятаться, а джигиты вскочить в седла своих скакунов…
К такой башне, как обычно находящейся в самой высокой точке, Сергей и тащил ребят. Другой возможности спастись не было – единственная дорога была заперта неумолкающим пулемётом. РПК садил кучно. Видно было, что стреляет настоящий мастер своего дела, виртуоз.
Индеец был ранен в плечо на вылет. Ещё там, в машине, первой очередью. Его левая рука висела плетью, но Артур крепился и не отставал от Тюленя и Кабарды. Ребята тащили на себе по четыре «калаша», со спаренными, связанными изолентой, магазинами, подобранные ими во время их разъездов. Тюлень умудрился ещё схватить в руки РПК и два подсумка с полными рожками. А Индеец тащил на себе рацию. Пот заливал глаза, но на такую мелочь никто из них не обращал внимания. Оставалось ещё немного, последние 300 метров, 250, 150, 20… Всё, добежали…
Они вломились в древнюю сигнальную башню и совместными усилиями закрыли на засов древнюю, из толстенных деревянных плах дверь, обитую кованым железом. Затем подволокли и забаррикадировали эту дверь изнутри, обрушившимися откуда-то сверху огромными тёсаными камнями.
- Всё, здесь и РПГ не возьмёт. Умели предки строить. Так, все наверх. Каха готовь рацию, будем наших вызывать. Мы здесь как в мышеловке, и без помощи не выбраться.
- Готово, Тюлень.
- Передавай на нашей волне: «Три. Три. Три. Монаху. Три. Три. Три. Монаху. В Члоу гостей не ждали. Есть больные родственники. Ждём. Тюлень». Повтори трижды и ставь рацию на радиомаяк для летунов. Может, они там догадаются хотя бы одного «крокодила» запустить.
Наскоро осмотрев Индейца, Тюлень понял, что Артур всё ещё может быть полезен как боец – крови почти не было, а рана хоть и очень болезненная, но не смертельная. Перевязав плечо и вколов обезболивающее, он посмотрел не бледное лицо Артура:
- Ты как?
- В норме. Жить буду. Только с кем?..
- Порядок. Так, все наверх! Через дверь они нас не достанут, но могут раздолбать из гранатометов. Тогда будет грустно. Смотрите за гранатометами! Всё, разобрались по периметру. И не высовывайтесь особенно, я смотрю, у них не плохо стрелять умеют. Кучно, садят умеючи! Дождёмся Монаха – полегче станет…
Бой продолжался около трёх часов. У ребят было очень маленькое жизненное пространство, всего 5 на 5 метром, таковы были размеры площадки наверху башни, на которой закрепились Тюлень, Индеец и Кабарда. И они ожесточенно защищали эту свою Малую Землю. Но в какой-то момент, Индеец потерял на минуту сознание от боли и пропустил гранатометчика. Разрыв гранаты из РПГ-7 снёс один из углов башни и ранил осколками Тюленя в плечо и бок, а бросившегося к Сергею на помощь Кабарду ударила в бедро, срикошетившая от стенки пуля.
Боеприпасы закончились и их «калаши» валялись на полу площадки. Из РПГ больше не били, да и стреляли больше для острастки. Видимо, их хотели взять живьём.
- Каха, патронов нет?
- Нет, Серега, всё сожгли.
- Жаль. Тогда, вот что, сними-ка с меня «комку» и достань мой нож…
Кабарда понял, что хотел Тюлень. У спецназа есть закон – спецназ в плен не сдаётся. Когда уже больше ничего не оставалось «спецы» снимали «комки», оставаясь в одних тельняшках, и с ножами в зубах шли в рукопашную на автоматы. Это случалось очень редко, на то они и спецназ, но в Афгане, и ребята знали это, так(!) полностью погибла группа «Каскада». СПЕЦНАЗ – есть спецназ…
- Сейчас, Серёга, сейчас, – шептал Каха, снимая с Тюленя куртку «комки». Потом помог сделать то же самое Артуру и сбросил свою. Зажав ножи в зубах, они сидели спина к спине в центре башенной площадки. Говорить было не о чём. Всё уже было сказано…
И тут в центре селения грохнул танковый выстрел. И ещё один, и ещё… Монах успел вовремя, приведя с собой роту десантников Артиста и два приданных ей Т-72.
Ребят сняли с башни и на «вертушке» отправили в полевой госпиталь, развёрнутый на аэродроме, где всех немедля прооперировали. Теперь их ждал госпиталь Бурденко в Москве…
***
20 декабря 1989 г. Квемо-Ажара.
Раненных бойцов Филина отправляли в Москву. На аэродром, где базировалась бригада Артиста, уже в полном составе к тому времени, приземлился воздушный труженик, старичок АН-24. Это был специальный медицинский самолет с большими красными крестами на бортах фюзеляжа, присланный за четырьмя раненными. Целый самолет за четырьмя раненными бойцами группы Филина (!). Андрей провожал своих друзей в Москву.
- Как же это они так? – спрашивал Андрей Монаха. – Серёга же такой опытный.
- Нечему удивляться – Гоча очень достойный противник. Его, кстати, в Члоу и не было. Его так и не нашли. Да и не наша это теперь задача, пусть войсковики стараются. У нас, Андрей, теперь всё внимание на Мелканянов, благо оба брата здесь, турок-то, или кто он там, у них. Ты молодец, Андрюха, раскопал таки эту кучу.
- Какой, на хрен, молодец?! Треть группы потерял трехсотыми! Жаль, что я не был в этом Члоу!
- Ты всё равно не успевал, Филин. Когда Тюлень подал «три тройки» ты был в этой Цебельде, и пройти тебе нужно было бы больше сотни километров, из которых добрая половина в горах по серпантинам. Ты не успевал, Андрюха. И успокойся! Мы в армии, и каждый из твоих пацанов знает, где(!) служит. Так сложилось. Но мы их вытащили живыми, и слава Богу. А дырки зарастут.
- Оно-то так, только…
- Перестань. Я тебя понимаю, но мы в самом центре операции, Андрей. Да и не так уж всё страшно. Смотришь, через месяц все вернутся. Вон Индеец и улетать-то не хотел. Правда, врачи говорят, что об этом не может быть и речи.
- Они молодцы…
- А Брат каков, а? Вот где джигит!
- Он просто настоящий, Коля. Без рисовок национальных.
- Да, мне рассказывали про его похождения – там, за Речкой. И про уши тоже…
- Ладно. Дело прошлое…
Медицинский АН набрал скорость и, оторвавшись от бетонной полосы, стал забирать круто вверх. Индеец, Тюлень, Брат и Кабарда улетали от друзей в Москву восстанавливать «подорванное» последним заданием здоровье. А Филину сделалось как-то очень грустно: «А ведь их очень будет не хватать. Когда они там вернутся в группу? Потерять сразу четверых бойцов, и каких бойцов! Да это – всё ничего. Только бы их врачи вытащили! Тюлень совсем плох, хоть и хорохориться. Ладно. Главное, живы, а шкура зарастёт!» - думал Филин, глядя в след удаляющемуся самолету.
- Ну что, Андрей? Пойдём? Нам ещё нужно составить план действий, а я даже толком не знаю, что ты там наковырял.
- Пошли, – согласился Андрей.
В штабной палатке их встретил Артист:
- Так, хлопчики. Вы тут обсуждайте свои секреты, а у меня и без них головной боли хватает – прибывшие батальоны размещать необходимо. Всё, что от меня потребуется, потом доложите, – сказал, выходя из палатки, Буша.
- Хороший мужик.
- Главное, – надёжный, – поддержал Филин. – Случись что, на него можно рассчитывать, как на себя.
- Ладно. Давай, Андрей, выкладывай всё, что за эти десять дней удалось накопать.
- Ну, в общем, есть кое-что.
- Только подробно. Ты всего не знаешь, извини уж, не положено, а для меня может быть важна любая мелочь. Хотя я, скорее всего, тоже всего не знаю.
- В норме, – произнёс Андрей. – Дела обстоят так: Мелканяна-младшего мы нашли в порту неделю назад. Там есть таможенный терминал, в нем Рафаэл и окопался. Чувствует себя полным хозяином. Да он таковым и является. Всё, что происходит в Сухуми и окрестностях, стекается в порт. И знаешь, Монах, у него везде есть свои «дятлы». Это тебе не скороспелые Реваз с Гочей и прочие. Братья держали порт и город годами – они здесь свои, проверенные и признанные авторитеты. Причём, неизвестно кто больший. Гамлет хоть и старший брат, но уже давно окопался в Молдавии, а Рафаэл сидит здесь почти безвылазно. Такие расклады. Активных бойцов у него действительно около сотни. И что интересно, они очень организованы. Больше напоминают хорошо обученную и вооруженную роту мотострелков, чем сборище блатной шелупони.
- Ну-ка, ну-ка?! Есть подробности?
- Не много. Его разведкой и контрразведкой занимается какой-то отставной комитетский подполковник. Бухарик страшный, за это и из комитета его попёрли «на пенсию», но дело своё он знает. Хорошо знает – мы сумели это оценить…
- Откуда информашка, Андрей? Это очень важно, – напрягся Монах.
- Позавчера в Цебельде прихватили одного кадра. А он, нежданно-негаданно, оказался «штабным» у Рафаэля. У него «штаб» в Цебельде, понимаешь ли.
- Ну и где он?
- Там остался.
- Не понял?
- Он сначала раскололся со страху, всё вывалил. А потом оклемался немного и решил сделать ноги. Бандера его поймал и хотел вернуть, но не рассчитал немного силы. Этот красавец у Сашки в руках и кончился.
- Слушай, он что, и правда своей силы не знает?
- Думаю, что нет. По крайней мере, я один раз наблюдал, как Бандера держал за переднее крыло «козла» пока салага на нём колесо менял, домкрата, видишь ли, не оказалось, и даже не вспотел…
- Твою мать! – бросил восхищённо Николай.
- Да, было дело…
- Ладно. Жаль, конечно, что «языка» не довезли.
- Так он же всё рассказал! Я же тебе говорю, что его колол Бандера.
- Ах, вот оно что!..
- Да. Фамилия того комитетчика бывшего то ли Сашков, то ли Сташков. Это уж тебе, Коля, уточнять. – Монах согласно кивнул. – Дальше. Всех активных бойцов Рафаэла дрессировал отставной майор. По ухваткам чувствуется, что мужик не простой, где-то воевал, возможно – Цебельда сейчас настоящий укреппункт. Там и окопы, и пулемётные гнёзда, и даже минные поля и заграждения из «колючки». На дороге мощный блокпост, а в округе пешие и на машинах, мобильные, скрытые передвижные посты. Есть несколько скрытых НП с радиосвязью.
- Нагородили!..
- Но вся эта «оборона», как будто взята из учебника по тактике обороны объектов мотострелковым подразделением. Короче, этот майор бывший «пехтура». Отсюда уже можно оттолкнуться.
- Да, это важно. Что ещё?
- И ещё, Коля. Наверное, самое важное. Это тебе на закуску. Есть там один персонаж. С виду ничем особенным не отличается: смуглый, с бородой, ходит в камуфляже, как и все, никогда не появляется на улице один – рядом с ним постоянно толкутся 5-6 здоровенных жлобов, причём не урки блатные, а тертые, судя по повадкам, армейские волкодавы. Оборона Цебельды хоть и серьёзная, но, всё же, хрень – я слышал, как мужичок этот общался с братьями через переводчика, исключительно на наречии Туманного Альбиона...
- Оп-паньки! – у Монаха загорелись глаза. – Тот, кого ищем? Как думаешь?
- Похоже на то. Очень похоже! Иначе на кой его так охранять, даже в гарантированно спокойном месте.
- Вот это уже кое-что, Филин! Это уже результат! Знать, где находится эмиссар – это уже полдела! – Монах возбужденно вымахивал шагами по помещению штабной палатки. – Теперь можно подумать о том, как его оттуда аккуратно выдернуть.
- Есть соображения, Колян…
- Давай, давай, Андрюха, ты сегодня именинник!
- Короче, дела такие. Этому кадру, при всей обороне, очень неуютно в Цебельде. Битый, видно, волк – понимает, что 25-30 километров от приморского шоссе – это для армейской техники не расстояние, а сотня окопавшихся придурков сможет противостоять, максимум, несколько часов. Короче, он настоял на том, что его штаб-квартира должна быть в Квемо-Ажаре. От Цебельды это километров 60 с хвостиком, круто в горы. Селеньице это, Квемо-Ажара, находится в предгорьях Эльбруса.
- Высоко забирается… Что и говорить…
- Да уж, далековато. Там ещё 25-30 километров остается до станции Южный Приют. И всё. Дальше ледники и вечные снега. Короче, дядя этот импортный знает, чего хочет. В общем, разговор этот был 13 числа. Братья пообещали через неделю, то есть 20 декабря, отправить гостя в горы, в Квемо-Ажару, в сопровождении пятнадцати боевиков во главе с бывшим майором для организации базы. Вместе с ним туда же отправляется и Гамлет. Узковата Цебельда для двух таких медведей, как Гамлет и Рафаэл. Вот теперь всё, Монах. Это всё что удалось добыть.
- А больше ничего и не надо. Ты молодец, Филин, и ребята твои молодцы. Теперь только детали остается отработать.
- Будем отрабатывать.
- Не сейчас Андрей. Мне нужно связаться с начальством. Сделать запрос на этого Сашко-Сташко. Ну и ещё кое-что. Так что у группы есть время отдохнуть, как минимум сутки. Сейчас пусть другие поработают с твоей информацией.
- Тогда я пошёл к ребятам, а потом спать – устал что-то, – сказал Андрей, отдёргивая полог палатки…
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]