Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/35485/index.shtml'>Негривода Андрей</a></h1> <span class="date"><span>26 марта 2009 10:06</span></span> <h3><i>Автор:</i> Андрей Негривода (г. Москва)</h3> <h2>Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны)</h2> <P><B>Часть вторая</B></P> <P> </P> <P><B>Бекмурза Атабай</B></P> <P><B>13 февраля <ST: w:st="on" ProductID="1990 г" metricconverter>1990 г</ST:>. Инга…</B></P> <P>…Дзинь, дзинь, дзинь-дзинь! Мелодично позвякивали ритуальные колокольчики в пагоде. Андрей – пятнадцатилетний мальчишка, разинув рот смотрел на эту красоту, окружавшую и подступавшую к нему из каждого потаённого угла. Яркие краски, запах благовоний. А в самом центре, прямо перед входом, небольшая фигура божества, скрестившего ноги в позе «лотоса». ДОМ БУДДЫ. Андрей много читал, много знал о буддизме, но увидеть своими глазами это великолепие не надеялся никогда. Да и что он мог видеть в своих пятнадцать лет? Рядом с ним стоял такой же обалдевший от всего увиденного Коля Караманов – его наставник и покровитель в былые годы. Он только что окончил военное училище и получил лейтенантские звёзды, но выражение его лица было таким же, как и у Андрея – глупым…</P> <P>Тогда, в августе 1983, их учитель (сенсэй) Владимир Сергеевич Зыков, повёз их двоих на Тянь-Шань. Ему было мало того, что Андрей и Сергей были его лучшими учениками, он хотел показать им настоящий буддийский храм. О такой пагоде он знал. Высоко в горах Тянь-Шаня ютился городок Чатыр-Таш…</P> <P>- Дзинь-дзинь, дзинь-дзинь! – пели маленькие, невидимые глазу колокольчику, а Андрей всё пытался рассмотреть их в полумраке пагоды. – Дзинь-дзинь, дзинь, дзинь-дзинь!..</P> <P>…Что-то холодное и до омерзения противное нарушило эту идиллию. Вдруг куда-то улетучилось, навеянное тишиной пагоды умиротворение, и слух стал улавливать пока ещё слившиеся в сплошную какофонию звуки. И горячая волна боли заполнила каждую клеточку организма без остатка…</P> <P>- У-ум! – протяжно застонал Филин и, прилагая неимоверные усилия, открыл глаза.</P> <P>Боль затопила всё сознание, пульсировала в висках и зудела под ногтями пальцев. Он попытался осмотреться, но, казалось, на несколько размеров большие, чем того требовалось, глаза не хотели повиноваться своему хозяину. Они упрямо смотрели вверх – на сводчатый потолок пещеры.</P> <P>- Вот ты и проснулся, уважаемый гость, – вплыл откуда-то сочный мужской голос, изрядно подпорченный акцентом.</P> <P>Филин приказал неимоверно разросшимся в размерах глазам повиноваться, и повернул голову. В двух шагах от него стоял Бекмурза, а рядом с ним – высокая, с распущенными до пояса белокурыми волосами, девушка лет двадцати пяти с типично скандинавским скуластым лицом и холодными серыми глазами, державшая ведро.</P> <P>- Как себя чувствует мой уважаемый гость? – Бекмурза прищурил и без того раскосые монголоидные глаза. – Ничего, надеюсь, не беспокоит?</P> <P>Спутница Бека улыбнулась и плотоядно облизнула губы. Это движение языком и эта улыбка почему-то вдруг напомнили Филину кобру, изготовившуюся к последнему смертельному броску, уверенную в том, что её жертве ничего не остаётся, как принять смерть. Андрей попытался пошевелиться и только сейчас понял, что он абсолютно мокрый, привязан намертво. Бекмурза не торопился давать подсказку, психолог хренов, предоставляя Филину возможность самому осознать своё положение. А положньеце-то было аховое! Он лежал спиной на толстом бревне, опирающееся своими концами в пол и стену под углом в 45 градусов. Его руки и ноги были опущены и, в положении «за спину», связаны под бревном тонкими сыромятными ремешками. Ни дёрнутся, ни пошевелиться.</P> <P>- Тебе удобно, уважаемый?</P> <P>- Чего тебе надо, Бекмурза?</P> <P>- О-о! Мне надо очень много!</P> <P>- У меня ничего нет.</P> <P>- У тебя есть ты, а этого мне достаточно. Ты очень плохо сделал, уважаемый, когда пришёл в моё ущелье. Ты недобрый человек. Я много лет потратил на то, чтобы зажить так, как того требует история моего рода. Все мои предки были баями, даже имя Атабай мне досталось от прадеда! А ты пришёл и всё разрушил за один день. – Бандит постепенно распалялся, в его узких глазах прыгали бешеные огоньки ярости. – Теперь за мной охотятся даже те, кто ещё недавно называли себя моими друзьями. Они хотят взять мою жизнь! Но пока я сумел получить тебя, шакал, и сначала я возьму твою жизнь!..</P> <P>Он взмахнул отделанной серебром камчой<A title="" href="#_ftn1" name=_ftnref1>[1]</A> и со всего маху хлестанул по груди Филина. Резкая, обжигающая боль ударила в мозг. Ткань камуфляжа лопнула, обнажая бинты.</P> <P>- Но, ты – червь, а я – бай! Я не стану марать о тебя руки. Я просто отдам тебя Инге. – Бекмурза показал рукой на девушку, одетую в тёмно-серый комбинезон, используемый спецназом для работы ночью. – Ты будешь умирать долго и мучительно, я тебе обещаю…</P> <P>Бекмурза вдруг улыбнулся, какой-то своей, вдруг пришедшей ему в голову, мысли.</P> <P>- Но я сохраню тебе жизнь, Аллах велик, при одном условии, если ты будешь плакать и молить о пощаде, валяясь у моих сапог.</P> <P>- А ху-ху не хо-хо?</P> <P>- Ай зря ты так! Ты ведь ещё не знаешь, кто такая Инга… Я тебе расскажу, а потом уйду. И вернусь потом, когда ты будешь готов слизать с моих сапог грязь…</P> <P>Он устроился неподалеку от Андрея на добротном широком кресле, стоявшем тут же, и продолжил своё неторопливое повествование:</P> <P>- Инга, моя красавица, родом из Вильнюса. Настоящая литовская девочка, ненавидящая русских оккупантов. Так, свет очей моих? – Белокурая бестия в упор смотрела на Филина, гипнотизируя своим немигающим взглядом. – Она потому и спортом занялась, и со своим братом вступила в литовскую национальную гвардию. Она у меня молодец! А знаешь, как она стреляет?! Это же песня! Была в союзной сборной команде по пулевой стрельбе. Ездила на европейские соревнования. Мастер спорта международного класса!..</P> <P>«А вот и снайпер! – подумал Филин. – И класс, и свирепость объяснимы…»</P> <P>- Но вы убили её брата в Вильнюсе. Какой-то из ваших спецназов. А за что убили? За то, что этот молодой человек хотел освободить свою Родину от московского ига? С того момента Ингуша не любит этого слова – спецназ. – Бекмурза посмотрел на девушку. Её ноздри раздувались, а нездоровый румянец возбуждения растекался по щекам. – Как она попала ко мне – не важно, главное то, что она ненавидит вас, русских, также как и я. Это верная помощница, а главное – беспощадная!</P> <P>Бандит поднялся из кресла и, сделав несколько шагов по направлению к выходу, обернулся:</P> <P>- Я оставляю тебя, пёс, в надёжных руках. Эта девочка оч-чень много умеет… Единственно, чего она не умеет – сдерживать себя. Это из-за её маленькой болезни – она ненасытная нимфоманка. Даже у меня на неё уже не осталось сил!.. Но, я думаю, что её несдержанность нам в помощь… Прощай, уважаемый, когда ты умрёшь, я вырежу твоё сердце и печень, и отдам их собакам. Но у тебя есть ещё шанс. Подумай хорошо! Пока жив…</P> <P>Бекмурза обернулся и вышел, оставляя Филина наедине с этой фурией. Андрей перевёл взгляд на девушку и внутренне содрогнулся – такого взгляда у человека с нормальной психикой быть просто не могло. Инга была явным претендентом в клиенты института им. Сербского…</P> <P>- Так ты спецназ? – её глубокое, с лёгкой хрипотцой контральто в общем-то было даже красиво…</P> <P>«Она, наверное, красиво поёт…» - В голове Андрея возникла идиотская мысль.</P> <P>Она вытащила из мягких кожаных ножен великолепный бельгийский боевой «нож Боуи»<A title="" href="#_ftn2" name=_ftnref2>[2]</A>, какие стояли на вооружении коммандос, и мягко, с неестественно-кошачьей грацией, подошла к Филину.</P> <P>- Я никогда ещё не видела спецназ так близко, – проговорила Инга, прикладывая острый, как бритва, тесак к своей щеке. – Это оч-чень интересно! Я очень хочу посмотреть, что же это такое – спецназ. Я же имею на это право?</P> <P>Последняя фраза прозвучала на ноте женского каприза.</P> <P>Девушка стала срезать с Филина форму. Медленно, явно получая неземное удовольствие от его беззащитности.</P> <P>- А давай познакомимся, спецназ.</P> <P>- Пошла в жопу!</P> <P>- Зря… Так было бы интимнее… Хозяин говорил, что твои называют тебя Филин?</P> <P>- Хозя-аин! – передразнил Андрей.</P> <P>Но девушка будто не слышала издёвки:</P> <P>- Ну, какой же ты филин?! Ты – воробей! Филин – хищник, а ты – дичь и я буду тебя кушать по чуть-чуть…</P> <P>Она распорола по швам куртку и брюки камуфляжа, и выдернула их из-под Андрея. И, посмотрев не его полуобнажённую фигуру, отошла.</P> <P>- Ты не бойся, Филин, я не дам тебе замёрзнуть – это будет не интересно! Хочу сделать всё сама, поэтому здесь будет тепло…</P> <P>Она рубила тесаком не очень толстые ветки хвороста и бросала их в очаг. Когда огонь набрал силу, наполняя пещеру, Инга взяла горящую веточку и стала бродить, словно лунатик, зажигая, стоявшие в самых неожиданных местах, свечи… Их было много, десятки - толстых и потоньше, почти не горевших раньше, и совсем оплывших огарков. Филину вдруг показалось, что он попал на какой-то средневековый обряд викингов. Обряд жертвоприношения…</P> <P>-Ты сильный? – она подошла к Филину и, осветив двумя толстенными свечами, пристально осмотрела его тело. – Спецназ должен быть большой и сильный – ты не очень большой, значит, сильный?</P> <P>- Отвали, сука!</P> <P>- Фу, какой ты хам! – она посмотрела на правое плечо Андрея и радостно воскликнула. – О! Да ты снайпер!</P> <P>Отрицать очевидное было бессмысленно – чёткий, овальной формы, синяк от приклада винтовки выдавал его с головой.</P> <P>- А что это у тебя? – она больно ткнула Филина в бинты, так, что он чуть-было не застонав, поморщился от боли. – Ну-ка, давай посмотрим!</P> <P>Она, конечно же, заметила его гримасу… Ничуть на заботясь о безопасности, девушка поддела остриём ножа бинты и стала их срезать, задевая кожу. Бросив на пол остатки повязки, она уставилась на грудь Филина:</P> <P>- Оказывается и в спецназ можно пулей попасть! Ин-те-ре-есно!.. Это, ведь от пулек отметинки? – она смотрела в глаза Андрея и надавливала указательным пальцем в самые центры тёмно-фиолетовых пятен. – Больно, наверное?</P> <P>- Сука! – прошипел Андрей.</P> <P>- Я слышала, что когда под кожей набирается кровь, то её нужно удалять, иначе будет заражение. – Сильно надавливая на нож, она провела лезвием по одному из синяков.</P> <P>Филин слышал как трещит под ножом его кожа, и как тёплая змея устремляется вниз по груди и животу…</P> <P>- А она у тебя вкусная – такая солёная и чуть-чуть терпкая… </P> <P>Этот демон слизывал с живота Андрея его же кровь!..</P> <P>- Я тебя убью. – прошипел он.</P> <P>- За что? – искренне удивилась Инга. – Я же тебя лечу! Да ты просто неблагодарная свинья!</P> <P>Со всего маху она влепила Филину звонкую пощёчину, да такую, что голова мотнулась в сторону.</P> <P>- Я буду тебя медленно лечить: каждый день, по одной гематоме, – пообещала Инга. – Слушай, спецназ, но в чём-то же ты должен спец(!)наз(!), а? Может здесь?..</P> <P>Девушка сжала в ладони трусы Филина в области паха... И всё, что было под ними.</P> <P>- Покажи мне, пожалуйста! А можно я сама?! Мне оч-чень интересно!</P> <P>В два приёма распорола всё тем же ножом ткань трусов и впилась глазами в мужскую плоть.</P> <P>- Странно… Ничего особенного…. Может, ты замёрз?!. Не волнуйся – сейчас я тебя согрею.</P> <P>- Даже не думай, падла! – Андрей смотрел за тем, что она делала. Отойдя к очагу, она подбросила в огонь целый ворох хвороста. А затем…</P> <P>Остановившись около роскошного кресла, в котором ещё совеем недавно сидел Бекмурза, она стала расстёгивать пуговицы своего комбинезона, глядя в глаза Андрея. А ему казалось, что в саму душу… </P> <P>Инга медленно сбросила с плеч грубую ткань, качнув тугими полушариями… Помяв их руками, спросила:</P> <P>- Правда, красивые? Как у Сабрины…</P> <P>- Как у коровы… Мясо!</P> <P>- Хам! Они красивые.</P> <P>Она нагнулась, развязывая шнурочки, стягивавшие штанины по низу, и стянула с себя комбез…</P> <P>«Сука ещё та! – подумал Андрей. – Хотя… Формы очень даже очень».</P> <P>На Инге были чёрные чулки и высокие десантные «берцы»<A title="" href="#_ftn3" name=_ftnref3>[3]</A> на шнуровке, явно не «родного» производства… И всё!.. Ни единственной ниточки.</P> <P>- А твой дружок… умнее, чем ты! </P> <P>- Ну-у, так это же совсем другое дело, – обрадовано воскликнула белокурая бестия. – Вот теперь вижу – спецназ…</P> <P>- Ты… Тварь… Лучше бы гематомы лечила!..</P> <P>- Больной врачу не может указывать. – Она уселась на колени Филина и принялась, медленно раскачиваясь, тереться о них наголо выбритым лобком…</P> <P>- Отвали, сука!</P> <P>- Я только начала... </P> <P>В принципе, Андрей никогда не был противником «французской любви», особенно, если его женщинам это тоже нравилось. Он принимал такие формы секса за естественные, и не корчил из себя пуританина, но!.. Тогда, когда его близость с женщиной была желанной и долгожданной, когда они занимались любовью, приятной обоим. Самое же противное было то, что он ничего не мог с этим поделать, полностью находясь во власти этого монстра…</P> <P>В какой-то момент этого действа он почувствовал, что его колени, находящиеся под девушкой, стали мокрыми и липкими, её дыхание стало хриплым.</P> <P>- Да уйди же ты, падла!</P> <P>- И не подумаю…</P> <P>- Хо-ро-шо-о-о! – приговаривала, медленно вставая и опускаясь опять, мучая и терзая, при этом свою налитую грудь.</P> <P>- Я тебя убью, - прохрипел Андрей.</P> <P>У него уже не было сил сопротивляться напору женской ненасытности… </P> <P>Последовал страшный, жестокий удар кулаком в пах. Желудок скакнул к горлу и вывернулся фонтаном, разбрызгивая содержимое на грудь, живот, ноги.</P> <P>- Продолжим лечение завтра, спецназ!</P> <P>Это было последнее, что он услышал, вываливаясь из осознания реальности.</P> <P>- Он не подох?</P> <P>- Нет, хозяин. Ему сейчас хорошо! Ни боли не чувствует, ни холода. Ничего! </P> <P>Какое-то эхо слов доносилось до сознания Филина, но ему было абсолютно всё равно…</P> <P>«Хороший сон! Пагода… Тёлка сама лезет…» - Хватит морду плющить, спецназ!</P> <P>Бесконечный, как водопад, поток холодной воды обрушился на Филина, возвращая из забытья в реальность, возвращая боль и осознание мерзости бытия…</P> <P>Андрей открыл глаза и посмотрел на стоявшего неподалёку Бекмурзу.</P> <P>- Ну, как идёт твоё выздоровление? – спросил он, улыбнувшись.</P> <P>- Убью тебя, гад! Но сначала её!</P> <P>- Ого! Слова не мальчика, но мужа! Ну-ну… - И, хлопнув себя камчой по сапогу, повернулся к выходу, но, видимо, вспомнив что-то, обернулся к Инге. – Как он тебе? У него всё в порядке с этим?..</P> <P>- Спецназ!</P> <P>- Ладно. Дружи его дальше…</P> <P>- Как тебе спалось? Хороший сон снился? – Инга живо интересовалась сновидениями Филина.</P> <P>- Сдохни, ведьма!</P> <P>- Ну вот. Опять. К нему по-хорошему, а он женщину оскорблять. Солдафон. </P> <P>Она приблизилась, держа в руках огромное банное полотенце, и стала нежно вытирать измученное тело Андрея, приговаривая: </P> <P>– Вот и чистый наш спецназ, а то облевался весь вчера, мне даже не хотелось подходить к тебе – противно было – несмотря на твои размеры. А теперь на человека похож – принял душик, от соплей своих отмылся. На мужчину стал похож! Опять. Сейчас огонёк разведу – будет нам с тобой тепло!</P> <P>Инга ушла к очагу хлопотать над огнём, как заботливая хозяйка…</P> <P>«Вчера… Значит уже прошли сутк. Где же ребята? Где, вы, Батя, Джо, Медведь?! Обидно было бы загнуться от рук сбрендившей бабы. Знать бы, сколько ещё терпеть это. Ищите, ищите меня, пацаны – на вас-то только и надежда, вся», - заклинал мысленно Андрей.</P> <P>Девушка опять бродила по пещере, зажигая свечи и было в этом что-то мистическое.</P> <P>- Слушай, а хочешь, я покажу тебе свою подружку? – вдруг спросила она.</P> <P>Филин содрогнулся от услышанных слов: «Ещё одна свихнувшаяся феминистка-нимфоманка? Двоих я уж точно не выдержу». Он смотрел на успевшую раздеться Ингу и вдруг поймал себя на мысли, что на ней сегодня, вместо прыжковых ботинок, одеты офицерские хромовые сапоги… И опять, кроме чулок, ни одной детали туалета, хотя нет, на талии кожаный офицерский ремень.</P> <P>А она, тем временем, подошла к какому-то подобию комода и, открыв верхний ящик, достала какой-то футляр, напоминавший кейс-«дипломат», только в два раза длиннее. Щелкнув замочками, Инга достала…</P> <P>- Вот, смотри – это моя единственная подружка! – Филин, понимавший в оружии, невольно залюбовался.</P> <P>Это была австрийская снайперская винтовка: Steyr AUG «Para». Но не серийная армейская, а явно ручной эксклюзивной сборки: намного более мощный, пятнадцатикратный оптический прицел; увеличенный до 30, а может, и более патронов, магазин; мощный глушитель; облегчённый, из прочного пластика, приклад. А калибр! Вместо стандартного, натовского <ST: w:st="on" ProductID="5,56 мм" metricconverter>5,56 мм</ST:> – это были полновесные <ST: w:st="on" ProductID="9 мм" metricconverter>9 мм</ST:>. Такая винтовка для знатока – целое состояние…</P> <P>- Правда, она красивая? – Инга с любовью гладила прицел винтовки. – Её специально для меня делали!</P> <P>Она взяла винтовку и, картинно положив приклад на сгиб локтя, задрав ствол кверху, подошла к креслу. Поставив ногу на подлокотник, она взялась за приподнятое колено и отвела его далеко в сторону. В другой руке покоилось оружие. Эта поза – была само демоническое откровение.</P> <P>- Как мы смотримся вместе?</P> <P>- Как две бляди, пошедшие по рукам.</P> <P>Реакция была мгновенной: Инга резко опустила ствол винтовки и, не целясь, от голого бедра, выстрелила. Кожу, под коротко стрижеными волосами, обожгло что-то, похожее на кипящее масло. </P> <P>- У-ум-м! – застонал от неожиданности Андрей.</P> <P>- Эх ты! Это же всего лишь расплавленный воск из свечи над твоей головой, – демонически улыбнулась мучительница.</P> <P>- Сука! Садистка!</P> <P>Она бережно уложила оружие в футляр, подошла к Андрею и, не говоря ни слова, полоснула ножом по груди, рассекая кожу на очередном синяке. Ему стоило больших трудов, чтобы не вскрикнуть от боли. Сжимая до хруста зубы, Филин мысленно целился в переносицу Инги.</P> <P>А демон опять пил его кровь, слизывая с живота, груди, и ковыряясь острым язычком в только что открывшейся ране.</P> <P>- Вот и ещё одну гематому вскрыли. – Улыбнулась она. – Лечение идёт по намеченному плану.</P> <P>- Ты же больная дура! Тебя лечить нужно!</P> <P>- Пока что лечу я! - она засмеялась весело, заразительно, как будто смотрела кинокомедию. И рассыпавшиеся бисеринки этого смеха долго перекатывались под сводами пещеры.</P> <P>- А теперь мы продолжим вчерашние физические упражнения с твоим красавчиком…</P> <P>- Слушай, чего ты добиваешься, мразь?</P> <P>- А тебе и вправду интересно? – Инга уселась верхом и, опёршись руками в грудь Филина так, что он непроизвольно застонал. – Это эксперимент!</P> <P>- Его цель – добиться одного из трёх результатов, – медленно говорила Инга, продолжая своё дело, – первый, и самый не интересный – ты станешь импотентом, но это будет неудавшийся эксперимент. Второй – ты будешь возбуждаться, хотеть только меня, пуская слюни от желания. И третий, самый прикольный – ты станешь зомби. Я вобью тебе в голову свои свечи, чёрные чулки, на голом женском теле, и сапоги. Не знаю почему, но я чувствую, что ты отсюда выберешься. Но! Ты будешь маньяком! Сексуальным. Реагирующим, как собака Павлова, на эти штучки. Женщины – дуры. Им кажется, что интимная обстановка – это свечи и чулки, пусть даже без сапог. А ты её, в этот момент, хлоп, и всё! Конец любви, здравствуй зона! Правда, оригинально?! И так всю жизнь.</P> <P>- Тварь! Тварь! Мразь! Слезь с меня, сука!</P> <P>- Ещё чуть-чуть…</P> <P>Весь пах Филина был уже мокр и липок, а потому до омерзения противен. Где-то очень глубоко в душе начинало зарождаться ещё очень смутное, неопределенное пока желание обладать этой женщиной. Андрей вдруг испугался самого себя. Но испугаться до конца ему не дал удар носком сапога под рёбра в печень и, тут же, страшный удар в пах…</P> <P>Во рту стало горько и противно. Всё, что происходило с Андреем после этого, было в каком-то тумане. Его истерзанное, измученное сознание только фиксировало отстранённо чередующиеся дни и события… Его белокурый палач продолжал «лечить» гематомы и издеваться над мужской плотью. Наступил момент, когда он наблюдал за всем происходящим так, словно был в кинотеатре на просмотре фильма ужасов по Стивену Кингу. И уже не было так страшно, как в начале, ведь это фильм, а он когда-нибудь да закончится… Только всё чаще и чаще, поднимающееся из глубины души чёрное желание обладать Ингой, пугало Филина. Это было табу! Он ещё понимал, что желать этого монстра нельзя, чтобы не впитать в себя её кровь и не стать таким же звериным подобием человека.</P> <P>Какой-то нетронутой этими грязными лапами частичкой сознания Андрей фиксировал появившиеся на его груди и животе ещё три пореза и поймал себя на мысли, что ждёт этого.</P> <P>«Мазохиста из меня сделала, тварь!»</P> <P>- Не спи, спецназ!</P> <P>И вдруг! Филин понял, что его затёкшие, не способные к действиям руки и ноги, больше не связаны.</P> <P>- Поднимайся! – зло бросила ему Инга. – Говорила я тебе, что может быть ты отсюда и выйдешь. Но, может быть, и нет! Это уж как мне захочется, а я ещё не решила!</P> <P>Она вылила на абсолютно голого Филина ведро ледяной воды и этот «душ» вернул его в действительность. Откуда-то издалека до слуха доносилась барабанная дробь, словно ученик-барабанщик впервые сел за ударную установку.</P> <P>«Это же бой! Автоматные очереди!.»</P> <P>- Одевайся, спецназ, и пойдём! – она швырнула такой знакомый тёмно-серый комбинезон и его ботинки, а сама отвернулась, доставая из футляра свою «подружку».</P> <P>Инга не опасалась своего пленника, а он, люто её ненавидевший, готов был расплакаться от бессильной злобы – не то, чтобы руки, а даже пальцы слушались едва-едва, заплетая причудливые узлы на шнуровке ботинок.</P> <P>- Готов? – она с презрением смотрела на то, как он боролся со второй пуговицей…</P> <P>- Пошли!</P> <P>Она повела его галереями пещеры в противоположную, от раздающихся где-то очередей, сторону. Филин даже не пытался что-то предпринять – его измученное сознание отказывалось принимать участие в спасении своего хозяина, отпустив всё по воле волн. Его сердце, его душа искали автоматически хоть какой-нибудь выход – вот такой ослиный характер. Но… Мозг, просчитывая все, даже бредовые варианты давал отрицательные ответы. Сейчас Филин был в таком физическом состоянии, что не смог бы, наверное, поднять и трёхмесячного котёнка. Он, медленно передвигая ноги, шёл по едва заметной тропинке в недрах горы и чувствовал на своём затылке дыхание женщины-палача. Они всё дальше и дальше удалялись от уже почти неслышного боя, и Филин вдруг почувствовал, что что-то изменилось. Он напрягся, пытаясь понять свои ощущения.</P> <P>«Воздух! Свежий воздух!»</P> <P>Под распахнутый на груди комбинезон стал пробираться морозный воздух, освежая сознание.</P> <P>- Стой! – скомандовала Инга, утыкая глушитель винтовки ему под лопатку. – За поворотом будет выход. Пойдёшь первым. Если повезёт, то тебя не подстрелят свои же… А я буду рядом. И моли Бога, чтобы мне не захотелось в тебя выстрелить.</P> <P>Андрей обернулся и посмотрел ей прямо в глаза, вкладывая в этот взгляд всю ненависть, на которую был способен. А чистый воздух, между тем, делал своё дело – медленно, но уверенно наполняя тело Филина былой, утраченной в пещере силой.</P> <P>- Пош-шёл! – толкнула Инга в израненную грудь.</P> <P>Не говоря ни слова, Андрей двинулся к выходу. Свет! Яркий солнечный свет хлестнул по глазам, ослепив обоих на какое-то мгновение. Они так и стояли среди разбросанных у входа в пещеру валунов, когда где-то, совсем рядом разорвалась граната, выпущенная из подствольника…</P> <P>Мощный удар в бок под сердце сбил с ног Филина, бросив спиной на камни. Но натренированное за эти дни передрягами сознание не отключилось, да и боль была не острой. Он посмотрел на свой левый бок и понял, что ранен: на ткани комбинезона расплывалось тёмное мокрое пятно. Сунув руку за пазуху, Филин, к своему удивлению, нащупал острый горячий кусочек металла, торчащий из тела.</P> <P>«Между рёбрами застрял. Наверное, после рикошета ударил – сила уже не та…»</P> <P>Его блуждающий взгляд остановился на лежавшей в пяти метрах винтовке Инги. А сама она убегала, преодолев к тому времени около сотни метров.</P> <P>- Стой, сучара! – прошептал Андрей и попытался подняться, но ватные ноги отказались держать своего хозяина. – Стой, блядь! Всё равно достану…</P> <P>На четвереньках он подполз к винтовке и схватился за неё, словно утопающий за соломину. Лечь на живот не позволил осколок, тогда Андрей сел. Опершись спиной о большой камень, положил оружие на другой, лежавший тут же. Камень – это не ослабевшая рука – он не дрожал. Филин прицелился в неимоверно приблизившиеся мелькавшие ноги беглянки…</P> <P>- Пф! – шептануло оружие и Инга, словно споткнувшись, рухнула на камни.</P> <P>- Пф! – и пуля, попавшая в плечо, перевернула её на спину.</P> <P>Андрей смотрел на своего палача сквозь оптический прицел и видел её губы, шептавшие: «Убей! Ну, пожалуйста!»</P> <P>- Трахаться любишь?! Никак не натрахаешься, мразь?! Нимфоманка, да?! Вот сейчас ты и получишь оргазмище – первый и последний в твоей поганой жизни! Таких ты ещё не ловила, падла!</P> <P>Филин видел широко раздвинутые, одетые в серую ткань ноги, и прицелился между ними. Это была месть. Страшная в своей неотвратимости, и такая сладкая и долгожданная.</P> <P>- Пф, пф, пф, пф… </P> <P>Сколько раз выстрелил, Андрей не считал. Он только видел, как тяжёлые девятимиллиметровые пули рвали в куски плоть Инги, а та всё никак не умирала, глядя неотрывно прямо в душу Филина сквозь оптический прицел, и только содрогалась от очередной пули.</P> <P>Не-ет! Она была обыкновенным живым человеком. И когда пули, выпущенные Филином, превратили то место в месиво, устремила невидящий взгляд к небу…</P> <P>«Всё!» - Подумал Андрей, теряя, наконец, сознание.</P> <P>Бандера и Змей подбежали к своему командиру, когда из ствола винтовки ещё плавно вытекал слабенький дымок…</P> <P>(Продолжение следует)<BR clear=all> <HR align=left width="33%" SIZE=1> </P> <DIV> <DIV id=ftn1> <P><A title="" href="#_ftnref1" name=_ftn1>[1]</A> Камча – национальная киргизская плеть из сыромятных ремешков с пришитыми на кончиках полосками металла.</P></DIV> <DIV id=ftn2> <P><A title="" href="#_ftnref2" name=_ftn2>[2]</A> Полковник Боуи прославился тем, что создал в 1873 году модель боевого ножа. Достаточно вспомнить пресловутого Рембо и его нож, чтобы понять, что же такое «нож Боуи». </P></DIV> <DIV id=ftn3> <P><A title="" href="#_ftnref3" name=_ftn3>[3]</A> Прыжковые ботинки. «Берцы»? Да просто всё – высокие кожаные ботинки, дававшие(?) возможность не получить перелом берцовой кости при десантировании.</P></DIV></DIV> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?42020'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=42020'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]