Верую (повесть) На конкурс военных писателей имени Героя Советского Союза В.В. Карпова «Служу народу и Отечеству!» : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/39738/index.shtml'>Виктор Носатов</a></h1> <span class="date"><span>01 апреля 2009 10:04</span></span> <h3><i>Автор:</i> Виктор Носатов (г. Москва)</h3> <h2>Верую (повесть) На конкурс военных писателей имени Героя Советского Союза В.В. Карпова «Служу народу и Отечеству!»</h2> <P><B>Часть третья</B></P> <P><B>7</B></P> <P>Рабочий день закончился. Сборщики после очередного аврала (до конца месяца оставалось несколько дней, а план по ножницам еще не выполнен, подвели литейщики) устало расходились по домам.</P> <P>Несмотря на то, что пришлось попахать больше обычного, Алексей шел к проходной в приподнятом настроении. Еще бы: два дня назад во время обеденного перерыва его разыскал Витька и, ни слова не говоря, приволок в профком. Там втайне от председателя секретарша, Витькина знакомая, дала ему глянуть в протокол распределения квартир. Алексей не поверил своим глазам. В новом доме ему выделялась двухкомнатная квартира.</P> <P>На радостях чуть было не расцеловал обоих, секретаршу и Виктора.</P> <P>Сашенька восприняла радостную весть спокойно. Зато старуха хозяйка была счастлива больше всех, не за себя, конечно, а за них. Она даже принесла к столу бутылку водки, припрятанную ею на всякий случай.</P> <P>— Вот, не побрезгуйте бабкиным подарком, нечем мне больше вас одарить в такой радостный день.</P> <P>Алексей по-хозяйски разлил водку в маленькие рюмашки и, чокнувшись с хозяйкой, сказал:</P> <P>— Сколько бы мы ни жили, память о вас, хозяюшка, будет согревать наши сердца. Спасибо вам за все, за все!</P> <P>— Не забывайте меня, касатушки, я вам всегда рада буду.</P> <P>Алексей обошел вокруг стола и, обняв хозяйку, поцеловал троекратно.</P> <P>— Это от нас от всех,— сказал Алексей.— За ваше добро, за ваш кров, за ваши хлеб и соль.</P> <P>Сашенька благодарными счастливыми глазами смотрела то на мужа, то на хозяйку.</P> <P>— Не сердись, Сашенька,— Алексей обнял жену и повлек за собой к выходу. На улице было по-зимнему морозно.</P> <P>Ранние сумерки уже покрывали город холодной серой пеленой.</P> <P>— Пошли быстрее,— торопил жену Алексей,— а то не успеем. В восемь там все работы заканчиваются.</P> <P>Через полчаса они остановились возле забора, огораживающего стройку, и, разыскивая ворота, пошли вдоль него. На стройку то и дело въезжали и выезжали машины, работал башенный кран, поднимая на верхние этажи пятиэтажного дома бадейки с раствором.</P> <P>Четырехподъездный дом был уже полностью готов. По словам всезнающего Виктора, оставались лишь отделочные работы, Алексей с Сашенькой подошли к мужчине, который, судя по грозным выкрикам и командам, был здесь за главного.</P> <P>— Что надо?— неприязненно спросил он, глядя на подошедших.</P> <P>— Да мы хотели квартиру свою посмотреть,— уверенно начал Алексей.</P> <P>— А-а-а — жильцы,— в голосе его послышались приязненные нотки.— Какая квартира?</P> <P>Алексей назвал.</P> <P>— Первый подъезд, пятый этаж,— сразу определил он.— Только долго там не задерживайтесь, мы скоро заканчиваем. Работы нет.</P> <P>— Как работы нет?— удивился Алексей.</P> <P>— А так. Сантехнику не подвезли. Плитка кончилась.</P> <P>Если так и дальше будет продолжаться, то и после Нового года придется с этим домом возиться... Куда ты прешь,— вдруг закричал начальник, видя, как грузовик, пятясь задом, чуть было не наехал на только что сгруженные рамы.</P> <P>Алексей с Сашенькой поднялись на пятый этаж. На площадке было три квартиры. Трех-, двух- и однокомнатная.</P> <P>— Вот это наша,— открывая дверь, уверенно сказал Алексей.</P> <P>В квартире стоял стойкий запах дерева и известки. Две небольшие комнаты были уже полностью отделаны, даже побелены на раз. В кухне же стоял полный кавардак, торчали трубы, валялись стружки, обрывки электрического кабеля, другой мусор. То же было и в туалете с ванной.</P> <P>— Да, работы тут не на одну неделю,— удрученно сказал Алексей.</P> <P>— А что, если мы сами возьмемся за доработки,— неожиданно предложила Сашенька.— Ведь, в конце концов, нам же здесь жить. </P> <P>Алексей удивленно посмотрел на жену. То ли от долгого подъема по захламленной лестнице, то ли от несвойственной ей решимости лицо Сашеньки заалело румянцем, в глазах зажглась решимость хоть вот прямо сейчас перейти от слов к делу.</P> <P>— Ну что ты,— нерешительно сказал Алексей,— мы с тобой так эту квартиру отделаем, что потом и в гости никого не позовешь. Какие из нас специалисты-отделочники?</P> <P>— А вот и нет,— не согласилась Сашенька,— если хочешь знать, до того, как пойти в госпиталь, я несколько месяцев работала на стройке, характеристику</P> <P>зарабатывала. Без рекомендации в госпиталь и нянечкой не брали.</P> <P>— И чем же ты на стройке занималась?</P> <P>— Штукатурила, обои наклеивала, плитку помогала класть, да мало ли чего приходилось делать.</P> <P>— Ну что ж,— обрадовано заключил Алексей,— тогда другое дело. Возьмешь меня в подручные, аль нет?— дурачась, сказал он, обнимая жену.</P> <P>— Если хорошо попросишь, то, может быть, и возьму,— улыбнулась Сашенька.</P> <P>Своим предложением они прямо-таки ошарашили прораба.</P> <P>— Да вы что, серьезно, что ли?</P> <P>— Вполне,— ответил Алексей.— Жена у меня специалист по отделочным работам. Вы бы нам сантехнику установили, отделочные работы мы сами закончим.</P> <P>— Надо подумать,— недоверчиво глядя на молодую парочку, промолвил прораб.— Сколько домов сдавал — ни разу таких предложений от будущих жильцов не слышал.</P> <P>— Все течет, все меняется,— многозначительно изрек Алексей, и они с Сашенькой рассмеялись так заразительно, что прораб не выдержал и улыбнулся.</P> <P>— Предложу на профкоме, может быть, и кроме вас будут желающие заняться отделкой своих квартир. А то у меня со специалистами туго, как следует заплатить не могу людям, расценки прежние. Так они все в кооперативы подались. Еще вот с плиткой неувязка вышла. Не отгрузили поставщики. Подожду недельки две, да и предложу сдавать квартиры без кафельного покрытия.</P> <P>— Если что, мы бы сами какую надо плитку для своей квартиры достали,— предложил Алексей.</P> <P>— И то добре,— заключил строитель и, попрощавшись за руку с Алексеем, добавил:— Через недельку заходи, думаю, что к этому времени я смогу сказать</P> <P>что-то определенно.</P> <P> </P> <P><B>8</B></P> <P>До Нового года, а значит, и до сдачи дома оставалось немногим более месяца, когда бюрократическое профсоюзное колесо, сделав полный оборот, родило решение об использовании добровольного труда будущих жильцов на строительстве жилого дома.</P> <P>Правда, немногие откликнулись на это решение. Большинство очередников с возмущением отвергло его как не соответствующее конституции, по которой каждый имеет право на бесплатное жилье.</P> <P>Алексей с Сашенькой, полные энтузиазма, собирались на стройку. Несмотря на очередные авралы, предшествующие окончанию почти каждого месяца, Алексей решил продолжить свою трудовую неделю и в выходные. Но какие это были для них дни? Не тягучие цеховые, а ни с чем не сравнимые радостные дни свободного труда на самих себя.</P> <P>Первым делом убрали весь мусор. После этого Алексей с разрешения прораба врезал в дверь замок, а Сашенька в это время заканчивала приготовление раствора для отделки стен кафелем.</P> <P>Плитка ровными нераспечатанными стопками лежала посреди кухни. Алексей долго обивал пороги магазинов, прежде чем нашел то, что нужно. Цветастую для кухни, черную для ванны и серую для туалета.</P> <P>— Начнем с туалета,— предложила Сашенька.— Там меньше мои первые огрехи видны будут,— улыбнулась она.</P> <P>— А что мне делать?— спросил Алексей.</P> <P>— Будешь на подхвате. Так...— Сашенька задумалась,— распечатай серый кафель, выложи плитки в таз и залей водой.</P> <P>— Есть,— по-военному ответил Алексей, выполняя волю жены.</P> <P>Он нежно, словно плитки были из хрусталя, разложил кафель, залил его водой.</P> <P>— Я готов,— доложил он.</P> <P>— Ну, с Богом,— серьезным тоном изрекла Сашенька</P> <P>и, густо обрызгав стену водой, начала кладку. Первый ряд вышел без огрехов. Второй чуть хуже.</P> <P>Сашенька отошла на шаг от стены, прикинула что-то на глаз и, недовольно проворчав что-то про себя, принялась кладку разбирать.</P> <P>— Счищай быстрей раствор, а то подсохнет, ничем не сковырнешь,— буркнула, не прекращая работы.</P> <P>Алексей молча счищал раствор и, только отмыв каждую плитку до блеска, клал ее в таз. Он гладил плитки пальцами, словно они были живыми, и это занятие приносило ему наслаждение. Согретый теплом его рук кафель словно становился живым, переливаясь в тусклом свете зимнего дня разными оттенками.</P> <P>— Хватит играть,— улыбнулась Сашенька, заметив его мимолетное увлечение,— займись лучше кухней. Завтра красить рамы да двери будем, так что ты шпаклевкой да подгонкой займись.</P> <P>— А как же ты без меня?</P> <P>— Управлюсь, управлюсь без помощников.</P> <P>Алексей взял стамеску, наждачную бумагу и принялся</P> <P>выводить все шероховатости с подоконника. Потом занялся рамами. Делал все не торопясь, основательно. Делал для себя, навечно. Кто знает, может быть, и дети, и внуки здесь жить будут, для них надо постараться, думал умиротворенно он.</P> <P>Долго пришлось подгонять дверь на кухне, которая никак не хотела плотно закрываться. И так и сяк к ней подходил, подлазил, не идет дело, и все тут. Надо же снять ее, догадался, наконец Алексей, сбегал к соседу за рубанком, и тогда дело пошло.</P> <P>Став своей в доску, дверь уже не скрипела, легко открывалась и закрывалась. На человеческое добро и ласку отвечала хорошей службой. Алексею даже захотелось погладить ее, и он, опасливо глянув в Сашенькину сторону — не видит ли та его сентименты,— провел ладонью по гладкой, обработанной поверхности.</P> <P>Ранние сумерки медленно заволакивали горизонт. В квартире стало темнеть.</P> <P>Тепло было подключено, полным ходом шла проверка отопительной системы. Электричество обещали подключить лишь к сдаче объекта.</P> <P>— Ну что, заканчиваем,— предложил Алексей, подходя к Сашеньке.</P> <P>— Да, пожалуй, надо кончать, а то уже плитку от стены еле отличаю,— согласилась жена,— ну как работа?— повернулась она к нему.</P> <P>Алексей удивленно присвистнул. Вместо тесной шероховатой мрачной камеры перед его взором предстала раздавшаяся вширь и ввысь комната, стены которой отливали тусклым серебром.</P> <P>— Вот это да! Прямо царские хоромы,— не без гордости за свою Сашеньку воскликнул Алексей.— Если так и дальше пойдет, то к нам скоро делегации ходить будут,— улыбнулся он, обнимая уставшую, но счастливую</P> <P>и радостную жену.</P> <P> </P> <P> </P> <P><B>9</B></P> <P>Приближался долгожданный Новый год. Долгожданный потому, что в жизни Алексея и Сашеньки должен был очень многое изменить. Два самых радостных, самых долгожданных события ожидало их в Новом году. Переезд в новую, собственноручно отделанную квартиру и рождение малыша.</P> <P>Алексей знал, что выдачу ключей и ордеров на квартиры профком и строители приурочили к новогоднему празднику. И хоть ключи от квартиры были у него на руках, с волнением ждал дня, когда станет полноправным хозяином собственной квартиры. Пока в руках не было заветного листочка бумаги с красной полосой, закрепляющего право на квартиру, Алексей не без тревоги считал дни до Нового года. Чем черт не шутит, думал он, еще и еще раз обходя комнаты, согретые теплом их с Сашенькой рук.</P> <P>Немало трудов положили они, прежде чем некогда незавершенная серая и угрюмая квартира приобрела лоск и уют. Обои они подбирали долго. Немало спорили, гуляя в свободное время по магазинам, пока не приобрели серебристое покрытие для стен зала и цвета клубники со сливками для детской. Они уже распланировали всю свою будущую обстановку, вплоть до того, где будут стоять стулья, висеть ковер, лежать ковровые дорожки.</P> <P>— А здесь будет стоять кроватка нашего малыша,— ласково сказала Александра, указывая на место у окна.</P> <P>— Тут слишком светло, солнце будет ему мешать,— возразил Алексей, но жена была непреклонной.</P> <P>— Я повешу на окна толстые шторы и буду открывать их по утрам, чтобы наш малыш просыпался под теплой солнечной улыбкой. И тогда он будет таким же ласковым и светлым, как солнечный лучик. И я буду звать его Лучиком. Ведь и в самом деле, Алеша, малыш стал для нас добрым лучиком, который в черноте обрушившихся на нас невзгод высветил дорогу, по которой мы с тобой</P> <P>идем...</P> <P>— Как бы я хотел, чтобы эта наша с тобой дорога не кончалась,— Алексей опустился перед Сашенькой на колени и, погладив округлившийся животик, тихо сказал:— Что бы я без вас делал, дорогие вы мои...</P> <P>— Алеша, Алешенька, милый мой,— Сашенька, гладя голову Алексея, хотела сказать что-то еще, но комок, перехвативший горло, не давал говорить, и она заплакала.</P> <P>Заплакала не сдерживаясь, по-бабьи.</P> <P>— Не плачь, дурочка,— поднялся с колен Алексей и, прижав к себе ее мокрое от слез лицо, начал целовать</P> <P>ее большие глаза, щеки, губы, ощущая солоноватую сладость счастливых слез.</P> <P>Они молча стояли, прижавшись друг к другу, словно боясь неведомой разлуки, молчали потому, что говорили их сердца, губы, глаза, и были счастливы тем мгновением, что только что подарила им жизнь, и хотели насладиться этим чувством про запас, словно предвидя, что их радость недолговечна.</P> <P>— Алеша, а давай Новый год встретим здесь,— неожиданно предложила Сашенька, откликаясь на какие-то свои мысли.</P> <P>— Да ты что! У нас и стола-то нет. Да и плита не работает и к тому времени вряд ли подключат,— неуверенно начал Алексей, но Сашенька тут же прервала:</P> <P>— Ничего, составим ящики, а закуски я с бабусей приготовлю и сюда принесем. Разве ты не хочешь встретить Новый год со мной, да еще в собственной квартире?</P> <P>— Ну ладно,— сдался Алексей.— Ради тебя я на все готов.</P> <P>За несколько дней до праздника Алексей раздобыл невысокую, но разлапистую елку. Приволок в квартиру и установил посреди комнаты. После того выпросил у прораба две доски и, вооружившись ножовкой и молотком, сколотил вполне приличный столик и скамейку. Сашеньке ничего не сказал. Хотел обрадовать ее этим простеньким сюрпризом. Еще раз пройдясь по уже ставшей родной квартире, Алексей зачем-то потрогал батареи. Металл обжег руку. С потолка тускло светила лампа. От стен, еще недавно смотревших на него светлым теплом, с наступлением сумерек повеяло невидимым холодом. Алексей зябко поежился. С щемящим сердце беспокойством покидал он свою квартиру.</P> <P>Перед тем как выключить свет, еще раз окинул взглядом такую желанную квартиру.</P> <P>На работе все валилось из рук, когда Алексею передали приглашение зайти в профком. "Уж скорей бы все приходило к какой-то определенности",— думал, шагая в кабинет.</P> <P>Председатель профкома встретил его траурным молчанием, которое не предвещало ничего хорошего. В груди бешено забилось сердце. Подрагивали от волнения руки. Алексей сцепил их перед собой.</P> <P>— Меня вызывали?</P> <P>— А-а, Переверзев, проходи, садись.</P> <P>Алексей сел на предложенный стул.</P> <P>— Ты только не волнуйся,— начал разговор председатель профкома.</P> <P>— А что случилось?</P> <P>— Ты парень молодой,— не отвечая на вопрос, продолжал тот,— жильем обеспечен...</P> <P>Алексей напряженно молчал, уже догадываясь, к чему клонит председатель.</P> <P>— Я знаю, что ты человек заслуженный, что квартира тебе положена вне очереди, но бывают обстоятельства, когда приходится и на это закрывать глаза,— откровенничал чинуша.</P> <P>Что вы хотите этим сказать?— внутренне напружинился Алексей.</P> <P>— Профком решил в связи с тем, что ты у нас недавно работаешь, и еще не зарекомендовал себя как активный строитель светлого будущего, предоставить квартиру в другом доме, строительство которого начнется в следующем году. А квартиру, которую ошибочно планировали выдать тебе, решено отдать очень нужному на заводе специалисту, без которого просто встанет самый</P> <P>важный — закрытый — цех. Ты, как патриот завода, должен понять, с каким трудом мы вынуждены были принять это решение, - Алексей, не дослушав всех веских доказательств правоты профсоюзного босса, бессознательно встал и, натыкаясь на стулья, медленно пошел к двери.</P> <P>В мозгу его бились безрадостные мысли: квартиру, которую с таким трудом и радостью они с Сашенькой обустроили, у них отбирают. Там будут жить чужие люди. Как молотом по наковальне бухала эта мысль, рождая в душе нестерпимую боль.</P> <P>"Как же я скажу об этом Сашеньке?"— думал он, шагая по широкому коридору, спускаясь по лестнице, бредя по замусоренному заводскому двору. Думал и не находил ответа.</P> <P>После того горя, что ему пришлось испытать, собственная квартира была для Алексея самой большой радостью, счастьем, и вот это все у него одним росчерком пера отняли. И он знал, что никто не в состоянии помочь ему в этом выплескиваемом через край человеческого терпения горе. Он на себе познал, как работают шестерни машины, название которой система. Они перемалывают все, что ей противоречит.</P> <P>"Был бы автомат, всех бы вас, гадов, перестрелял", с отчаянием подумал Алексей, вспомнив лощеное неприятное лицо председателя профкома.</P> <P>Да где теперь автомат возьмешь? Этими отчаянными думами хотел отдалиться от главной, упорно засевшей в мозгу мысли: как сообщить жене? Ведь она не выдержит горя, свалившегося внезапно. Не дай Бог, если что с малышом случится.</P> <P>Чтобы охладить разгоряченную голову и как-то собраться с мыслями, Алексей уткнулся лбом в холодное безразличное стекло витрины, с которой на него смотрели передовики производства, и такая злость на него нашла, что, не соображая, что делает, схватил кусок трубы и начал крушить всю эту никчемную и бездушную пропагандистскую красоту. Бил до тех пор, пока от проходной не послышались крики. Оглянувшись, увидел, как к нему приближаются охранники.</P> <P>Он яростно выругался и, еще не приняв окончательного решения, что предпринять, чтобы не даться в руки охраны, кинулся прочь. Но ему наперерез уже бежали охранники из цеха.</P> <P>Алексей заметался из стороны в сторону, и вдруг у него словно что-то замкнуло в мозгу. Потеря квартиры, слезы Сашеньки, битье витрины — все это образовало непреодолимое кольцо, из которого не было никакого ходу. Чем так жить, лучше совсем не жить — эта мысль укреплялась в голове ежесекундно и, завладев всем его сознанием, искала реализации. Алексей увидел стоящий у ворот топливозаправщик, из крана которого тоненькой струйкой стекало на почерневший снег горючее.</P> <P>«Только так докажу этим гадам, что я не машина, а человек», - подумал он, подбежал к крану, крутнул ручку, и в то же мгновение тугая струя окатила его с ног до головы. Он сломал несколько спичинок, прежде чем увидел вспышку.</P> <P>Через несколько секунд по двору метался живой факел, вызывая у опешивших охранников ужас.</P> <P>(Продолжение следует)</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?42374'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=42374'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]