Перевёртыши : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/voronkov/index.shtml'>Валерий Воронков</a></h1> <span class="date"><span>24 апреля 2009 13:11</span></span> <h3><i>Автор:</i> Валерий Воронков (г. Самара) </h3> <h2>Перевёртыши</h2> <P><B><IMG alt="" hspace=0 src="/files1/43828/0001.jpg" align=right border=0>Воронков Валерий Александрович.</B></P> <P><B>Родился в 16 октября 1954 года в г. Батуми - столице Аджарской АССР.</B></P> <P><B>Отец – Воронков Александр Иванович, кадровый офицер пограничник, из первого выпуска суворовского училища нашей страны. Мать – Воронкова Тамара Витальевна - пятьдесят лет проработала воспитателем в детском саду.</B></P> <P><B>До 1962 года с отцом жил на заставах на границах с Турцией и Китаем. В 1962 году переехали в г. Куйбышев – ныне Самара, где пошел в школу. С первых классов мечтал быть геологом, моряком и писателем. С четвертого класса серьезно увлекся минералогией и начал пробовать писать рассказы. Учился в Миасском геологоразведочном техникуме (но не закончил). С 1973 по 1979 год работал старшим техником-геологом в тресте инженерно-строительных изысканий. Одновременно писал рассказы и стихи. Первый рассказ был опубликован в Чите в газете «За Родину» в 1974 году. В 1979 году бросил геологию и ушел работать рулевым-мотористом на танкерный флот на суда типа река-море. С февраля 1980 года был принят в бассейновую газету «Советский танкер». В 1981 году опубликовал свою первую повесть «Дешан». В 1982 году поступил на заочный факультет журналистики в Казанский государственный университет. В 1983 году уехал на Сахалин, где немного поработал шахтером на шахте «Долинская». В том же году был принят зав. отделом в городскую газету «Долинская правда». В 1984 году перевелся на факультет журналистики Дальневосточного государственного университета, который закончил в 1988 году. В 1985 году был принят в Союз журналистов СССР. В 1986 году переводом ушел зав. отделом в областную газету «Молодая гвардия». С 1989 года работал зав. отделом еженедельника «Рыбак Сахалина». С 1991 года – директор книжного издательства «Полиграф». В 1993 году вернулся в Самару. Работал в газете «<ST: w:st="on" ProductID="Волжская коммуна" PersonName>Волжская коммуна</ST:>», зам. директора Самарского книжного издательства, издавал ежемесячник «Мир приключений и фантастики», был соб.корром Российской газеты «Гудок». Сейчас работаю главным редактором журнала «Телекоммуникационное поле регионов». Женат. Дочь Оксана. Внук – Александр, учится в восьмом классе.</B></P> <P><B>Публиковаться начал с 1974 года в газетах Забайкалья, Самары, Карелии, Сахалина и Приморья, в журналах «Дальний Восток», «Уральский следопыт», «Наука и суспильство» (Киев), «Чудеса и приключения», «Русское эхо», «Сахалин» и т.д., а также в коллективных сборниках. Первая книжка «Чомбобоко и другие» вышла в 1989 году на Сахалине. В 1992 году там же вышла книжка «Сила в привычке». В 1994 году во Владивостоке вышла повесть «Этот чертов треугольник». В 2000 году в Самаре выходит книга «Метаморфозы». Там же в 2002 году вышла книга очерков о геологах «ТИСИЗ – 40 лет». В 2006 году вышла книга повестей и рассказов под общим названием «Вулкан Эбеко». Кроме этого в разных изданиях были опубликованы повести: «Дешан», «Этот чертов треугольник», «Тройное расследование», «Земной мальчик» и т.д.</B></P> <P><B></B> </P> <P><B>Перевёртыши</B></P> <P>Рассказ </P> <P>Семен Сергеевич, шестидесятилетний молодящийся интеллигент в пятом поколении, шел по аллее городского парка и с большим интересом разглядывал публику. Это были и мамы с детьми и влюбленные парочки. Иногда мимо, словно амазонки, проносились грациозные девушки на лошадях из местного спортклуба.</P> <P>Семен Сергеевич нежно вдыхал ароматный воздух и блаженно улыбался. </P> <P>Ему было хорошо. И не только от летнего дня, а еще и оттого, что несколько часов назад он прочитал гранки очередной своей книги, которая скоро заполнит прилавки книжных магазинов.</P> <P>И тут он увидел двух симпатичных брюнеток. Словно богини, спустившиеся с Олимпа, они грациозно восседали на давно некрашеной лавке. Но этот контраст лишь подчеркивал их красоту.</P> <P> Одна из девушек повернулась в сторону Семена Сергеевича, задорно улыбнулась и сказала:</P> <P>- У Вас такой счастливый вид. Не поделитесь ли своей радостью с нами.</P> <P>Семен Сергеевич остановился и сначала ничего не мог сказать: его уже давно вот так – с лучезарной улыбкой – никто не приглашал к разговору.</P> <P>- Я что-то не так сказала? – удивилась девушка.</P> <P>- Нет… Почему же… Вообще-то…</P> <P>- Тогда познакомимся. Меня зовут Мила, - протягивая руку, сказала девушка. </P> <P>- А меня – Люда, - сказала другая. – Мы вообще-то обе Людмилы, но, чтобы нас не путали, разделили имя пополам.</P> <P>- А я, - прокашлялся Семен Сергеевич, - а я Семен Сергеевич Полторанин. Писатель, - зачем-то подчеркнул он.</P> <P>- Писатель?! – то ли с удивлением, то ли с восхищением воскликнули Людмилы. – Так Вы что – книжки пишите?</P> <P>Полторанин скромно кивнул. Но через полчаса, забыв о прежней своей застенчивости, Семен Сергеевич мило беседовал с очаровательными брюнетками, которые оказались выпускницами школы. Через две недели их ждали вступительные экзамены в университет.</P> <P>Обе девушки излучали аромат лета, необыкновенную эрудицию по многим вопросам, и одновременно детскую наивность в обыденных вещах. Этот диссонанс полностью очаровал Семена Сергеевича, и он просто таял под взглядами Людмил.</P> <P>- А о чем Вы пишите? – поинтересовалась Мила.</P> <P>- О чем? О жизни, конечно.</P> <P>- Ой! Как интересно! Может, Вы и о нас напишите?</P> <P> - Ну, пока еще нет ничего такого, чтобы хотя бы легло в фабулу. А для этого необходимо какое-то действие, событие, неожиданный поворот, - немного менторским голосом заговорил Полторанин. Ох, если бы он знал в тот момент, что его ожидает, то он бегом бросился бы прочь, позабыв о таких словах, как «фабула».</P> <P>Но тут его рассуждения были резко прерваны появлением пяти рослых парней.</P> <P>- Девчонки, привет! – сказал высокий блондин и искоса глянул на Семена Сергеевича. – А это кто?</P> <P>- Саша, мальчики – это известный писатель Полторанин, - разом защебетали девушки.</P> <P>Парни лихо подхватили чугунную лавку, что стояла напротив, и перенесли ее ближе.</P> <P>- Вы нас извините, - сконфуженно сказал Саша, - мы просто никогда рядом, вот так, писателей не видели. В общем, Александр.</P> <P>Остальные парни тоже представились и с некоторой неловкостью пожали руку Полторанину. А далее начались вопросы. Семен Сергеевич, как мог, отвечал на них. На душе у него было легко и радостно. «Какая все-таки у нас прекрасная молодежь, - думал он. – Как я давно, вот так запросто, не беседовал с людьми. Все дома. Взаперти пишу эти книги. А жизнь! Вот она – жизнь! Какие добрые, красивые лица. Чистые глаза. А улыбки какие! Господи! Как замечательно…</P> <P>- Вы, наверное, много путешествовали, встречали сотни людей?»</P> <P>- К сожалению, путешествовал мало, - с грустью признался Полторанин, - Но это ничего не значит. Например, Жюль Верн тоже мало где был. А его книги как раз о путешествиях и приключениях.</P> <P>- Это все потому, - задумчиво сказала Мила, - что все писатели не от мира сего. У вас у всех просто богатое воображение. Этим вы и отличаетесь от нас, простых смертных.</P> <P>- Не знаю, не знаю, может быть, - улыбнулся Семен Сергеевич, несколько польщенный такой оценкой. </P> <P>Но тут приятный разговор был нарушен появлением группы парней. В руках они держали пластиковые пакеты, в которых проглядывались бутылки со спиртным. В руках кое у кого были велосипедные цепи и металлические прутья от арматуры.</P> <P>- Санек! – к лавке подошел угрястый и длинноволосый парень. – Нам запанские пацаны стрелку забили около чертова колеса: видимо, хотят нам за Вовку Ключника отомстить. Мы ему вчера ногу сломали здесь в парке, чтобы не понтовал не на своей территории. Чо делать будем?</P> <P>Александр повернулся к Полторанину.</P> <P>- Вам бы, господин писатель, лучше домой пойти, потому что сейчас здесь начнется совсем не книжная жизнь. И в самом неприглядном виде, - хмуро сказал он.</P> <P>Семен Сергеевич несколько растерялся от быстрой смены декораций, когда увидел как приветливые и добрые лица молодых людей, которыми он так умилялся буквально минуту назад, превратились в жесткие и холодные маски. </P> <P>- Ребята, вам бы лучше по мирному договориться, - начал он уговаривать своих новых знакомых.</P> <P>Но те его уже не слушали, а отошли в сторону к деревьям и оживленно заговорили.</P> <P>К Полторанину подошли обе Людмилы.</P> <P>- Семен Сергеевич, давайте мы вас проводим из парка». – сказали они дуэтом и взяли его под руки.</P> <P>Уже подойдя к выходу из парка, Полторанин вспылил: </P> <P>- Почему вы меня выпроваживаете? Ведь сейчас же будет драка. Надо это пресечь! – и он повернул обратно.</P> <P>Около лавок, где они недавно так мило беседовали, валялись пустые бутылки из под водки и вина, окурки сигарет, в воздухе висел густой запах анаши. От чертова колеса неслись крики.</P> <P>Полторанин побежал на звук голосов и вскоре увидел толпу ребят. У большинства из них в руках были палки, цепи и кастеты. Глаза налиты кровью и ненавистью. Запах анаши и винного перегара стоял за версту.</P> <P>- Ребята! – крикнул Семен Сергеевич. – Ребята! Прекратите!</P> <P>Он подошел к билетной кассе и встал на скамейку, чтобы его было лучше видно.</P> <P>- Ребята! – с болью в голосе заговорил он. – Что ж вы делаете? Вы же хорошие молодые люди. У вас все впереди, но вы же сейчас можете себя покалечить!</P> <P>- Заткнись, писатель! – к Полторанину пьяной развязной походкой подошел Александр. Его светлые волосы резко проступили в наступивших сумерках. Зрачки глаз невероятно расширились. Весь прежний лоск юного денди куда-то подевался. Губы нервно дергались. Из рукава рубашки выглядывала рукоятка ножа. – Заткнись! – с угрозой в голосе повторил он. – Иди домой и пиши дальше свои книжки о придуманных путешествиях, а нам не вздумай мешать!</P> <P>Потом Александр повернулся к парням и крикнул:</P> <P>- Мочи запанских!</P> <P>Полторанин стоял в оцепенении и в ужасе. Он написал много книг. И порой его выдуманные сцены были более ужасными. Но они были на страницах. В жизни подобное он увидел впервые.</P> <P>- Стойте! – закричал он и бросился в самую гущу драки, словно его присутствие могло отрезвить пьяные головы. Но его никто не слушал. Несколько случайных ударов пришлись ему по голове и плечам. Но он упорно пробирался к зачинщику побоища – Александру, который с тремя дружками пинал ногами рыжего парня. Потом все четверо подхватили рыжеволосого под руки и под шум драки оттащили того за билетную кассу.</P> <P>Полторанин побежал вслед за ними. Он появился за билетной кассой в тот момент, когда Александр вытирал окровавленный нож о траву. Их глаза встретились. И Семен Сергеевич увидел в глазах молодого человека нечто такое, что ноги сами понесли его прочь от этого места. Он бежал уже в кромешной темноте через кусты, мимо деревьев и беседок. За ним раздавался топот ног бегущих следом.</P> <P>Мозг абсолютно не верил в страшную действительность. Происходящее казалось каким-то кошмарным сном. Что все это происходит не с ним, а с героем телевизионного сериала.</P> <P>- Вот он! – раздался торжествующий вопль одного из парней. Наверное, именно так кричали пещерные люди, когда настигали свою жертву. Только на этот раз жертвой был он – Семен Сергеевич Полторанин, член Союза писателей России, уважаемый в городе человек, который в жизни не обидел и мухи. Это было дико и невероятно.</P> <P>От сильного удара Полторанин упал на траву. По телу застучали палки и цепи.</P> <P>- Прекратите! Звери! – из кустов выскочили Мила и Люда. – Он же писатель! Что вы делаете?!</P> <P>- Заткнитесь, подстилки!- Ребята, но вы же его убьете!</P> <P>- Молчите, курвы!</P> <P>- Ну не надо, Саша! – и обе девушки упали сверху на Семена Сергеевича, закрыв его своими юными телами.</P> <P>Александр полностью потерял контроль и выхватил нож… </P> <P>Солнце сначала осветило облака, а потом и весь окружающий мир. На траве выступили капельки росы. Полторанин открыл глаза. На его груди покоилась голова Милы. Черные волосы закрыли все ее лицо кроме одного глаза, который был широко раскрыт, но уже ничего не отражал, а был каким-то пустым и отрешенным. Рядом лежала Люда. По ее груди прыгал воробей и весело чирикал, радуясь новому дню.</P> <P>Семен Сергеевич с трудом перевернулся на живот и пополз в сторону ближайшей аллеи. </P> <P>- Помогите…Помогите… – шепотом кричал он.</P> <P>После двух сложный операций, которые хирурги сделали Полторанину, Семен Сергеевич пришел в себя. В его палате сидел следователь. Но Полторанин пока еще не мог говорить. Вместо слов с его губ срывались глухие рыдания, а по щекам текли слезы. Он лишь несколько раз смог произнести два слова: </P> <P>- Мила, Люда…Мила, Люда…</P> <P>И все.</P> <P>Ночью он проснулся. Все тело болело и ныло. В нескольких местах, там, где были послеоперационные швы, до сих пор чувствовалось лезвие ножа, которым его пытались убить. Но более, чем тело, страдала его душа. Разум никак не мог смириться с действительностью: как могли такие милые ребята в одночасье превратиться в оборотней. </P> <P>В его книгах все злодеи и выглядели как злодеи. А добро всегда побеждало. «Но я же этим воспитывал молодежь», - лежа на больничной койке, оправдывал он себя. Но тут внутри него проснулся еще один человек, который, словно судья, бескомпромиссно заговорил: «Ты всю жизнь сам себя обманывал и подстраивался под текущий момент. Когда надо было прославлять коммунистические идеи, ты, не задумываясь, штамповал повести о комсомольско-молодежных бригадах, клеймил самостоятельность без коллектива, всех стриг под единый газон. Все у тебя было ладно да гладко. Все главные герои с волевыми лицами, а негодяи, как на подбор, с низкими лбами, обкусанными ногтями, маленькими бегающими глазками. А когда власть сменилась, ты и тут не растерялся: сразу начал штамповать дешевые детективы, где бывшие комсомольцы стали бизнесменами и рэкетирами. Всю информацию ты черпал из телевидения, бульварных газет и отдельных статей из «АиФ» и «Совершенно секретно». А сейчас ты, Семен Сергеевич, впервые столкнулся с реальностью и сразу пустил сопли: как это такие милые ребятишки вдруг в один момент превратились в монстров? А так! Насмотрелись по телевизору боевиков, где человеческая жизнь гроша ломанного не стоит, начитались подобной белиберды, что пишешь ты и сотни тебе подобных писак, называющих себя писателями. Когда культивируется безвкусица, тогда и появляются такие оборотни-перевертыши, с которыми ты столкнулся в парке. И чем моложе люди, тем быстрее они становятся такими вурдалаками. И в этом есть твоя вина: что своей писаниной породил, то и получай сам…»</P> <P>От грустных и жестоких мыслей Полторанина отвлек легкий скрип двери. В его палату, как в замедленной съемке, медленно входили трое парней. У одного из них в темноте ярко выделялись светлые волосы. В руке он держал нож.</P> <P>- За что, Саша? – с трудом произнес Семен Сергеевич.</P> <P>- Не надо было лезть, куда не надо, писатель, - с кривой усмешкой и цинично, как это делают те, кто попробовал вкус убийства и почувствовал от этого удовлетворение, произнес Александр.</P> <P>- Но ты же по сути хороший парень, Саша. Опомнись! Вы и так столько невинных людей убили. Милу, Люду… Зачем я-то вам нужен?</P> <P>- Ты свидетель. К тому же главный и единственный.</P> <P>- Остановись, Саша, пока в твоем сердце еще сохранились нормальные человеческие чувства. Убив еще других людей, ты тем самым убьешь в себе человека. Ты потеряешь душу.</P> <P> В ответ на свои, как казалось Полторанину, убедительные доводы он услышал смех, который был весомее всех слов на свете. </P> <P>- Но я же писатель! – словно это что-то решало в настоящий момент, захрипел Семен Сергеевич.</P> <P>- Писатель?! Да кто вообще сейчас читает эти книги? – рассмеялся Александр и занес над Полтораниным руку с ножом.</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?43828'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=43828'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]