20 мая 2009 10:20
Автор: Андрей Негривода (г. Москва)
Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны)
Часть вторая
Мусса
21 августа 1990 г. Дуэль
Разделённый на две большие группы отряд Филина лежал на уступе скалы, нависающей над дорогой, всё той же дорогой на городишко Неркин. Напротив них на другой стороне в «зелёнке» затаились боевики Муссы. Они всё же догоняли этих стервятников, но случилось то, чего невозможно было предвидеть. Мусса, поплутав со своим отрядом по горам несколько дней, страхуясь, выставляя засады, опять вышел к дороге. За эти несколько дней скрытого преследования Филин понял, что его противник не знает ещё о том, что на него объявлена охота.
Просто этот битый и тертый войной волк осторожничает на уровне рефлекса, оберегая себя от внезапных неприятностей. А это говорило о большом опыте. Но то, что он сделал, вернувшись к дороге, объяснить было невозможно – он разделил свой отряд. Андрей был убеждён, что Мусса не обнаружил преследования. Его следопыты, Мулла и Бай, подтверждали это, судя по поведению следов, оставляемых на пути. Но, как тогда было объяснить это внезапное решение? И Филин решился максимально сократить разделявшеё их расстояние. Это был риск, но ничего другого не оставалось. А ещё, рассмотрев карту, он решил пересечь дорогу и идти по скальной гряде, повинуясь принципу ведения боевых действий в горах – всегда быть выше противника. За Муссой пошли только следопыты, докладывая и направляя Андрея по радиосвязи. И через сутки Мусса остановил обе группы. Они находились в «зелёнке» с удалением в километр. Что-то намечалось и Филин догадывался, что это «что-то» было весьма пакостным. Но и раскрывать себя он не мог, понимая, что они преследуют едва ли не третью часть всего отряда Муссы, так сказать, его рейдовую группу, а ему нужна была база отряда, его штаб. Вернувшийся Бай доложил, что большая часть боевиков, сделав двухчасовой привал, ушла дальше на север, а вот вторая… Вторая часть, состоящая из 20 человек, готовила засаду. Засаду на колонну идущую по дороге. Что это будет за колонна, Филин не знал, но по приготовлениям боевиков понял, что те готовятся серьёзно.
- Медведь, – прошептал Андрей.
- На связи, – ответила рация.
- К тебе идёт Бай. Пойдёшь на север за ушедшими. Я остаюсь на «нитке».
- Рискуем, Филин.
- Кто-то из них точно пойдёт на базу.
- Понял.
- Связь каждые три часа. Игорь, идите как тени. В бой не вступать! Удачи.
- И тебе. Конец связи…
«Совы», ведомые Медведем и Баем, продолжили погоню, а Филин остался ждать развития событий. С ним было двадцать бойцов, но полагался от только на опыт и выдержку Муллы, Индейца, Ганса, Дока, Сало и Бульбы. Целый день они полировали своими телами скальные обломки, наблюдая за готовящейся засадой.
«Суки! И ведь сделать ничего нельзя. Вызови вертушки, Мусса догадается о «хвосте» и будет кружить по горам до второго пришествия, да ещё и первую группу завернёт – не мог же он отпустить её без связи, такой-то волчара. Что делать?! Неужели смотреть, как он солдатиков мочить будет?! Были бы наши «Валы», поддержали бы пацанов. А так что? Из «тихих» только моя да гансовская СВД с глушаками! Хоть в два ствола, и то помощь. Конспирация эта долбанная, мать её…» - метались мысли в голове Филина.
Превратившись в кустики, росшие на склонах, он, Ганс и Мулла наблюдали за тем, как боевики Муссы устанавливали на дороге фугасы, как оборудовали позиции под два ДШК. «Духи», а для ребят Филина было только это, единственное имя для противника, работали скоро и очень умело. Используя природные укрытия, укрепляли и маскировали в них стрелковые гнёзда. Но, как отметил про себя Андрей, первый и основной удар будет сделан всё же гранатометчиками – их было семеро! При удачной первой атаке, заложенными на дороге фугасами и этими гавриками, можно было сжечь за считанные секунды девять машин. Две полные роты. А остальных добить из пулемётов и ДШК. Это уже был почерк. Красиво мыслит, сволота. Кроваво…
- Сало.
- На приёме.
- Фугасы видел?
- Противотанковые, скорее всего опять кумулятивные.
- Сможешь разрядить по темноте?
Пауза затянулась, но Андрей не торопил. Он знал, что Сашка профессионал, каких поискать, и сейчас он трезво оценивает свои возможности, риск-то сумасшедший.
- Можно попробовать…
- Уверен?
- Они будут ждать день – ночью в «зелёнке» с РПГ делать не хрен.
- И?
- На «собачьей вахте» можно сделать тот, что с радиовзрывателем – его больше трогать не будут.
- А растяжку?
- Струну они повесят уже днём, перед колонной – плёвое дело секунд на пятнадцать. А ты перед колонной этот подарок и рванёшь.
- Как?
- Из СВД. Метров за двадцать, перед носом. И колонне ни фига не будет, и сектора «душкам» менять придётся, а это несколько минут форы для охранения, да и для «зелёных».
- Молодец, Сашок!
- А то! Конец связи…
Ближе к утру Сало выполнил свое обещание и обезвредил один из фугасов. Правда, чего скрывать, его вылазка стоила Филину несколько миллионов безвозвратно потерянных нервных клеток и, наверное, парочку седых волос.
А тот сумасброд, одевшись в серую ночную маскнакидку, скрывающую своим балахоном контуры человеческого тела, вылез на дорогу. Нужно было быть неимоверно смелым и отчаянным человеком, чтобы под самым носом у врага разминировать не МВЗ, а один единственный фугас, на который всё внимание, поставленный с целью засады!..
Сашка Салин. «Сало».
Все, у кого были приборы ночного виденья или ночные прицелы, затаив дыхание, наблюдали за этим примером безудержной храбрости. «…Напишу представление на орден, когда вернёмся…» - думал Андрей, с замиранием сердца следивший за Сало.
Обошлось! Опять обошлось… Видно таких смельчаков обходит стороной даже та беззубая старуха с косой – боится! С того момента, когда Сало уполз к дороге и когда вернулся, прошло сорок минут, показавшиеся Андрею вечностью:
- Вот, Андрюха. – Они сидели за скальным выступом, где не возможно было увидеть из «зелёнки» тоненький лучик фонарика. – Классная штучка! Я про такие только слышал…
Сало вертел и перекатывал пальцем по своей ладони металлический цилиндрик с тремя усиками:
- Это итальянская игрушка – она универсальная и подходит к нашим.
- А сам фугас?
- Фугас наш, но такой мощности, что ого-го! Я его ощупал по-быстрому – на танк он, никак не меньше, на «семьдесятдвойку»… Чую, большая пакость тут намечается, командир.
Андрей задумался. Да, что-то не складывалось в одну картинку, что-то было не так. Но что? Вариантов было множество, но ни один не давал ясного ответа.
- Индеец, Мулла, Ганс.
- На связи.
- Ко мне. Наблюдатели смотрят в четыре глаза.
С разных сторон послышалось, едва уловимо, шуршание, и около Филина выросли четыре куста с живой шевелящейся под ночным ветерком листвой.
- Что думаете, пацаны? – спросил совета Андрей у своих «ветеранов».
- Передний фугас думаешь такой же? – спросили Индеец и Сало.
- Почти уверен.
- Значит, на танки нацелились, - задумчиво проговорил Док, входивший в совет «краповых» аксакалов Филина.
- Но на танковую, пусть даже ротную колонну, у них просто нет сил, не камикадзе же они, – внёс свою лепту Мулла.
- Думайте! Кого могут сопровождать минимум два танка? – Задачу нужно было решать быстро, Филин немного нервничал.
- Госпиталь?
- Вряд ли, может, колонна с оружием или боеприпасами, – предположил Ганс.
- Пацаны! А может, штабная колонна? – вдруг произнёс Бульба, испугавшись своей мысли.
Они, словно повинуясь какой-то команде, дружно повернули головы к Олегу. В этих взглядах читался неподдельный интерес, мол, как до такого можно было вообще додуматься. И Бульба сник. Он вообще был скромен и стеснителен, за исключением боя.
- А ведь Бульба прав, – подумал вслух Филин. – Судя по удалению фугасов, колонна будет небольшой, машин может пять-шесть, плюс танки. Короткая колонна, но хорошо охраняемая…
- Значит, три-четыре штабные, две с охранением – это два взвода стволов и две тяжёлые «коробки». Всё сходится, Филин, – завершил счёт Индеец. – Да и по вооружению «духов» - тютелька в тютельку.
- Готовить связь? – спросил Бульба.
- Отставить, Олег.
- Рискуем, командир, – произнёс Мулла.
- Конечно! Но мы им поможем. – Вот теперь Андрей выдал на гора чёткий план действий. – Ганс. Работать будем только мы с тобой, вдвоём…
Маргус пододвинулся ближе, внимательно слушая Филина.
- Колонна идти будет не быстро – здесь в горку, да и танки. Метров за пятьдесят по моей команде долбим вдвоём передний фугас. В два ствола должны успеть. Колонна остановиться так, что попадёт в сектор только одного ДШК, а второй придётся нашим красавцам перемещать. Поэтому, сразу после фугаса, работаем гранатометчиков, а они-то повысовываются обязательно – взрыв и для них будет неожиданностью. Потом переносим огонь на расчёты ДШК, хотя, смотри по обстоятельствам, если будешь успевать…
- Ясно.
- Наша с тобой основная задача – выбить максимальное количество РПГ, а там, глядишь, наши «трактористы» сообразят лупануть из пушек, да и «зелёные» из охранения подтянутся.
- Хорошо бы…
- Индеец, Сало. Ваши не высовываются. Себя не раскрывать! Только в крайнем случае и только по моей команде! Думаю, охрана колонны сумеет воспользоваться той форой, что мы ей дадим. Всё! По местам, пацаны, светать начинает.
Солнце подходило к своему зениту, часы показывали 11.20. Филин и Ганс в своих «лёжках» находились на идеальном для них трехсотметровом расстоянии от «духов». Но у Андрея вот уже около четырёх часов в голове занозой засела мысль: «Его видно! Ганс, мать твою, тебя видно!..»
Они выходили на свои рубежи в 5.00, когда неверные тени, отбрасываемые кустами и глыбами камней, создавали иллюзию надёжного укрытия.
Филин влез в один из таких кустов, сгустив своим камуфляжем и специальной накидкой его листву. А вот Ганс устроился возле большого валуна, и это было ошибкой. До ближайшего к нему куста было около полутора метров, и теперь при солнечном свете было видно «куст», росший из-под камня! Если у духов есть следопыт или снайпер он обязательно увидит это изменение ландшафта.
- Ганс.
- Знаю. Надеюсь, что пронесёт, – ответил наушник Филина шепотом Ганса.
«Изменять позицию уже поздно! Ну Маргус, получишь ты у меня по первое число за такую маскировку!»
Колонна появилась в 12.05. Сначала они услышали натужный рёв танковых двигателей, Андрей увидел сквозь прицел, как напряглись и затихли на своих позициях «духи». Затем к звуку двигателей добавился монотонный лязг гусениц, через минуту из-за поворота на дорогу выполз головной танк, а ещё через минуту он убедился в прозорливости Бульбы. Это действительно была штабная колонна, но… И опять это вездесущее «но», всегда в последний момент, вносящее свои коррективы. Кроме двух танков и двух «Уралов», битком набитых солдатиками, в колонне шли три штабных БТРа, это было видно по множеству торчащих антенн, и машина – кунг ЗАС[1], а значит, в таком составе что? Передвижной КП. Так мог передвигаться только штаб, и, как минимум, бригады, если не дивизии. Мусса охотился на кого-то из генералов!
- Фви-иу! – услышал он свист Ганса в микрофоне.
«Да уж! Эту колонну «потерять» нельзя! Потом век не отмоешься! Даже всю секретность засунут, куда надо, если лампасника подстрелят! Мусса, сука! Откуда же ты про неё узнал?!»
- Ганс, – Андрей поймал ритм своего сердца и прицелился в точку на дороге, ничем не отличающуюся от других мест, где был установлен фугас, – Начали…
Винтовка Андрея раз за разом толкала в плечо своего хозяина, а он, как бы отстраненно, отмечал фонтанчики поднимаемые своими пулями и пулями Ганса. В один из промежутков между нажатиями курка в прицеле полыхнуло пламя и тут же мощно раздался взрыв, пугая затаившееся в горах и ущельях эхо.
«Молодчина, Маргус!» - подумал он, сдвигая ствол своей СВД в сторону. Теперь работать нужно было максимально быстро – семь РПГ против двух СВД! А если залп?! Но Андрей рассчитал точно. «Духи», наблюдавшие за движением колонны, были удивлены до глубины души, когда в метрах сорока от головного танка рвануло бело-оранжевое пламя. Шок был настолько силён, что они даже привстали из своих укрытий, разинув рты и выпучив ошарашенные глаза. Подарок для снайпера!
- Пуф! Пуф! – толкнула винтовка два раза: «Один есть!»
- Пуф! Пуф! – ещё раз кашлянула СВД в руках Филина: «В плечо. Ага, а это уже Ганс!» - на землю повалился ёще один гранатометчик.
«Всё! – Поменять магазин было секундным, до автоматизма отработанным делом. – Поехали!»
Но тут подключились танкисты, удивительно быстро среагировавшие, и ударили из башенных КПВТ. Первыми же очередями разнесло в куски ещё двоих, из готовившихся для стрельбы «духов». Что такое попадание из КПВТ, кто видел, тот знает…
«Молодчаги «трактористы», ай какие же вы молодчаги!» - ликовал Филин.
- Пуф! Пуф! – ожила винтовка Андрея:
«Пять! Отлично! Шесть!» - и опять чётко сработал Ганс.
А на дорогу уже, словно горох из дырявого мешка, высыпались солдаты охранения, десантники и открыли шквальный огонь по «зелёнке», им вторили башенные пулеметы БТРов.
«Ч-чёрт! Не успеваю!» - Филин заметил, как наклонился в сторону колонны ствол одного из ДШК «духов».
- Ганс, ДШК!
Но пулемёт всё же опередил снайпера и сыпанул густой очередью по БТРам. И ещё одной, и ещё!..
«Маргус, заснул?!»
Но тут мощно рявкнула пушка головного танка и из того места, где ещё секунду назад стоял пулемёт, вырос земляной гриб. В стороны полетели ошмётки тел и бесформенные куски железа.
- У моей «трубы» выбили «глаз», – вдруг ожил наушник голосом Ганса. – У духов есть стрелок, командир!
- Ты как?! – Крикнул Андрей во весь голос. – Грохот боя скрывал любые звуки.
- Более-менее.
«Так! Дождались! Теперь держись, Филин. Если он, этот стрелок долбанный, Ганса срисовал, то теперь… А-а! Бог не выдаст – свинья не съест!..»
Стрельба «по мишеням» для Андрея закончилась. Теперь нужно было вычислить и снять снайпера, а эта задача на несколько порядков сложнее. Если тот профи, конечно!
Филин больше не стрелял, представляя это дело солдатам охраны, он смотрел за развитием событий боя. Профессионально смотрел.
Вот разлетелся брызгами триплекс у замыкающего танка. Всё, танк ослеп без прицела, теперь ему осталось стрелять только из КПВТ. И ещё один триплекс брызнул фонтаном, теперь уже на одном из особенно рьяных БТРов.
«Быстрее, быстрее Андрюха! Он их сейчас всех без прицелов оставил! Слепыми!»
Филин через прицел обследовал близлежащее пространство, присматривая одновременно за десантниками, поливавшими очередями из своих автоматов «зелёнку». Вдруг заметил, как схватился за раненное плечо один из них. На плечах десантника были звездочки старлея.
«Командира убираем?! Грамотный, сволочь! – подумал Андрей, пытаясь отследить траекторию, прилетевшей к старлею пули. – Есть! Попался красавчик!»
Его прицел сам наехал на то место, откуда ещё раз вырвалась короткая вспышка одиночного выстрела. Но не достать! Это действительно был опытный снайпер. Под стволом кривой, вековой чинары рос развесистый куст, может, он действительно там рос много лет, а может, это была такая же, как и у Филина маскировка – не это главное. Главное, что площадь куста была слишком большой, и именно из него полыхнуло один раз. Это была «лёжка»! Вот тут-то и начиналась огромная проблема. О том, какого класса снайпер у «духов» говорило то, что он сумел разбить прицел Ганса с одного выстрела, без пристрелки. Значит, бить по площади куста – форменное самоубийство. Успеешь сделать два выстрела, а третий будет тебе в лоб…
«Как же тебя выманить, сучёк?!» А интуиция уже подсказала решение.
Филин выстрелил в ствол чинары так, что бы пуля прошла по стволу и в опасной близости к стрелку. Смысл? Да простой! Он обозначил себя как снайпера, обнаружившего своего «коллегу»-противника, но! И «дух» купился. Да и Филин купился бы в его положении…
Реакция была стремительной! Миг! И Андрей увидел глубину целившегося прямо в него оптического прицела. И выстрелил в этот омут, как будто стрелял в глаз самой смерти… И сразу же за выстрелом отклонился влево на какие-то два-три сантиметра.
- Вва-у-у! – пропела над ухом диким мартовским котом пуля, рванув назад маскировку на голове.
«Успел-таки пульнуть, падла!»
Не поднимая, не сдвигая с места лежавшую с боку СВД, Филин взглянул в прицел.
«Опять эти сучки прибалтийские, спортсменки долбанные! Сколько же вас расползлось по земле, поганки бледные?!» - на него накатила волна ярости.
Снайпером был не «дух», а «душка». Сбившаяся с головы, маскировка открывала окровавленный разбитый прицел и нависшие над ним белокурые волосы, уже успевшие напитать в себя кровь…
- Ганс, – позвал в микрофон Андрей.
- Мудак ты, Андрей! Я всё видел. Что, ничего другого в башку не пришло, кроме как вызвать огонь на себя?! – зло прошипел наушник Филина. – С головой поссорился, командир?! Вернёмся, Бате доложу, так и знай!
- Отставить, Маргус, – устало проговорил Андрей. – Ты как?
- Нормально. Щёку стеклом посекло и немного ухо задело – повезло, что ты меня вызвал в тот момент, а я рожу от прицела убрал. Я твой должник, командир. Но Бате всё равно доложу! Так нельзя!
- Ладно. Сочтёмся. Ждём, пока «голубые» закончат и отвалят.
- Принял. Конец связи.
«Командирские» Филина показывали 12.25, когда десантники вернулись к колонне, закончив зачистку. С момента взрыва фугаса прошло двадцать минут! Двадцать минут, растянувшиеся для отряда Филина, в целую вечность…
Андрей смотрел на суетившихся на дороге солдат и тихонечко мурлыкал под нос песню Владимира Высоцкого «Мне этот бой не забыть нипочём…»
- Красиво, но не по теме, – перебил голос Медведя в наушнике.
- Медведь, – вскрикнул шепотом Филин, – почему ты на этой волне?
- На часы посмотри, командир. – Игорь улыбался, и это было понятно по его голосу. Действительно, сеанс связи с Игорем должен был состояться в 12.15. – Перешёл на твою волну и оглох. Только потом понял, что «духов» молотите. Решил дождаться, когда Ваше Превосходительство, господин штабс-капитан, соизволит взглянуть на часики, освободившись от трудов ратных. А вы петь начали, не иначе как на нервной почве…
- Ладно, Игорь, кончай балаган в эфире, – прервал своего друга Андрей. – Есть новости?
- «Друзья» стоят на «днёвке». Наверное, ждут тех, что остались на «нитке». Прошли около тридцати кэмэ. Пересекли «нитку» Мардакерт-Кельбаджар. Вышли к воде. Всё.
- Как себя ведут?
- Нервно. И вот ещё что… Думаю, Мусса со мной.
- Хорошо, Медведь. Мы двинемся, как только позволит обстановка. Твоя задача не меняется.
- Догоните?
- У меня есть Мулла.
- До встречи. Конец связи.
Ганс отделался легко, можно сказать испугом – его правую щёку посекло осколками стекла от прицела основательно, но порезы были не глубокие, а ещё он лишился мочки уха. Пуля, пройдя сквозь прицел, ополовинила его ухо, обожгла шею и ушла дальше, заканчивать свой нелегкий путь. Ему действительно повезло. Док обработал эти «ранения» простой зеленкой, и теперь на разукрашенное зелеными полосами лицо можно было не накладывать спецгрим.
Повезло и Филину. Последняя в жизни пуля прибалтийской «спортсменки» выбрила над правым ухом Андрея аккуратненькую дорожку и, прорвав маскнакидку, ушла, даже не опалив кожи. Получился эдакий, панкующий спецназовец, с одним выбритым виском. И смех, и слёзы…
Они двинулись дальше, догонять Медведя…
(Продолжение следует)
[1] ЗАС – засекреченная автоматическая связь
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]