Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны) : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/35485/index.shtml'>Негривода Андрей</a></h1> <img id='mainimg' src="/files1/45504/1.bmp" width="145" height="113" alt="Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны)"></a> <span class="date"><span>03 июня 2009 10:15</span></span> <h3><i>Автор:</i> Андрей Негривода (г. Москва)</h3> <h2>Филин – ночной хищник (Исповедь одинокого пса войны)</h2> <P><B>Часть вторая</B></P> <P><B>1 сентября <ST: metricconverter ProductID="1990 г" w:st="on">1990 г</ST:>. «Кукушка»</B></P> <P>- Медведь, – Филин подозвал Игоря. – Я ухожу.</P> <P>- Куда, командир? – Он, казалось, не был удивлен словами Андрея.</P> <P>- Поохотиться хочу. – Он погладил с любовью свою СВД. – Что-то в башке замкнуло. Не могу я просто так вернуться к Бате на глаза.</P> <P>- В этом нет твоей вины, Андрюха.</P> <P>- Ты расскажи это тем мальчикам, что на плато остались. – Он говорил тихо и абсолютно ровно, но именно этот тон вызывал у Медведя волну мурашек между лопатками.</P> <P>- Кого-то возьмешь с собой?</P> <P>- Нет.</P> <P>- Когда тебя ждать, командир?</P> <P>- Выводи отряд, Игорёк. Связи у нас с Батей больше нет. – Филин вспомнил о разбитой радиостанции и скорбный взгляд Бульбы над ней. – А в группе половина раненных, хоть и легко, включая тебя. Так что идти до Степанакерта будете не меньше двух недель.</P> <P>- Наверное, – согласился Медведь.</P> <P>-10 сентября я буду вас ждать в том месте на дороге, где Мусса колонну расстрелял. Помнишь?</P> <P>Медведь кивнул головой.</P> <P>- А сам?</P> <P>- Погуляю по «зелёнке». Помнишь, как Брат тогда – за Речкой.</P> <P>- Не нарвись. Башку потерять в одиночку здесь, что чихнуть.</P> <P>- Не волнуйся, мне ещё в глаза той суке посмотреть надо, что «Градами» отряд угробила.</P> <P>- Мы все туда пойдём.</P> <P>- Давай, Игорек. Вы мужики тёртые, выскочите. Салаг береги. Всё! Я пошёл.</P> <P>Андрей обнял Медведя за могучие плечи, а на свои вскинул РД и ушёл в чащу «зелёнки». Игорь смотрел на кусты, сомкнувшиеся за спиной Филина минут пять, а затем позвал Бая:</P> <P>- Походи Алишер за Филином, нельзя ему одному сейчас – молодой, горячий, как бы дров не наломал. Только на глаза не лезь, а то ещё обидится наш командир. Ты только подстрахуй его, мало ли какие ублюдки по «зелёнке» бродят.</P> <P>Согласно кивнув головой, не проронив ни слова, Бай подхватил свою СВД, набросал в РД несколько гранат, сухпай, протянутый Индейцем, и двинулся по следам Филина в чащу.</P> <P>«…Значит, ты выжила после наших взрывов. – Сейчас Андрей превратился в настоящего ночного охотника, движимого единственной мыслью настичь добычу. – Вот теперь мы посмотрим, кто кого. Вы смеетесь и издеваетесь над армией? Бойся! Я тебе покажу настоящую армию!»</P> <P>Бай шёл за своим командиром, понимая причину, толкнувшую Филина на этот безумный одиночный рейд. Да и не рейд это был – поиск. После того, как остатки «Совы» покинули плато над Мадагизом, после ночного двенадцатичасового марша, Мулла подозвал Бая к себе и показал свежий след. След 37 размера! Он тогда шепнул Алишеру, что они несколько дней после боя на дороге шли именно по этому следу к базе Муссы. А ещё он сказал, что Филин тоже видел этот след, изучил внимательно, но никому не сказал ни слова. А ещё через два часа, оставив группу на Медведя, ушел в «зелёнку». Бай шёл за Филином и понимал, что сейчас он идёт не за человеком. Наверное, глупо, но Алишеру показалось, что он ученый, который отслеживает поведение молодого, крепкого, полного сил, но раненного тигра. Он наблюдал за Андреем в свой бинокль и даже видел, как у того раздуваются ноздри, толи от холодной ярости, а может, он нюхал воздух. Он видел, как тот слушает чащу, как осматривает следы, как внимательно рассматривает, разглядывает то место, куда хочет поставить ногу. И Баю приходилось прикладывать всё свое природное умение и нажитый опыт, чтобы не выдавать своего присутствия. Он шёл не за зелёным салагой, и даже не за человеком. Сейчас он шел за опытным хищником, ещё более страшным в том, что его вела месть.</P> <P>«…Я все равно найду тебя, «кукушечка». Найду! А потом ты будешь умирать долго и мучительно. Я заставлю тебя умереть двадцать шесть раз – по разу за каждого из моих «совят», оставшихся там, на плато! И я не буду торопиться! Клянусь, я именно так и сделаю! Или ты сделаешь меня. Но это вряд ли».</P> <P>Андрей упорно шёл и шёл по следу, полностью отключившись от таких мелочей, как безумная, валившая с ног усталость и голод. Месть и сжигающая душу ярость душили его и гнали вперед.</P> <P>Андрей видел по следам, что отстает от снайперши на сутки, но это было в самом начале, когда он оставлял группу. Теперь же с каждым новым днем он понимал, что нагоняет. Упорно и неотвратимо. Правда, он тоже спал. Ночами, по два-три часа, понимая, что уставшему не стоит брать в руки свою верную СВД. Но он её нагонял. К вечеру 7 сентября Андрей понял по состоянию следа, что он на финишной прямой. Примятая трава ещё не поднялась, а это означало, что здесь прошли час, максимум полтора назад. Прошла его добыча.</P> <P>«…Ну вот, сладкая моя, ты где-то здесь, рядом. И опять идёшь к дороге. Значит, ночью будешь отдыхать, что бы на завтра рука не дрожала и глаз не слезился. Давай! Спать ложись, моя девочка! Баю-бай».</P> <P>«…Молодец, командир! Ай, какой молодец! – вертелись мысли в голове Бая. – Даже у меня не хватило бы, наверное, терпения неделю идти по следу! Потом Абдулло расскажу – не поверит Мулла! А кто поверил бы? А Филин?! Идет, словно железный, не спит толком, не ест ничего. Щеки вон ввалились, под глазами круги – страшный совсем стал. Не завидую я тем, кого Андрей наш за личного врага посчитал! Но он её уже почти нашёл. Скорее бы всё это закончилось!»</P> <P>… Около 23.30 он её увидел. Забравшись подальше в чащу «зелёнки», хотя куда уж дальше, девушка-снайпер развела крохотный костерок в стиле спецназа, выкопав для начала ямку, затем обложив небольшими камнями. Такой костерок можно увидеть практически только сверху. «Кукушка» не боялась, Андрей нашел уже шесть точно таких же костерков, хотя и тщательно замаскированных, да и что ей было бояться вдалеке от дорог и аулов, высоко в горах. Но Филин её нашел. Правда, костёр он сначала не увидел, а почувствовал по запаху. Она готовила кофе! Андрей наблюдал за девушкой через оптический прицел с четырехсот метров, взобравшись на ветки огромной старой чинары, и ждал когда она ляжет спать.</P> <P><B>2.45.</B> «…Всё, спит красавица. Вот и отлично! Ты спи, а я иду к тебе в гости». Андрей стоял в двух метрах от девушки, опершись спиной о ствол дерева, сжимал до хруста в суставах свой верный НРС. Лезвие ножа тускло поблескивало в лунном свете, а «кукушка» спала.</P> <P>«Что ж тебя, сучка, толкнуло на такую работу? Деньги или ещё что, как ту змеюку, Ингу? – Филин смотрел на свернувшееся калачиком тело, на молодое, типично скандинавское, скуластое, но не грубое лицо, на губки, по-детски почмокивающие во сне. – Лет двадцать или чуток больше, а скольких пацанов уже положила? Сука!»</P> <P>Филин спрятал НРС в ножны и бесшумно скрылся в чаще.</P> <P>«Молодец, командир! Мужчина! Во сне убивать не захотел! Настоящий мужчина! Воин! Я тебя понял, Филин. Ты подождешь боя, ты хочешь доказать ей, этой гадюке, что со спецназом лучше не воевать. Опять дуэль? Ай, какой ты молодец, Андрюха! Всё верно – ты же не палач, а солдат! Давай. А я уж тебя прикрою, если что»</P> <P>8 сентября невдалеке от дороги три снайпера залегли в «лёжки». Правда, о том, что их трое знал только Бай. Филин наблюдал за приготовлениями «кукушки», а та, не подозревая, что уже обречена под двумя стволами спецназовских СВД, готовила свою засаду. Свою последнюю в жизни засаду.</P> <P>Она залегла в четырёхстах метрах от дороги на небольшом пригорке под раскидистым кустом.</P> <P>«Уверена в себе, сволота! – Филин был немного позади неё, сбоку. От дороги его отделяло около полукилометра. – С такого расстояния работать – нужно быть хорошим стрелком. Ну, ничего, мы это поправим».</P> <P>Андрей понимал, что, работая в одиночку, ей необходимо колонну остановить и заставить солдатиков выйти из машин. А как остановить колонну? Да очень просто! Положить несколько выстрелов в двигатель. И всё – отстреливай высыпавших из кузовов машин солдатиков, словно куропаток. Просто и сердито. Она именно так и поступила, когда появилась колонна. Четыре выстрела по капоту и «Урал», выпустив клубы пара из разбитого радиатора, остановился, перекрывая движение всей колонне. Сначала из кабины выскочил водитель и сидевший рядом с ним прапорщик, а через минуту из тентованных «Уралов» стали выпрыгивать солдаты и тут же, отбегая в сторону, расстегивать ширинки – обрадовались бойцы неплановой остановке.</P> <P>Филин наблюдал за девушкой и чётко уловил тот момент, когда, выбрав себе цель, она приготовилась к выстрелу.</P> <P>«Нет, дорогуша, хренушки тебе – отстрелялась! Теперь моя очередь».</P> <P>Он поймал в перекрестие прицела ботинок «кукушки» и выстрелил. Это, наверное, больно, когда снайперская пуля разбивает в осколки твою пятку. Девушка уткнулась лицом в приклад винтовки и застыла. Но это был сильный враг. Справившись с первым болевым шоком, она стала поворачивать ствол своей винтовки в сторону Филина. Она поняла, что теперь её главное дело – выжить.</P> <P>«Ну-ну красавица, не так резво!»</P> <P>Андрей выстрелил в кисть, сжимавшую винтовку, готовую нажать на спуск. Эта пуля разбила не только руку, но и механизмы СВД. Теперь ее можно было использовать только как дубину.</P> <P>«Ну, куда же ты, «кукушка»-душка? Подожди! Сейчас мальчишки, на которых ты охотилась, за тобой придут».</P> <P>Он выстрелил ещё раз, разрывая пулей второй ботинок в тот момент, когда девушка, развернувшись на здоровом левом боку, стала уползать в «зелёнку». На дороге уже разобрались в причине остановки «Урала» - пулевые отверстия спутать невозможно. И, не получив продолжения, командиры развернули солдат в цепь для прочесывания местности.</P> <P>Обезноженная, с единственной здоровой рукой, девушка понимала, что это, возможно, её последние минуты. Она смотрела в ту сторону, где была «лёжка» Филина и плакала. Плакала без всхлипов, молча. Она уже поняла, что приготовил ей этот невидимый снайпер. Она просто плакала и уползала.</P> <P>«Нет! Не жить тебе, мразь! Не отпущу! Пусть мальчишки посмотрят, кто их убивает».</P> <P>И Андрей выстрелил ещё раз, разбивая пулей ещё здоровую кисть левой руки. Всё! Теперь уже и она хотела умереть, но не могла. От таких ранений не умирают.</P> <P>А цепь солдатиков приближалась. Вот какой-то сержант наткнулся на разбитую винтовку «кукушки» и увидел на траве кровавые пятна. Подошедший к нему офицер, понял всё с полувзгляда. А ещё через минуту они нашли девушку. Кто-то из солдатиков со всего маху врезал ей носком сапога под рёбра, к нему присоединился ещё один, и ещё. Её били и втаптывали в траву минуты две, а потом подхватили под руки-ноги и потащили к колонне. Потом, бросив на дорогу, опять били, пока к этой беснующейся толпе не подошел майор, видимо, он-то и был командиром этой колонны.</P> <P>Девушку посадили на колесо подстреленного ей «Урала», майор о чём-то спросил её. На неё было страшно смотреть. Лицо превратилось под армейскими кирзачами в кровавую маску. Маскировочный комбинезон разорван в клочья. Только теперь Филин понял, что вызывало такую ярость солдат. Сквозь разорванные штанины виднелись окровавленные, дырявые белые колготки! Наверное, солдатики знали этот знак. Майор стоял над девушкой и что-то говорил, тыча пальцем в приклад её СВД, в то место, где она делала зарубки.</P> <P>Но «кукушка» горящим взглядом смотрела прямо на Андрея. А может, это ему казалось.</P> <P>Ей было страшно умирать. Страшно умирать именно так. И она взглядом молила о смерти, которую ей никто на дороге не подарил бы. И Филин сжалился. Он дрогнул сердцем, но не душой.</P> <P>«Ладно, сука! Пожалею тебя. Помни мою доброту, когда на тучке получишь жилплощадь!»</P> <P>Он положил свою последнюю пулю точно в центр лба, как будто поставил свой последний автограф.</P> <P>Солдатики дернулись, было, к своим автоматам, но властный жест майора их остановил. Он-то уже понял, что работал какой-то секретный спецназ.</P> <P>А Андрей всё смотрел и смотрел на эту девушку сквозь прицел.</P> <P>- Всё, командир, ты отомстил. – Тихо проговорил наушник.</P> <P>- Бай…</P> <P>- Я, Филин.</P> <P>- Ты здесь?</P> <P>- Я всё время был здесь – в горах один не ходит.</P> <P>- И не объявился?</P> <P>- Я тебя понял, командир, и не хотел мешать. Месть за братишек – это святое.</P> <P>- Спасибо, Бай.</P> <P>- Пойдём, Андрей. Идти далеко, а времени до встречи с Медведем не много.</P> <P>- Пошли, Алишер…</P> <P>Филин покинул свою «лёжку» и через три минуты в «зелёнке» его встретил Бай. Нужно было поторапливаться…</P> <P>(Продолжение следует)</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?45504'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=45504'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]