Стройблат : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/lopatin/index.shtml'>Юрий Лопатин</a></h1> <img id='mainimg' src="/files1/46471/1.jpg" width="145" height="113" alt="Стройблат"></a> <span class="date"><span>29 июня 2009 09:51</span></span> <h3><i>Автор:</i> Юрий Лопатин (г. Самара)</h3> <h2>Стройблат</h2> <P><B>(роман)</B></P> <P><STRONG>21.</STRONG></P> <P> </P> <P>Всю Украину раскрасил в цвета осени неподражаемый месяц жовтень; по лесам и паркам гуляло бабье лето – одаривало последним перед слякотью теплом, точно охрой мазала листья деревьев; не знающие южных широт птицы беспечно щебетали на ещё зелёных лужайках – до стужи так далеко…</P> <P>Усталые сёла, сбросив спуд заготовок, постепенно погружались в анабиоз. И только город, отягощённый сутолокой, жил по своим неписаным законам. В этот солнечный октябрьский день пятьдесят второго года всё было как всегда: толкотня на колхозных рынках, броуновское движение толпы на вокзале, давка в новеньких, только что собранных на ЛАЗе автобусах ЗиС-155. </P> <P>Так и не привыкший к городской суете, капитан милиции Катков по обыкновению возвращался домой пешком. Оставалось отмерить метровыми шагами один квартал, когда внимание Павла привлёк разговор на повышенных тонах, доносившийся из-за газетного киоска. Поступью Добрыни Никитича двинулся в гущу конфликта. Взору предстала знакомая, но всё реже встречающаяся картина: офицера обступила великовозрастная шпана. Четверо. Галдят, выделываются друг перед другом.</P> <P>- Зараз подывымось, що у нього у портфэли, - протянутая рука парня в пижонистой кепке подвигла военного на решительные действия. Выдернул из кобуры пистолет, сорвавшимся голосом закричал:</P> <P>- Буду стрелять!</P> <P>- А с запобижныка як знимэшь? - гоготнул стоявший немного сбоку хозяин улицы, понимая, что одной рукой снять оружие с предохранителя и загнать патрон в патронник офицеру не удастся. На бакланий нырок третьего налётчика к каблукам хромачей «москаля» мгновенно среагировал четвёртый – размашистым боковым ударом свалил военного; ноги несчастного взлетели выше головы, но пистолета и портфеля он из рук не выпустил.</P> <P>Отморозок в кепке прыгнул на пальцы офицера и сразу после его крика выдернул портфель. Пистолет грабители отбирать не стали. Видно, он их не интересовал. Или боялись вешать на себя более серьёзную уголовную статью. Сорвались с места, полетели к парковой зоне.</P> <P>Офицер вскочил на ноги. Помогая себе коленом, передёрнул затвор.</P> <P>- Не надо, браток. Я свой… - Катков, размахивая пистолетом, точно прессом давил сапожищами газонную траву; из глотки вырвалось устрашающее: - Стреляю на поражение!</P> <P>Трое грабителей уже скрылись из виду. Кепчатый подотстал: быстро бежать мешала ноша. Оглянулся на грозный окрик и от неожиданности открыл рот – милиционер прицеливался! Бросив портфель, парень в кепке закачался, как ванька-встанька, и во весь дух припустил к спасительным деревьям. Павел схватил поклажу офицера, но, заметив, что тот бежит следом, оставил её, кинулся за бандитом.</P> <P>Кепчатый теперь двигал ногами шустрее. Его тщедушная фигура уже мелькала среди деревьев. Нагнать – раз плюнуть, но что-то заставило Каткова остановиться. В обратную от погони сторону с подобранным портфелем трюхала жертва нападения. Милиционер мысленно выругался: «Мне кого ловить – бандитов или офицера?!» Развернулся и – за побитым беглецом. Этот портфель не бросит.</P> <P>- А ну стой! - заорал Катков, пробежав вторую стометровку.</P> <P>Офицер встал, как вкопанный. Медленно, с неохотцей повернулся к милиционеру. Вспышка в мозгу Павла чуть не взорвала память. «Я же его убил!» - молнией пронеслось в голове. Перед ним стоял тот, кого он взорвал, утопил и навсегда вычеркнул из своей жизни. </P> <P>Крепко сбитое тело, капитанские погоны на плечах со строительными эмблемами, два ордена Красной Звезды – как тогда; вспомнились эти колкие стальные глаза, прямой нос с выразительными, как бы готовящимися к взмаху крыльями. Губы вернувшегося с того света были припухлыми, в крови. Какие они у него? Так, вспомнить сорок пятый год…</P> <P>- Ну, здорово, беглец, - выдавил душившую его желчь Катков. - Ты как выжил-то?</P> <P>- В смысле?.. - прикинулся овечкой бандит. </P> <P>«И тембр голоса такой же», - отметил про себя Павел и непонимающе процедил:</P> <P>- Тебя же в клочья разнесло. Воскрес, что ли?</P> <P>- Я не понимаю, о чём речь.</P> <P>- Не понимаешь?! А Искитим?! А Емелич?</P> <P>- Какой Емелич, пим дырявый? - продолжал ломать комедию капитан.</P> <P>- Что в томской тайге! - вышел из себя милиционер. - Открой рот!</P> <P>- Зачем? - опешил офицер.</P> <P>- Я сказал – открой! - потребовал Катков. Военный подчинился, но раззявил хлебало не так, как хотелось Павлу. - Зубы покажи! Оттопырь губы! Слижи кровь с зубов!</P> <P>Капитан провёл кончиком языка по разбитым дёснам, состроив при этом гримасу страдателя. Катков не поверил своим глазам:</P> <P>- Где фикса?! У тебя была фикса!</P> <P>- У меня никогда не было коронок, - послал милиционера в словесный нокаут Александр Беленко. Так вот кто виноват в исчезновении Виктора… В клочья разнесло… Это он гнался за ними по огородам в Искитиме. Он что – убил брата? Где? Он что-то несёт про Емелич. Поганый мильтон! Ненависть кипящим вулканом клокотала внутри Александра. Влепить ему пулю в лоб. Прямо сейчас! Вместо этого вырвалось спасительное: - …и я никогда не был в томской тайге!</P> <P>Ресницы Каткова трепыхались, точно листья на ветру; в голове осиным роем кружились сомнения. Неужели это не он? Конечно, нет: у того была фикса. А если не было? Не померещилась ли она? Да нет же – два раза не могло показаться. Выглядит почти так же, как семь лет назад… С сорок пятого проходил капитаном! Мог – некоторые старлеями по восемь лет горбатятся в милиции. Нет, всё-таки не он. У того взгляд матёрого волка был. А этот…</P> <P>- У тебя брат есть? - находясь в растерянности, спросил Катков.</P> <P>- Две сестры, - хрипнул Александр Беленко.</P> <P>- И в Сибири не был? Ты так похож на одного моего знакомого, - последняя фраза прозвучала с металлом в голосе.</P> <P>- Я, кроме фронта, всю жизнь на Украине… Послухай, - вдруг перешёл на малороссийский капитан, - як гарно звучать ци слова: «Мэни трынадцатый мынало, я пас ягнята за сэлом. Чи то так сонэчко сияло, чи то так вэсэло було». </P> <P>«Свихнулся парень после удара, - подумал Павел. - Зачем он мне урок украинской литературы даёт?» Краткий экскурс в малопонятное языкознание насторожил милиционера:</P> <P>- Дай-ка я твои документы посмотрю.</P> <P>Капитан поставил портфель между ног, вынул удостоверение личности, протянул Каткову.</P> <P>- Беленко Александр Антонович, двадцать второго года рождения. Войсковая часть… Не здесь, что ли, служишь?</P> <P>- В Киеве, - опять соврал пострадавший, дуя на начинающие опухать пальцы.</P> <P>- Может, перелом? Пойдём, я тебя отведу в нашу поликлинику, - предложил Катков, возвращая удостоверение.</P> <P>- Да ладно, как-нибудь сам. Я…</P> <P>- Какого чёрта ты подрапал от меня, поджав хвост? - не дал договорить капитану Павел.</P> <P>- На поезд опаздываю. Не до разбирательств мне, - прозвучало вполне логичное объяснение.</P> <P>- Такой портфель поволок… - покачал головой Катков. - У тебя там кирпичи, что ли?</P> <P>- Я же инженер. Бумаг – не пожелаешь никому…</P> <P>- На поезд, значит, - милиционер ещё раз оценивающе посмотрел на портфель. </P> <P>Беленко поёжился и взял инициативу в свои руки:</P> <P>- Спасибо тебе. Как фамилия моего спасителя?</P> <P>- Катков.</P> <P>- А из какого отделения?</P> <P>- В областном управлении работаю.</P> <P>- Приеду – отблагодарю, - пообещал капитан, подхватил портфель и затрусил в сторону вокзала.</P> <P>- Надо же так опростоволоситься! - невольно вырвалось у Каткова.</P> <P> </P> <P>… На контрольно-пропускном пункте управления дюжий сержант перегородил дорогу Александру Беленко:</P> <P>- Вы к кому, товарищ капитан?</P> <P>- К командиру.</P> <P>- Сейчас позвоним. Как ваша фамилия?</P> <P>- Беленко. Не надо звонить. Я – брат командира, - Александр поставил на бетонный пол портфель, показал удостоверение.</P> <P>- Подождите немного, товарищ капитан, - сержант перекрыл крепким телом проход и приказал дневальному:</P> <P>- Звони. Капитан Беленко. К командиру.</P> <P>- Ну и порядочки у вас, - пробурчал Александр; ему становилось всё труднее держать себя в руках. Из-за перегородки донёсся голос дневального:</P> <P>- К товарищу полковнику. Капитан Беленко, его брат… Пропустить? - дневальный с простодушным рязанским лицом мешковато вывалился из комнаты. - Сказали заходить…</P> <P>- Пожалуйста, товарищ капитан. Вас ждут, - сержант отступил на шаг и приложил руку к фуражке.</P> <P>На первом этаже здания штаба у развёрнутого знамени части стоял часовой – в парадной форме, с автоматом АК-47 у груди. Оперативный – не знакомый Александру майор – отправил его по застеленной ковровой дорожкой лестнице наверх.</P> <P>В приёмной командира щеголеватый солдат с кобурой на правом боку нехотя привстал. Александр, не обращая на него внимания, толкнул дверь кабинета. Николай Антонович ловко выбрался из-за стола.</P> <P>- Здорово, Сашок. Как там, в Кишинёве?</P> <P>- Нормально. Это здесь к родному брату не пускают, - пожаловался Александр, освобождаясь от объятий полковника.</P> <P>- У нас – дисциплина как на секретном объекте. Знакомство с высокими людьми обязывает быть идеальными. Видел в приёмной бойца? Мой личный охранник. Не поверишь, подобрал через органы эмгэбэ.</P> <P>- А тебе нужно перед ними светиться? - в вопросе Александра чувствовалось непонимание, даже раздражительность. </P> <P>- Когда ты рядом с ними, не так опасно жить. Кто будет копать под требовательного полковника, которого все знают? - Николай Антонович победно улыбнулся. - Хорошо добрался?</P> <P>- Лучше некуда, - огрызнулся Александр. - Ничего не замечаешь?</P> <P>- Губы у тебя припухшие. Простуда?</P> <P>- Губы… - передразнил Александр. - Ты на руку посмотри!</P> <P>- Господи… Где тебя угораздило?</P> <P>- Портфель хотели отобрать. А там двести семьдесят тысяч…</P> <P>- Где напали?</P> <P>- На Первомайской. Если бы не милиционер, остались бы с носом.</P> <P>- Чисто ушёл? Без наводки на нас?</P> <P>- Сказал, что из Киева, на поезд опаздываю. Но милиционер-то пострашнее налётчиков оказался. Те убежали, а этот вцепился, как репей. Давай выспрашивать, документы проверять. С собой хотел забрать. Я еле, пим дырявый, отбрыкался.</P> <P>- Въедливый попался, - покачал головой полковник.</P> <P>- Ты ещё главного не знаешь, - от фразы брата дохнуло таинственностью.</P> <P>По телу Николая Антоновича даже пробежала дрожь.</P> <P>- Говори!</P> <P>- Этот мильтон перепутал меня с Виктором! И про стрельбу в Искитиме знает, и про томские места…</P> <P>- Ни хрена себе! - подпрыгнул на стуле полковник.</P> <P>- Помнишь, у Вити на переднем зубе коронка была? - продолжал Александр.</P> <P>- Ну.</P> <P>- Так вот, он искал её в моём разбитом рту. И ещё. Он проговорился, что Витю разорвало на куски…</P> <P>- Где? Когда?</P> <P>- Не знаю. Это он убил Витюшу. Точно он!</P> <P>- Ты спросил у него фамилию? - проскрежетал зубами старший Беленко.</P> <P>- Катков. Капитан. Работает в областном увэдэ.</P> <P>- Убить бы гада… - полковник мечтательно прищурился. - Хотя нет… Мы должны его допросить, узнать подробности.</P> <P>- Допросить? Да он такой громила, что один всё наше хозяйство в охапку сгребёт и показания выбьет. Кулачищи – с бычье сердце.</P> <P>- Верзила, значит… - Николай Антонович задумался; в его голове зрело решение. - Мы найдём Давида на этого Голиафа.</P> <P>- Какого ещё Давида? - не понял Александр.</P> <P>- Это я так… О своём, - будто в забытьи проговорил начальник УВС и дал брату напутствие: - В следующий раз звони. Пришлю машину. А то, что произошло сегодня, может, и к лучшему: возьмём в клещи легавого и узнаем о судьбе Вити. - Николай Антонович пристально посмотрел на руку Александра. - Ну-ка пошевели пальцами.</P> <P>- Больно, - поморщился брат.</P> <P>- Кисть опухает на глазах. Давай сюда портфель и срочно в медпункт! - скомандовал полковник. - Пока не подлечишься, будешь здесь. Филиал без тебя обойдётся.</P> <P> </P> <P><STRONG>22.</STRONG></P> <P> </P> <P>- Паша, ты – олух, - начальник отдела подполковник милиции Нестеров гнул правду-матку. - Ты его билет посмотрел?</P> <P>- Нет, - сконфуженно промямлил Катков.</P> <P>- Глупо. Надо было хватать за шкирку и тащить в управление.</P> <P>- Хотел, да смирённый он был. Подавленный, - оправдывался капитан, уже сожалея о рассказанном Игорю Петровичу. </P> <P>А начальник – импульсивный моложавый малый, ровесник Павла – продолжал учить подчинённого уму-разуму:</P> <P>- Все они прикидываются ангелами, когда их за жопу возьмёшь!</P> <P>- Да я у него все зубы пересчитал! - начал злиться Катков. - Удостоверение в порядке. Родился на Украине и к Сибири никакого отношения не имеет.</P> <P>- Откуда ты знаешь, был он там или не был? Сильно похож на него, говоришь? Не брат ли?</P> <P>Каткова словно током ударило. «Брат. Точно брат, - мощный импульс всколыхнул мозг. Он был вместе с тем, фиксатым».</P> <P>- Попадание в точку, Игорь Петрович, - порадовался проницательности подполковника Павел. - А я, дурья башка… Грубо обошёлся с ним, а потом так жалко стало. Думаю, что же я делаю с человеком… А насчёт брата у меня мысль была. Спросил в лоб. А он спокойно так: «Две сестры».</P> <P>- Да он с три короба мог наплести, лишь бы поскорее смыться.</P> <P>- Так и есть. Так и есть, - заладил Катков, нервно сжимая кулачищи. - Это точно один из тех бандюганов. Но как он мог здесь оказаться?</P> <P>- А ты как здесь очутился? - по-одесски ответил Нестеров. - У каждого где-то дела. Ты уголовников ловишь, они от тебя прячутся. Вот и пересеклись дорожки. Кто знает, может, этот твой «капитан» гастролёр? А работают они, как правило, не в одиночку. Ты, Паша, раскрылся перед этим офицером, как прихожанин церкви на исповеди. Боюсь, твоя жизнь под угрозой. Одному из дома и отдела – ни шагу!</P> <P> </P> <P>…Братья Беленко, старшина-сверхсрочник Домовец и спешно отозванный с рижского филиала УВС Фёдор Пустовойтов через стёкла «майбаха» сверлили глазами здание областного управления УВД. Личного охранника, подобранного органами МГБ, командир оставил в управлении – его глаза и уши здесь были не нужны.</P> <P>- Ещё неизвестно, пойдёт ли он на обед. У них там буфет есть, - Николай Антонович устало зевнул. - Можно было бы разузнать у милицейского начальства, кто такой этот Катков, да не хочется гнать волну. Разберёмся по-тихому.</P> <P>- Как его без шума взять-то? - волю Александра сковали сомнения.</P> <P>- Возьмём, - уверенно ответил полковник. - Ты мне его только покажи. Проследим путь до дома, а дальше – дело техники; крутнул массивной шеей, уставился на брата. - Тебе бы, Саша, обличье чуть изменить, чтобы не бросаться в глаза этому мильтону, если рядом окажешься. Усы, что ли, завести…</P> <P>- И покрасить, - скалясь, посоветовал Пустовойтов.</P> <P>- А это я куда дену? - Александр продемонстрировал загипсованные пальцы.</P> <P>- Перчатку натяни, - опять хихикнул Пустовойтов.</P> <P>- Давай без шуток, - осерчал Александр. - Разберёмся с этой дубиной стоеросовой – займусь тварями, которые на меня напали. Я их из-под земли достану.</P> <P>- Найдём и тех, - подтвердил Николай Антонович. - Счастье, что деньги удалось спасти. Хоть объявляй ментяре благодарность.</P> <P>- Его не хвалить, а валить нужно, - прохрипел Александр.</P> <P>- Да, пожалуй, поощрять мы будем тебя, - согласился старший брат. - Я уже год, как полковник, а ты всё в капитанах ходишь. Присвоим майора. Завтра же.</P> <P>- Николай Антонович, а у меня ведь тоже маленькие звёздочки… - намекнул Пустовойтов.</P> <P>- Ты, Федя, сколько из своего филиала денег привёз?</P> <P>- Сто девяносто три тысячи пятьсот сорок рублей, - не моргнув глазом, ответил Пустовойтов.</P> <P>- А Саша – почти на семьдесят семь больше.</P> <P>- Мы выкладываемся – дай бог каждому. Заказчиков ловим, как лисы зайцев.</P> <P>- Только зайцы у вас больно проворные, - уколол полковник. - Не по вашим зубам. А ведь в Прибалтике столько возможностей. Шевелиться надо. Ты, Федя, и за полгода двести тысяч прибыли не набираешь, а мы с Шульманом только по фиктивным чекам Сбербанка за четыре года сделали больше двадцати двух миллионов.</P> <P>- Куда мне с вами тягаться, - заулыбался Пустовойтов, понимая, что только комплиментом можно сменить гнев командира на милость. - У вас такие возможности. Да и вообще вы – талант, каких не сыщешь.</P> <P>- Не лебези, - усмехнулся Николай Антонович. - Способности есть у каждого. Их только нужно развить. Ты ведь, Федя, не глупый, - смягчаясь всё больше, продолжил полковник. - В Польше во время войны сколько пользы принёс…</P> <P>- Я и сейчас стараюсь. </P> <P>- Во всяком случае, саботажа с твоей стороны не наблюдается, - командир УВС кашлянул. - Стараешься, значит. Ладно, получишь майора. К седьмому ноября. А может, и раньше. Вот сделаем общее дело, и дырку коли под звезду!</P> <P>Стихотворные пассы шефа родили надежду и у Константина Домовца.</P> <P>- Николай Антонович, а я-то в старшинах давненько… И мне бы офицерское звание…</P> <P>- Я пока не военный министр, - полковника душил смех. - Это он может себе позволить иметь в шофёрах офицера. А впрочем, почему бы и нет? Сделаем. Для куража! Мы ни от какого министра не зависим.</P> <P>- Спасибо, Николай Антонович! - Домовец, точно ребёнок, забравшийся в кабину офицерской полуторки, закрутил баранку – вправо – влево, вправо – влево. Для полноты картины недоставало только утробных звуков «ву-у-у-у» и слюней, разбрызгиваемых на лобовое стекло.</P> <P>- Не сломай руль! - прикрикнул полковник и в миг подобрел. - Ценю тебя, Костя, за верность. Ты ведь со мной с сорок первого. И как я не додумался сделать тебя офицером? Это ведь просто шик: шофёр командира части – лейтенант, а потом, глядишь, и капитан, - Николай Антонович мечтательно закатил глаза. </P> <P>Ему уже виделась украшенная флагами площадь у обкома партии. Он в чёрном ЗИСе без верха (наверное, это даже престижнее добытого в Германии «майбаха») катит вдоль клумбы по бетонным плитам. Бликуют золотом его генеральские погоны. Водитель-капитан притормаживает у самых ступеней, подскакивает к правой стороне машины, распахивает дверь. Генерал-майор важно выходит из автокупе и не спеша, словно прогуливаясь по Стрыйскому парку, перебирает ногами.</P> <P>Торопящиеся начальники жмут руку, не забывая поласкать слух генерала его именем и отчеством. На входе у него не требуют пропуск. Он направляется в приёмную, где в ожидании рандеву с первым секретарём обкома толкутся чиновники всех рангов и мастей. Ему ждать некогда. Без стука отворяет обитую кожей дверь и сразу попадает в объятия главного. </P> <P>Взаимные поздравления с праздником. Похвала от первого секретаря за производственные успехи, а потом – вопрос: «Что же ты, Николай Антонович, в партию не вступаешь? У вас ведь ни одного коммуниста. Единственное учреждение, где нет парторганизации». «Зато у нас комсомольская есть, - улыбается командир УВС. - А план мы перевыполняем почище, чем там, где партийная». «Что верно, то верно», - соглашается хозяин области.</P> <P>Или с его губ слетает другое? Например: «Спасибо тебе, Николай Антонович, за твой ударный труд, за то, что держишь марку!» «Может, и самом деле в партию вступить? - глядя сквозь стёкла «майбаха», полковник Беленко вспомнил, что эта мысль посещает его не впервые, и вновь отогнал её, как назойливую муху. - Нет, от коммунистов лучше держаться подальше. Рекомендация, биография, кандидатский стаж. Накопают чего-нибудь – не обрадуешься. Или рискнуть?» - внутренняя борьба между «за» и «против» уже начала надоедать основателю фальшивой строительной части. Он сконцентрировался на первостепенном:</P> <P>- Ну где этот мильтон? Уже без пяти три, а он и носа не кажет.</P> <P>- На работе пожрал, наверно, - предположил Александр. - А у нас в животах революция.</P> <P>- Поехали в пирожковую, - распорядился командир. - Перекусим, проведём в части короткое совещание и – опять сюда. </P> <P>Минут через сорок в просторном кабинете полковника Беленко собрались его приближённые офицеры. Шульман, Медниченко, Пустовойтов и готовящийся назавтра стать майором брат Николая Антоновича. Не любивший длинных речей руководитель сразу обозначил тему разговора:</P> <P>- С производственными показателями у нас пока неплохо. Есть что доложить к седьмому ноября. Прибыль имеется. Меня беспокоит заём. С ним не всё гладко. Чтобы нас не склоняли на каждом углу, нужно подсуетиться. Пустовойтов, доложи, на сколько подписались твои бойцы и вольнонаёмные.</P> <P>- Перед тем, как уехать, тысяч на восемь было.</P> <P>- Мало, - недовольно крякнул командир. - У тебя, Саша, как?</P> <P>- Почти до десяти догнали.</P> <P>- Тоже не очень. Леонид Макарович… - Беленко поднял глаза на Медниченко. </P> <P>Голос старого майора заскрипел несмазанной телегой:</P> <P>- Посмотреть бы надо. Наверно, поменьше, чем у них будет.</P> <P>- Вообще никуда не годится! - вспылил полковник. - И это под боком у управления! Юлий Абрамович, возьми всё под свой контроль. Обзвони филиалы, в том числе Сашин и Пустовойтова. Нашим, проверенным людям, поставить задачу – провести эту работу неформально, а именно – собрать с личного состава деньги, накупить на чёрном рынке этих чёртовых бумажек и распространить!</P> <P>- Я понял, понял, - закивал Шульман, стараясь поскорее разрядить обстановку.</P> <P>- Шутить с заёмной компанией не следует. Надеюсь, все меня поняли? - Беленко обвёл подчинённых холодным взглядом; линзы, казалось, добавляли в его взор льда. Подавленные офицеры молчали. - Тогда по коням!</P> <P> </P> <P>…В восьмом часу вечера Николаю Антоновичу надоело сидеть в машине. Вышел размять затёкшие ноги. Не успел сделать и пяти шагов, как раздался шипящий, почти змеиный звук, вылетевший из многострадального рта Александра:</P> <P>- Ш-ш-штоб он сдох! Коля-а-а! Вот он!</P> <P>Полковник резко крутнул головой. Из здания УВД выходили милиционеры. Один из них – на полголовы, а то и на голову выше других – выразительно жестикулировал огромными ручищами. «Горилла», - Беленко с ходу дал кличку объекту охоты. Долговязый что-то упорно доказывал обступившим его сослуживцам. Низкорослый милиционер требовательно вскинул руку в сторону машины, к которой длинный и ещё двое, в конце концов, и отправились.</P> <P>Беленко рванулся к двери «майбаха»:</P> <P>- Давай, за ними!</P> <P>Домовец резким нажатием на педаль хлестнул сто восемьдесят лошадей движка; через минуту преследователи уже сидели на хвосте милицейской машины.</P> <P>- Отстань на сотню метров, - дал указание шофёру Беленко. - Не дразни зверя. Для нас сейчас главное их маршрут.</P> <P>После недолгих петляний по узким, где асфальтовым, а где вымощенным булыжником, улочкам автомобиль УВД остановился у пятиэтажного кирпичного дома. «Майбах» боязливо ткнулся в кустарник рядом с подъездом соседнего строения-близнеца. Из «газончика» вышли те же трое. Озираясь по сторонам, направились к крайнему подъезду.</P> <P>- П...ц, приехали, - загоревал Николай Антонович. - Они к нему охрану приставили. Как его теперь выцепить?</P> <P>- Перестрелять всех, да и дело с концом, - ляпнул Пустовойтов.</P> <P>- Сдурел, что ли? - возмутился полковник. Как мы тогда узнаем, что он утворил с Витей?</P> <P>- …А его подстрелить, - уточнил Фёдор. - С полуживым легче разговаривать.</P> <P>- Никаких смертоубийств, - отрезал полковник. - Сейчас не военное время. На боевые потери никто никого не спишет. Завтра же мне – предложения. Постоянная, аккуратная слежка. Без меня. Моё честное имя не должно быть запятнано. </P> <P>(Продолжение следует)</P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?46471'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=46471'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]