14 декабря 2009 08:44
Автор: Владислав Стрегло (г. Сургут)
Жажда (рассказ)
После каждой остановки сжатие усиливалось. Сила его, по моему мнению, приближалось к силе сжатия полярных льдов. Только вместо освежающе-прохладных льдин меня сдавливали раскаленные тела, таких же, как я, пассажиров рейсового автобуса. Все мои желания замкнулись на стакане прохладной газировки, и когда на очередной остановке увидел автоматы с газированной водой, - я ртутью просочился между телами наружу и бросился к спасительным родникам, на ходу доставая мелочь. Выстроенные, как отделение вымуштрованных солдат, приветливым урчанием встретили меня они. Монеты нужного достоинства у меня не оказалось. Я обратился в киоск «Союзпечать»:
- Разменяйте, пожалуйста.
- Не меняем! – отрезала миловидная хозяйка медных сокровищ.
- Я вас умоляю!
- А я вам русским языком говорю: «не меняем»! Читайте! – её пальчик указал на приклеенную к стеклу писульку.
«Киоск монеты не разменивает» - прочел я.
- Да, но вы же не киоск! Вы – человек!
Окошко закрылось стеклянной задвижкой. Я понял, что она скорее дождется моего обморока, чем нарушит ею же придуманный запрет.
- Пирожки горячие с мясом! – раздалось рядом.
- Дайте пирожок, - попросил я, подавая двугривенный.
Продавец, превосходный типаж для рекламного фильма о вреде мучного, дала мне горячий как уголь, пирожок, который я тут же, ожегшись, уронил, и гривенник на сдачу.
- Мне, пожалуйста, медью. Я пить хочу.
- Меди нет. Видишь? – пододвинула она тарелку с серебром.
«Тоня» - прочел я корявую татуировку на тыльной стороне кисти.
- Послушайте, Тонечка…
- Пирожки горячие с мясом!
Я не в силах был оторваться от этого оазиса, превратившегося вдруг в мираж.
- В конце квартала за углом стоит бочка с квасом. Пойди – там напейся, - вошла в моё положение Тоня. Мне показалось, что она посылает меня значительно дальше.
Неожиданно мне бросилось в глаза поразительное сходство Тони с автоматами: та же угловатость форм, та же неприступность. Только мир автоматы рассматривали одним, как у циклопа, глазом.
-Ну, что ты будешь делать?! Вторую монету бросаю, и ни капли воды, - услышал за спиной.
Я оглянулся и встретился с растерянной улыбкой пожилой женщины.
- Как – ни капли?! Ты что же делаешь, ворюга?! – сам не зная почему, набросился я на автомат. Он продолжал монотонно урчать и, словно демонстрируя презрение, нагло хлюпал внутри себя водой. Этого я уже стерпеть не мог и, развернувшись, нанес ему удар под «ложечку». Внутри автомата что-то квакнуло, глаз отчаянно замигал, и из крана хлынула пенистая струя воды. Напившись, женщина поблагодарила меня и ушла. Я помыл стакан и поставил его под кран.
-Лей! – приказал я аппарату, уверенный в его повиновении. Он перестал мурлыкать. Его глаз недоуменно замигал.
-Брось дурака валять! Думаешь, я поверил, что это единственная похищенная тобой монета? Шутишь!
Я трахнул кулаком по монетоприемнику. В стакан хлынула вода и раздался монетный звон. Я заглянул в ячейку возврата монет – она была полна.
- Сукин ты сын! И где ты только этому научился?! Тринадцать человек обобрал, - корил я его, пересчитав монеты. – Ну-ка, наливай ещё, подлец!
Но автомат молчал, скосив померкший глаз в сторону соседа. Я понял его. Соседний аппарат встретил меня напряжённым, подобострастным гудением. Весь вид его говорил: «Рад стараться!». И едва я поставил стакан, как из крана ударила густая струя сиропа.
- Стой! Ты что творишь?!
Струя прекратилась. Аппарат удивленно смотрел на меня. Даже гудеть перестал.
- Что смотришь? По себе судишь? Лей чистую!
Из крана непрерывным потоком полилась вода.
-Хватит, подхалим несчастный! – рявкнул я, выпив три стакана воды и почувствовав утоление жажды.
- Деньги! – бесцеремонно приказал я, поставив стакан в мойку.
Внутри автомата что-то жалобно захныкало, но я был неумолим.
-Деньги, паразит!
В ячейку посыпались монеты. Я едва успевал выгребать.
- Ну, жульё! Ну, канальи! – моему возмущению не было предела. – Кого вы грабите? Жаждущих людей! Людей вас создавших, и вложивших в вас свою душу!
Аппарат обалдело пялил на меня свой глаз, явно не понимая о чем я ему толкую. Тогда я поднес к его глазу кулак. Его вдруг так затрясло, что я благоразумно перешел к следующему аппарату. Он встретил меня спокойным гудением.
-Деньги! – совсем уже нагло потребовал я.
Глаз равнодушно смотрел сквозь меня.
- Ишь ты! Никак честный сыскался? А вот мы сейчас посмотрим!
- Не бейте его! – неожиданно заступилась продавщица из «Союзпечати», высунувшись из окошка. – Он не виноват! В него хотели запихнуть шайбу, и она застряла. Он уже три дня не работает!
В щели монетоприёмника действительно торчала шайба.
Последний, четвертый аппарат «раскололся» едва я сделал к нему шаг. Я быстро очистил его, обозвав при этом «прохвостом», и повернулся, чтобы идти на автобусную остановку. И тут я встретился взглядом с Тоней. В её взгляде метался ужас.
- Деньги! – уже по инерции скомандовал я.
- Пирожочек уронили…. Вот я вам…. Свеженький…. – заблеяла она.
- Ну! – топнул я ногой.
Тоня громко икнула, и вдруг на асфальт из неведомого тайника посыпалась, звеня, мелочь.
- Вот так! – подытожил я. – И чтобы впредь…
- Поняла… Боже упаси… Я завсегда!
- Как вы, жулики, мне надоели! – выдал я им на прощание.
…Удобно расположившись у окна автобуса, продолжил я свой маршрут. Карман брюк оттягивала добыча – три рубля как одна копеечка. Мне пришла мысль проверить другие автоматы – с какой стати им быть честнее этих?
- Ваш талон, гражданин? – перед моими глазами возник жетон контролера.
- Видите ли….
- Вижу! Талон есть?
- Понимаете ли…
- Понимаю! Платите, гражданин, штраф три рубля. Если бы вы, «зайцы», знали, как вы нам надоели! – с чувством, на весь автобус, выпалила она, давая понять, что мы имеем дело с исключительно честным человеком.
•
Отправить свой коментарий к материалу »
•
Версия для печати »
[an error occurred while processing this directive]