Человек из Воскресенки : [an error occurred while processing this directive] <div id=page> <h1><a href='/litera/prose/index.shtml'>Проза</a> » <a href='/litera/prose/24776/index.shtml'>Вадим Карасев</a></h1> <img id='mainimg' src="/files1/55508/145.jpg" width="145" height="113" alt="Человек из Воскресенки"></a> <span class="date"><span>10 февраля 2010 10:03</span></span> <h3><i>Автор:</i> Вадим Карасёв (г. Самара)</h3> <h2>Человек из Воскресенки</h2> <P>Чудным образом расположен в Воскресенке храм. Сам невысок, и земля вокруг - буграми, а по какой из трех дорог ни приближаешься к селу - храм видно издалека. Так что расспрашивать дорогу к нему мне не пришлось. Около храма сновали строители, храм был на реставрации.</P> <P>Я вошел. Храм был пуст и светел. Стены еще не были расписаны. Висело лишь несколько икон. Прямо на меня, нахмурившись, смотрел рукописный Никола Чудотворец. Не найдя в храме отца Алексия, я вышел. Возле сторожки сидел на скамеечке старик-сторож и курил "козью ножку". Я поприветствовал его и спросил:</P> <P>- А что, дедушка, где же отец Алексий?</P> <P>Старик неторопливо и с удовольствием затянулся, выдохнул вонючий дым и произнес:</P> <P>- А в городе.</P> <P>Я сел рядом. Помолчали.</P> <P>- Что же, отец, тут раньше было? - наконец, спросил я.</P> <P>- В церкви-то? Свинарник. Первое время бабы, кто постарше, перед тем, как к свиньям зайти, перекрестятся на купол да покланяются. Вот она, привычка. Смешно...</P> <P>Старик плюнул на обрубок "козьей ножки" и бросил его себе под ноги.</P> <P>- А правда ли, что при церкви какие-то пришлые люди живут и строителям помогают?</P> <P>- Раньше трое было. Да один пришел после тюрьмы. Тяжелый парень. И наскрозь больной. Поработал чуток и говорит: "Нет, больше не могу". И ушел. А из другого помощник хреноватый. Пьет, как зюзя. А напившись, валяется где ни попадя. А вот третий, Женька, - человек. Он у меня в сторожке живет. Хочешь - зайди, посиди с ним. Отец Алексий все равно не скоро будет. </P> <P>Делать было нечего, я зашел. Комната напоминала помещение строительного вагончика. Только на стенах вместо кинозвезд и обнаженных девиц - лики святых и церковные календари.</P> <P>На кровати - хмурый мужичок лет сорока. Рядом, прямо на подушке без наволочки, свернулся калачиком белый кот.</P> <P>- Вы из города?- спросил мужичок.</P> <P>- Из города.</P> <P>- Я тоже.</P> <P>Хмурый Женька вовсе не был удивлен моим вторжением. И даже оказался гостеприимным хозяином. Пригласил сесть за стол и поставил на электроплиту чайник, обещая напоить зеленым чаем с пряниками. А хмурость его объяснилась тем, что Женька, по его словам, страдает бессонницей и не спит порою по двое суток. Cейчас, правда, после двух таблеток снотворного, соснул пару часов, но голова все равно тяжелая.</P> <P>Я сидел за столом из некрашеных досок, поглядывая то на Женьку, сидевшего рядом в своей оборванной душегрейке, то на журнальную иллюстрацию на стене с изображением неизвестного мне старца в каком-то неведомом скиту, то на пейзаж за окном с голыми деревьями и печальными воронами, и предчувствовал, что узнаю сейчас об одной из тех странных игр, что играет порою судьба с русским человеком.</P> <P>Я не ошибся. Женьке хотелось поговорить.</P> <P>- Бессонница - это еще что. Два года назад я был вынужден каждую ночь вызывать "скорую", чтобы мне сделали укол, когда у меня возникали приступы бронхиальной астмы. Вы знаете, что это такое - бронхиальная астма? Это если бы рыбу вытащили из воды и положили на берег. Все время не хватает воздуха.</P> <P>Женька поставил на стол стаканы и налил кипятку, разбавив его слабенькой заваркой. Подвинул один стакан ко мне.</P> <P>- Я понял такую вещь. Господь Бог дает каждому человеку две-три ситуации, в которых предупреждает об опасности. Если до человека не доходит, тогда Господь Бог показывает во сне. Если же человек и тогда не понимает, что его ожидает, Господь Бог наказывает его болезнью. И через это страдание человек должен обратиться к Богу. Если же не обращается, значит, он еще не так сильно болеет и страдает. А я страдал очень сильно. </P> <P>Началось это давно. Я вернулся домой после армии. А служил в Афгане. Об этом я не буду, не хочу. Переписывался с Маринкой, невестой моей. И мечтал, что вернусь домой, и заживем мы с ней душа в душу. Вернулся весной, все хорошо, работаю водителем, с Маринкой встречаюсь. Свадьбу на осень наметили. Но тут беда. Через месяц - то ли от стрессов армейских, то ли господь Бог за что-то наказал, но повернулся у меня через месяц разум. Отвезли меня в больницу и дали диагноз: психоз. Не поверите, до того доходило, что брал палочку, садился на нее и катался как Василий Иваныч на Сивке-Бурке. Как-то отпустили меня на выходные домой - помыться, то-се. Прихожу к Маринке. А она мне: замуж, говорит, я за тебя не пойду. И так воздействовали на меня ее слова, что стал я тише, тише и со временем вошел потихоньку в свой разум. Через какое-то время поженились мы и уехали, по ее настоянию, в Узбекистан, на строительство газопровода. А потом Туркмения, Тюмень, Украина. Ох и поездили мы по стране... И приобрели в этой походной жизни двоих детей - девочку и мальчика. Болезнь, казалось, прошла, и мы вернулись в свой город. Деньжонок подзаработали, и все было прекрасно, и в квартире все сверкало, чешский хрусталь, сервиз. А я шоферю по-прежнему и, признаться, озорую помаленьку. Гуляю то есть от жены. Такой уж у меня обычай появился. Как выпью беленькой, на приключения тянет. Потому как в скором времени скучно мне стало в квартире. Были у меня "левые" заработки. Поначалу все жене отдавал, а потом решил часть себе оставлять. Насобирал так тысячу рублей, теми еще деньгами. Двести в карты проиграл. А остальные положил на книжку. Через какое-то время приходит ко мне опять астма. Зверюга. А на почве этой астмы - опять временные помутнения разума и психоз. Тут уж не до гульбы. Я мучаюсь, жена со мной мучается. Перешел на работу полегче - слесарем по сантехнике. Но мучаюсь по-прежнему с этой удушливой зверюгой. Врач говорит: вылечишь астму - в нормальный разум войдешь. Что я только не делал, чтобы вылечиться! Я записался в библиотеку и стал читать медицинскую литературу. Выполняю всякие рекомендации, глотаю таблетки - не помогает. Гантели поднимаю, бегаю по утрам - не помогает.</P> <P>Пришел я как-то к бабуле по заявке. У нее сливной бачок засорился. Попросил спицу. Открыла она комод, и увидел я там образ Христа Спасителя. Не знаю, что со мной случилось, но только дико захотелось мне, чтобы образ тот был со мной. "Продай, бабуль", - говорю. "Что ты, сам не можешь в церкви купить?" "Я этот хочу, продай". Ну и уступила она мне его за четыре рубля, я отдал ей пять.</P> <P>И отсюда пошли тяжелые дороги познания религии. Мой мозг стал впитывать Евангелие, и я увидел там свет. Что было непонятно - пропускал. Находил точку, где было понятно, и от нее шел дальше.</P> <P>Как-то заглянул я в свой воинский билет и обратил внимание, что день моей присяги - День Рождества Христова. И я вдруг понял: раз нет Советского Союза, которому я присягал, то служить я должен господу Богу.</P> <P>В семье меня не понимали. Как-то дочка, ей было восемь лет, сказала мне с вызовом: "А я не верю в Бога". Я с разворота ударил ее по щеке. Она не заплакала. Я поставил ее в угол и сказал: "Будешь стоять до тех пор, пока не попросишь прощения у святой Девы Марии". Но она так и не попросила прощения и стояла, пока не потеряла сознание.</P> <P>Я видел, что и жену тоже воротит от моей веры. Однажды она меня привела к психиатру и сказала: "Он стал фанатиком, заставляет детей читать молитвы". Психиатр улыбнулся: "Ничего в этом страшного нет. Я сам, - говорит, - коммунист, но хожу в церковь и хочу понять, что это такое. Может, - говорит, - у него какая связь с космосом есть". Так и ушли ни с чем.</P> <P>А мне все хуже. Однажды мне показалось, что не сегодня-завтра я сыграю в ящик. И тогда я достал припрятанную сберкнижку и отдал жене. На нее это почему-то оказало поразительное воздействие - не то, что я отдал сберкнижку, а что припрятывал деньги. Она вскипела, мы поругались, и это было уже в последний раз, потому что она подала на развод. Я ей был не нужен.</P> <P>Мы разменяли квартиру. Страхи продолжали давить меня. У меня были тяжелые сны. За мной гнались собаки, иногда они становились моджахедами или фашистами. Но однажды мне приснилась молитва.</P> <P>- Как же молитва может присниться? </P> <P>- Может. Я видел почерк, я видел строчки. "Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне настоящий день, дай мне всецело предаться воле твоей святой..." Я сдал квартиру, и вот я здесь. Выполняю всякую посильную работу - таскаю воду, доски, кирпичи, мою полы. Я знаю, что нужен здесь. Потому что работаю не за деньги, а для Бога и для исцеления больной моей души. И болезни постепенно отошли от меня, сами отошли. Будь моя воля, я бы закрыл психушки и расселил больных по монастырям и таким вот сторожкам. Я проживу здесь хотя бы год и тогда очищусь от всякой дряни окончательно...</P> <P>Мы допили чай и вышли на свежий воздух. Женька с жадностью вдохнул его и в первый раз улыбнулся.</P> <P>Небо было серым. Возле церкви паслись две козы. А неподалеку стоял на четвереньках человек в заляпанной грязью болоньей куртке и что-то то ли пел, то ли мычал. Я понял, что это и был второй пришлый человек. Рядом стоял старик-сторож и отчитывал его нехорошими словами.</P> <P>- Вот так ночью не спишь, - сказал Женька, - выйдешь на воздух: церковь белеет, и больше ничего не видно в черноте. И возникает странное чувство. Кажется, что в эту минуту слетаются ко мне ангелы мои хранители. И что-то шепчут мне, напевают. А что - не разберу никак.</P> <P>Что-то печальное пророчили вороны на голом дереве. Мне было грустно. И развеет ли эту грусть приход отца Алексия, я не знал. </P> <P> </P> <P> </P> <br> • <a href='/litera/article17272.shtml?55508'>Отправить свой коментарий к материалу »</a><br> <br> • <a href='/meh/print.php?id=55508'>Версия для печати »</a><br><br> [an error occurred while processing this directive] </div> <div class='ender'> </div> [an error occurred while processing this directive]