15 февраля 2010 08:04
Автор: Владимир Патрикеев, участник войны в Афганистане (г. Шуя Ивановской области)
Два друга
(Из цикла рассказов «Афганский перевал»).
Ночь не спеша освобождала себя от остатка темно-зеленой, плотной чадры. Но она еще смотрела на землю ясными глазами звезд, сдерживая тусклое мерцание афганской зари над зубчатым росчерком гор. Стояла предутренняя тишина, нарушаемая редкими щелчками цикад.
В сумбурном сне Лехи перемежались лицо знакомой девушки с милой улыбкой и руины опаленных кишлаков, крики неведомо куда бегущих плачущих детей. То жуть, то прелесть, но покалеченное войной сознание принимало все…
Он понимал, что это сон, но его сложно было отличить от реальности. То ромашковый луг, приукрашенный редкими васильками, то синий лес… Он ужасно скучал по этой красоте. А сон наплывал. Вот он идет по зеленому лугу, где-то поблизости пасется корова. Прилег на траву, мягко, задремал, и вдруг сквозь ресницы видит морду коровы. Она ему жестко тычет рогом в бок и протяжно произносит: «Вста-вай, Леха». Он потер руками лицо, приоткрыл глаза. Уже совсем рассвело. Солнце вот-вот вынырнет из каменного мешка и ослепит колючими лучами все окружающее. А рядом – не корова, а друг Геныч.
- А чо, Геныч, ты давно поднялся-то?
- Лех, ты храпел шипче паровоза, духи в кишлаке передернулись.
- А то. Щас пойдем туда, еще передернутся. Геныч, салфетку дай, морду утереть, веки не могу толком открыть от вчерашней пылищи.
- Во, блин, духота, солнце только взошло. Лучше бы опять в горы. Я согласен без мяса на сухпайке протянуть.
Геныч подал Лехе две влажные салфетки. Разведчики после трех дней лазанья по горам и стычек с «духами» изрядно устали, а тут еще поступил приказ прочесать кишлак, мол, там, возможно, банда. Вот и сейчас они находились вблизи кишлачной зоны. Чувствовался накаленный запах кишлака. Командир роты сообщил, что на проческу рота пойдет в любом случае, есть там банда или нет.
- Геныч, вот и огнеметы подошли, щас как дунут по кишлаку, и нам нечего делать будет, - пошутил Леха.
- Дунут, только из како-о-ва места, - улыбчиво протянул Геныч.
- Да изо всех сил, чтоб посильнее.
- Слушай, Лех, давай хавчик доставай, а то мой в самом низу мешка.
- Геныч, я только мясные консервы возьму, по баночке хватит, да и не больно хочется в такой душняк есть.
- Да-а, духота. Хоть бы идти скорее, может, где под деревом присядем.
…Издали кишлак казался довольно зеленым, казалось, что там намного прохладнее. Леха с Генычем перешучивались, поднимая друг другу бодрость духа.
- Друган, автомат проверил? Перезаряди по новой, а то как тогда получилось – ты стрелять, а он молчит, не кисло! – подначивал Леха.
- Ну, тогда боек сбитым оказался, чую, неспроста.
Геныч извлек патрон, щелкнул автоматом, зарядил и поставил на предохранитель.
- Готово!
Открыли паштет, вскипела вода для чая. Из-под камней выползали погреться маленькие скорпиончики. Марево уже сильно дышало над долиной.
- Им-то что, этим клещам, - кивал Геныч на скорпионов. – Под камень залезут и концы в воду, а мы в броне не посидим, только если на ней.
- Ну, мы же не они, мы посильнее их! Надень броник!
- Толку от этого железа, одна морока, вот еще кроссовку порвал вчера при спуске. Тьфу ты!
- Геныч, не горюй, у меня в части есть новые, твой размер.
- Лех, может, принесешь, тут километров сорок ходу-то всего.
- Сбегай сам, они под кроватью тебя ждут.
Их шутки перебил командир взвода. Рота построилась повзводно в шеренгу по одному. Прозвучали последние указания командира роты. Подразделение стало выдвигаться в направлении кишлака. Шли обычным порядком друг за другом. Вышли на тропу, ведущую в кишлак. Вот и граница его. Высокая трава почти по пояс и низкие деревья вперемешку с небольшими эвкалиптами создавали определенную настороженность: возможна засада.
Леха с Генычем шли рядом в авангарде роты. Тишина в селении стояла необычайная. Вдруг первые из разведчиков увидели нескольких бандитов, стоящих метрах в семидесяти, возле глинобитной стены дувала, и о чем-то разговаривающих между собой.
Духи тоже не ожидали появления наших солдат и открыли почти беспорядочную стрельбу. Рота ответила, выдвинулась вперед, и бойцы залегли. Высокий дувал за мощной, менее высокой стеной, создавал впечатление неприступной крепости с махонькими оконцами, будто нарочно слепленными под бойницы.
Завязалась беспорядочная перестрелка. Геныч с Лехой присели за небольшим глинобитным укрытием, поочередно высовываясь и быстро целясь, стараясь попасть в окошечки.
- Геныч, зад не поднимай высоко, а то получишь. Рваная кроссовка не мешает стрелять?
- Не-а.
- Тогда прикрой меня!
Леха прилег на изгороди, чтоб получше прицелиться в проем окна, но не успел нажать крючок, как рядом прожужжало. Пуля ударилась чуть справа от головы и сильно посекла лицо песком.
- Геныч, эти суки нас держат на жестком прицеле, надо менять позицию!
И тут совсем рядом ухнул взрыв. Это «духи» ударили из гранатомета.
- Отсюда точно надо рвать когти, а то кирдык нам!
Они выскочили по одному из укрытия, направляясь к высокой стене, но тут ухнул второй взрыв из гранатомета. Геныч на мгновение застыл, и, закрывая лицо руками, упал ничком на землю.
- Ге-ныч! – вскрикнул в исступлении Леха.
Он бросился к другу и потащил из-под огня. Оттаскивая его ближе к высокой стене, он ощутил, что его правую руку сильно дернуло. Боли не почувствовал, только небольшое жжение разливалось по руке.
– Геныч, потерпи, друган.
Леха подтащил его ближе к укрытию, перевернул на спину. Лицо Геныча все в крови, до неузнаваемости обезображено осколками, которые посекли его всего. Он лежал пугающе неподвижно.
- Щас, Ген, щас! – Леха достал из кармашка вещмешка обезболивающие уколы и вколол ему сразу два. Подбежали двое солдат из роты, унесли Геныча в подъехавший БМП. И только тогда Леха по-настоящему почувствовал боль в руке, кровь пропитала рукав, капала с пальцев. Быстро вынул жгут и выше локтя перетянул руку. Затем сделал себе укол. Нарастающая боль, ставшая почти нестерпимой, помаленьку сошла. Он тоже пошел к БМП, голова сильно кружилась, присел возле Геныча.
- Как ты, друган?
- Пока живой, - прошептал Геныч.
- А куда бы ты делся, там еще под кроватью тебя кроссовки ждут...
Скоротечный бой к тому времени уже закончился, десантники помогли разбить банду в пух и в прах. Через некоторое время Леха и Геныч улетели на санитарной вертушке в Джалалабад.
•
Отправить свой коментарий к материалу »
[an error occurred while processing this directive]