13 июня 2010 13:16
Автор: Эдуард Абдуллаев (Беларусь)
Семь снов в бочке Диогена (повесть)
Сон третий
Я прогуливаюсь в березовой роще. Неожиданно рядом появляется он – Диоген.
- Я рад, что ты начинаешь переоценивать ценности. Это хорошо. Быстрее обретешь душевное равновесие. А это приведет тебя в состояние работоспособности. Значит, сделаешь доброе дело.
- Тебе легко рассуждать так. Ведь не ты создавал те материальные блага, которых я лишаю себя.
- Однажды, когда я был молод, один оракул посоветовал мне: «Сделай переоценку ценностей». И чем ты думаешь, я занялся? Начал перечеканивать монеты. Занятый этим неблаговидным делом, увидел пробегающую по полу мышь. Моментально осенила мысль: «Ведь это примитивное создание вовсе не заботится о том, что есть, что пить, во что одеваться». И тогда я понял смысл бытия. После этого я никогда не стремился разбогатеть, потому что правильно переоценил ценности. Приобрел себе посох и суму и стал ходить по городам, указывая людям наипростейший путь жизни. А вообще, разбогатеть философу легко, но не интересно.
- По своим потребностям ты перевоплотился в серую мышку и считаешь, что сделал правильный выбор? Я часто тебя понимаю и не понимаю. Ведь, если следовать твоей морали, то можно уподобиться животному.
- Это не совсем так. Просто для того, чтобы людям наиболее ярко обрисовать картину их жизни, которую они видели в богатстве, славе, удовольствиях, мне пришлось гиперболизировать свою умеренность, которая была своего рода рекламой, направленной на развенчание этих иллюзий. Что ты думаешь, мне никогда не хотелось вкусно поесть и уютно поспать? Еще как хотелось.
- И в результате все прошло бесследно. Не обидно?
Тут я заметил маленький укор во взгляде Диогена.
- На земле бесследности не бывает, - ответил он мне. – Разве канонические законы не сыграли положительную роль на земле? Разве философия не благоразумила людей? Если бы не Он, - Диоген указал пальцем в небо, - да мы, то на земле давно царил бы хаос. Согласен, негативность всегда существовала и будет существовать. Но есть сдерживающий фактор – мораль. Она должна брать свои истоки из законов самой Природы.
- В самой природе очень многие особи живут парами. Тогда как понимать тебя, когда ты в свое время выступал за упразднение браков? Не противоречишь ли ты себе?
- Вот эту мою мысль отложи в сторону. Это не мысль, это выходка. Не пиши об этом в своем сценарии. Я же просил тебя уже однажды, идеализируй меня. Нет на земле более сложных отношений, как отношения между мужчиной и женщиной. Я на земле с этим толком разобраться не смог, хотя и на небесах еще не все понимаю. Но я знаю, кем придуманы браки, а Ему противоречить нельзя, так как Он мудрее всех нас. Браки на земле существуют для воспроизводства и выращивания здорового потомства. Ведь только тогда вырастает разумная поросль, когда видят отношения между мужчиной и женщиной. Безбрачие завело бы человечество в тупик.
- Все имеет свое начало, значит, неизбежен и конец. Человечество все равно зайдет в тупик. Пусть чуть позже, какая разница. Для чего это все нужно?
- Неужели тебе, Сценарист, это не понятно! Для воспроизводства разумных людей и перемещения их в другое измерение. Земля – это фильтр человеческих душ.
- А у вас там как с пространством? Не туговато?
- У нас его просто не существует. Тебе сейчас этого не понять. Безмерность и безвременность – понятия не для землян. Но все же я попытаюсь тебе объяснить.
Тут Диоген нагнулся и поднял с земли опавший лепесток березы.
- Скажи, - обратился он, - это для тебя какую-нибудь ценность представляет?
- Да нет.
- А знаешь почему? Потому что их здесь, в березовой роще, такое изобилие, что листик теряет свою ценность. Так и у нас дела обстоят с пространством. Его хватает на всех и поэтому за него не надо бороться. А что касается времени, то это объясняется еще проще. У нас нет боязни потери его. Нас не страшит старость, нам не надо никого догонять, тем более опережать. И поэтому время тоже теряет свою ценность. А значит, его просто нет.
Незаметно дошли до пруда.
- Красиво тут у вас. Под старость можно обосноваться и рыбачить. Ведь ты любишь это занятие? Ну ладно, давай прощаться. Все равно сейчас тебя разбудят.
* * *
Меня разбудил телефонный звонок.
- Привет, узник творчества, - раздался голос Игоря, моего друга и коллеги. – Еле нашел тебя через Андрея. Он мне и рассказал, как тебя в ссылку сослал. А найти тебя я не мог, так как мобильник свой, в котором был записан твой номер, потерял. Ну и, конечно же, как всегда, по пьянке. А ты что, сам позвонить не мог?
- Некогда, сценарий строчу, - соврал я.
- Это всегда смешно, когда люди оправдываются нехваткой времени на телефонный звонок. Скажите, пожалуйста, как много на это времени потребно! Врать бы сначала научился надлежащим образом или просто правду в глаза говорить. Хотя, согласен, второе сделать сложнее. Но для меня, правда, все же более приемлемо откровенное высказывание в глаза.
- Ладно, тогда отвечу иначе. Я настолько увлечен своим сценарием, что просто обо всех и обо всем забыл, - еще раз соврал я.
- Ну, в принципе, я в достаточной мере владею той информацией, как у вас с Андреем продвигается проект. Опять врешь! Перестань врать!
- А ты опять пьян! Перестань пить! – в тон ему ответил я.
- Ладно, бросай все и приезжай ко мне. Крайне необходимо твое присутствие, доктор ты души моей пропащей, - произнес он с ярко выраженной иронией.
- Пить меньше надо, тогда и без доктора обойтись можно.
- Не такой я еще и пьяный, просто похмелился, - ответил он и потом понуро добавил: - Надо встретиться.
По его голосу я понял, что ему мое присутствие действительно желательно. Как сценарист, он был довольно талантлив, но вся беда его состояла в том, что он систематически уходил в запой. Это было его горем, его проклятием.
- Ладно, жди. Минимум через пару часов буду. Это зависит от того, как с транспортом повезет.
Добрался быстро, на попутке. По дороге зашел в магазин и купил бутылку водки. «Все равно с этим алкашом без этого никак не обойтись», - подумал я.
На пороге меня встретило заплывшее, небритое, с коричневыми кругами под глазами лицо.
- И давно это у тебя «веселуха» началась? – одновременно с укором и с жалостью спросил я его.
- Это поначалу «веселуха», а потом поддерживание слабой, обессиленной эйфории во избежание жуткой депрессии, - ответил мне Игорь и пропаще махнул рукой. - Ладно, проходи. Тебе, слава Богу, этого не понять.
- Ты когда выпрыгивать из этого состояния собираешься?
- Вот сегодня пообщаюсь с тобой и все, завязываю.
- А потом еще на день не отложишь?
- Нет. Завтра ужасный день, день претерпевания мук.
- Ладно, поверю, - сказал я и выставил бутылку на стол. После двух выпитых рюмок Игорь начал оживать, то есть уже был вполне способен принимать участие в беседе.
- А где твоя половина, на работе? – поинтересовался я местонахождением его жены.
- Нет, как всегда, временно покинула меня. Да и давно уже не половина она моя, а так, хвост, даже атавизм. И когда она, действительно, покинет меня раз и навсегда? Поверишь, мне уже этого хочется.
- Ты без нее совсем сопьешься.
- Э, нет, мой милый друг. Может, все как раз получиться иначе. Давай еще по одной тяпнем, я окончательно мозги просветлю и тебе кое-что поведаю.
Конечно, выпили. Закусили солеными огурцами. Другой закуски у Игоря, очевидно, не было. А я позаботиться об этом как-то упустил из вида. Закурили.
- Положительные отношения между мужчиной и женщиной, которые мы привыкли называть одним словом «любовь», тьфу, звучит даже пошло, вечными быть не могут. Все это должно вовремя заканчиваться. А те, кто до конца дней своих сохраняет совместное проживание, только и делают, что лгут друг другу. Любовь! Какая к черту может быть любовь, когда все в этом проклятом Мире переменчиво. Знаешь, как развивались у меня отношения с моей женой? О, я тебе сейчас вкратце, на простом своем примере, обрисую три стадии угасающей любви. В первой, когда наши отношения только начали складываться, мне разрешалось курить везде, где угодно, даже в комнате. Во второй мне позволялось курить уже только на балконе, и в третьей меня уже обреченно попрекали: «Фу, накурился». То есть, обрати внимание на сами слова: разрешали, позволяли и попрекали. Чувствуешь ослабление? Ладно, наливай, пора выпить! Ничто не портит так нервы мужчины, как ожидание последующей рюмки.
Опять выпили. Игорь продолжил свой монолог:
- Мне кажется, что если жизнь дает женщине возможность иметь мужа и детей, то ей должно быть все равно, из чего и во имя чего создан этот Мир. Не понимают, дуры, своего предназначения, своими куриными мозгами везде лезут, пытаясь какое-то «благо» вершить. А в результате жизнь мужикам портят. Ладно, разливай.
- А не частим?
- У меня еще бутылка есть. Я, правда, с утра оттуда уже немного отпил.
- Это ты уже не похмеляешься, это ты опять напиваешься, - сказал я, разливая остатки бутылки по рюмкам.
- Подожди, у меня в холодильнике где-то колбаса должна быть, - уже вяло произнес он, затем приподнялся и, изрядно пошатнувшись, полез в холодильник.
«Да, допился, даже о закуске забыл, - подумал я. По внешнему виду колбасы легко можно было определить, что она давно нуждалась в утилизации. - Наверное, и Диоген своим осьминогом так же отравился».
- Это уже не пригодно к употреблению, - произнес Игорь и выкинул колбасу в ведро с мусором. Странно – подметил я, - как он это своими уже затуманенными глазами смог разглядеть? Затем он выставил на стол еще бутылку водки.
- Может, хватит нам? – посоветовал я
- Кто его знает, хватит или не хватит. Сейчас продолжим, потом посмотрим. Разливай.
- Да мы только что выпили.
- А, да. Тогда все равно разливай, пусть на столе просто стоит.
Да, - рассудил я, - типичная черта алкоголиков, созерцание возжеланного. Пусть, мол, стоит, глаз радует, а я немного найду сил в себе потерпеть. Но вот она, родимая, рядом.
- Ты думаешь, - продолжил он свой монолог, - если бы твоя Кристина не умерла, она бы тебя всю жизнь так и любила? Плохо ты женщин знаешь. Да она тебя в будущем, возможно, таким рогатым сделала, что ты бы в проем двери без наклона пролезть не смог.
- Слушай, умник, помолчи. Не туда нос суешь.
- Для того чтобы молчать, необходимо всех писателей счастливыми сделать. А для этого нужны огромные средства для реконструкции земного шарика.
- Не пойму, что к чему? Ты сначала реконструируй себя. И корень зла своих проблем ищи не в окружающих тебя людей, а в себе. Бедный, несчастный, женщина по отношению к нему угасла. Она, видите ли, предназначения своего не понимает.
- Подожди, это обсудить надо. Давай сначала выпьем, потом поговорим.
- Обсуждать ничего не хочется, хочется осудить. И знаешь кого? Тебя. Ты, когда звонил мне, говорил о том, что правда тебе более приемлема. Теперь слушай ее. Ты, спившийся и деградировавший алкоголик, который в беседе не всегда дает отчет своим словам. И тебе ничего не остается в твоей паршивой жизни делать, как обижаться на Мир и жаловаться всем на него. Хотя, на самом деле, это Мир должен обижаться на таких, как ты, это женщины несчастны возле таких, как ты. И вообще, я жалею, что к тебе пришел. Но крест на наших отношениях не ставлю. Хотелось бы встретиться с тобой прежним, хотя надежда уже тает.
Не прощаясь, вышел за дверь. Не заметил, как прошел несколько кварталов. Потом успокоился и задал себе вопрос: «А куда меня ноги несут? Ведь к дому!»
Обошел свои владения, привычно повалялся на диване. «Надо бы удочку с собой прихватить», - подумал я и полез в шкаф, где хранились все мои рыбацкие принадлежности.
Но каково было мое изумление… Удилище, которое я подарил во сне Диогену, пропало!
Куда оно могло подеваться? Ведь ключи от квартиры есть только у Андрея. Позвонил ему.
- Привет. Я сейчас в городе. Ты случайно не заходил ко мне?
- Нет. Завтра собираюсь. Обменщиков на смотрины твоей квартиры приведу. А почему ты спрашиваешь?
- Да так, просто. У меня к тебе просьба. Я сейчас опять поеду к тебе на дачу, а это значит, у меня не будет времени. Игорь в очередной раз разбаловался. Как-то надо его из запоя вытянуть. Встречался сегодня с ним, впечатление самое отвратное. Одним словом, гибнет мужик.
- На капельницу этого умного дурака уложить надо. Ладно, чем смогу, тем помогу. А ты пиши, пиши. Не теряй времени. Я все твои городские проблемы возьму на себя.
- Договорились, звони.
В тот вечер мною было написано очень много. Пошло. И я лег спать перед рассветом.
Сон четвертый
Какое-то непонятное пространство. Просто пустыня, огромные валуны и жара. Никаких признаков жизни. Некоторое время нахожусь в раздумье. Потом двигаюсь в направлении, которое выбираю подсознательно, и вижу Диогена, который, сидя на камне, прислонился спиной к огромному валуну и смотрит в мою сторону. Подхожу к нему, приветствуем друг друга.
- Единственная положительность прожитого тобою дня, что написал много, - сказал Диоген.
- А что тебе не понравилось?
- Те безрассуднее скотов, кто утоляет жажду не водой, а вином.
- А, вот ты о чем! Глупости это. Все в меру позволительно.
- Согласен, но уже начинается безмерность. Позавчера что ты делал со стариком на пруду? Тоже употреблял эту гадость. Мозги береги свои. Ты, Сценарист, очень специализирован. А знаешь почему? У тебя предназначение.
И вдруг Диоген в стихотворной форме произнес:
Среди безмерного простора,
Среди лугов и тишины
Поникшим голосом печали
Сказали мне из вышины:
Ты что-то очень мало пишешь,
Ты что-то очень много пьешь,
Ты что-то очень, очень, очень…
Ну а предашь все и уйдешь.
Уйдешь в неведомые дали,
Забвенье наверстает все,
И будем мы с тобой в печали,
За несвершенное добро.
- Не забудь этот стих прочитать и своему другу, - по окончании добавил Диоген.
- Неплохо, - отозвался я о стихотворении, а затем спросил: - А где мы находимся? Все очень незнакомо.
- На земле обетованной. Здесь ваш Учитель противостоял силе зла. Вот того и от тебя потребно. Правда, твои искушения более ничтожны. Но кое-кому выгодно и тебя с пути сбить. Так что цени себя.
- Тоскливо мне, Диоген. Если была жива моя Кристина, то все было бы гораздо проще. Я бы и сценарий давно уже написал. А тут как-то в жизни все наперекос: жена умерла, друг спился. Где мне сил взять? – выплеснул я наболевшее.
- Сценарий ты, конечно, уже бы написал. Но он бы не представлял особенной ценности. А что касается смерти, то она существует только для плохих людей. Почему ты думаешь, что твоя Кристина умерла? Ведь она замечательный человек. А то, что у тебя ее не стало, это явление временное и поправимое, - и, рассмеявшись, Диоген добавил: - Осьминога своего съешь, тогда сам в этом убедишься. А что касается твоего друга, то воюй с ним за него же. Он еще не потерян. Омрачи в очередной раз того, кто смог и его с пути сбить. Не должен он на земле быть сильнее вас. Главная цель человечества – противостояние ему.
Наступила пауза. Диоген первым прервал ее.
- Ты, Сценарист, удилище свое не ищи. Нет его больше на земле. Я его специально забрал, чтобы доказать тебе, что сны твои, хотя и сны, но вполне реальны. Ведь я тебя постепенно к очень важным встречам готовлю. Но для того, чтобы ты к этим встречам отнесся серьезно, мне надо тебя убедить, убедить в реальности этих снов. Мы уймем твою боль.
- Кто это мы? – с удивлением поинтересовался я.
- Потом узнаешь, после встреч.
- С кем?
- Не торопись, еще не время. Ладно, не спи долго. Все равно сейчас тебя разбудит телефонный звонок Игоря. Не оставляй его сейчас одного. Причина его болезни отвратительная и последствия ужасные. Спасай его, еще не поздно.
* * *
Разбудил телефон. Звонил действительно Игорь. Загробным голосом начал извиняться за вчерашний разговор.
- Ладно, забыли, - ответил я. - Бери такси и – ко мне.
- Деньги кончились.
- Я на месте расплачусь, собирайся.
- Хорошо, жди.
Записал, пока не забыл, стихотворное послание Диогена. Возможно, не в полной точности. Но…
Когда он меня попрекает прожитым днем, это вполне объяснимо. Где-то там, в подсознании, фиксируются определенные события, а во сне они вновь всплывают. Так бы, наверное, объяснила наука. Но ведь сбываются и его предсказания. Что это, неужели все правда? Что ждет меня в следующем сне? И с кем мне предстоят встречи? И вообще, куда действительно подевалось удилище? В конце-то концов, так много совпадений не бывает. Почему мне не снятся другие сны, без его участия? Ладно, ничего не остается, как ждать развития последующих событий в этих снах.
Завтракать не стал, решил дождаться Игоря. Прогулялся к шашлычной и купил бутылку сухого вина. Когда вернулся обратно, то меня уже поджидали около дачи Игорь и таксист.
- Сколько можно ждать? - начал возмущаться угрюмый таксист. - У меня время деньги.
- Так в чем проблема? Сейчас ты их получишь, и ровно столько, чтобы успокоились твои нервы, - ответил я.
Рассчитавшись с таксистом, окинул взглядом Игоря.
- Да на тебя без слез смотреть нельзя. Видок совсем потерянного человека. Ладно, будешь делать все то, что я тебе скажу. Согласен?
Игорь утвердительно кивнул головой.
- Тогда выкарабкаемся. Идем в дом.
Приготовил завтрак, от которого Игорь начал отказываться. Но я ему еще раз повторил:
- Ты же согласился делать все то, что я тебе скажу. Иначе нам удачи не видать.
Я выставил на стол вино.
- Это тебе на весь день. И не для эйфории, а для постепенной адаптации твоего организма к нормальной жизни.
Налил ему бокал вина.
- А себе? – спросил Игорь.
- Мне мозги растуманивать не надо. И вообще, я с алкашами не пью, - с иронией ответил я и убрал со стола бутылку.
Удалось через силу заставить его немного поесть. Уже хорошо. Тут у меня зазвонил телефон.
- Привет, - услышал я голос Андрея, - возникло три проблемы, которые не терпят отлагательства. Во-первых, пытался сегодня связаться с Игорем, но трубку телефона никто не берет. Как бы чего не случилось. Во-вторых, тебе необходимо осмотреть квартиру, которая, возможно, станет твоей. А в-третьих, возникла острая необходимость в написании сценария к короткометражному фильму. То есть придется ненадолго отвлечься от Диогена. Тему изложу при встрече. Так что, сам понимаешь, надо встретиться. Машину за тобой высылаю.
- Не за мной, а за нами. Игорь у меня, не волнуйся. Квартиру тоже осмотрю. А что касается сценария, то может пусть этим займется Игорь? Ему как раз деньги нужны и, вообще, в жизни встрепенуться.
- Хорошо, договорились, жду.
Объяснил Игорю, куда нам надо ехать и для чего. Под конец дружески похлопал его по плечу, подбодрив:
- Не переживай, это все пройдет, и жизнь снова станет цветастой.
А сам подумал, - это ведь надо, как я стал послушен Диогену. Других успокаиваю, на путь истинный вывожу, а у самого на душе так кошки скребут, что сам цвета не вижу.
Сначала заехали к Андрею на студию, ознакомились с темой сценария. Ничего, бывают и похуже. Затем втроем отправились на смотрины квартиры. Мне она сразу понравилась, в особенности тем, что располагалась на верхнем этаже двенадцатиэтажного дома. Я даже пошутил:
- Это хорошо, к Диогену ближе.
- Эх, еще бы и концовка сценария о Диогене была бы ближе, - высказался Андрей.
- Сценарий успешно продвигается. Я сегодня ночью был исключительно плодотворен. Так что упреков не заслуживаю.
- И это радует. Ты не забивай свою голову предстоящим переездом. От тебя будет потребно только участие в оформлении документов и то где-то подпись поставить и так далее. Все постараюсь сделать своими силами. Так что, скорее всего, из «бочки Диогена» вернешься в свое новое жилище.
Я, конечно, с радостью согласился. Только на обратном пути все же решил заехать на квартиру и попросил об этом водителя:
- Подождите меня немного, кое-что из вещей забрать надо, да и с прошлым попрощаться.
И вот тогда я набрался смелости открыть дверь в спальню.
Пылью и каким-то несуществующим холодом повеяло оттуда. Все то, что здесь когда-то жило, безвозвратно кануло в прошлое. И безысходность. От своего отражения в зеркале отшатнулся. Такая печаль не для созерцания. Закрыл дверь. Прошел в зал и кухню. И там тоже все отжило. Нашел дорожную сумку, спешно побросал туда кое-что из одежды и выскочил из квартиры. Называется, попрощался.
- Лихо ты управился, - сказал мне Игорь, посасывая из горлышка уже прикупленное в магазине пиво.
- Я смотрю, ты тоже, - упрекнул его я.
- Да это же пиво.
- Какая разница, чем мозги туманить.
Игорь молча проглотил, чувствуя свою вину. По дороге он еще пытался несколько раз заговорить со мной, но эта бутылка пива окончательно испортила настроение, и я поэтому был крайне неразговорчив. Игорь это почувствовал и вскоре сам замолчал.
Дома готовить абсолютно ничего не хотелось, поэтому высадились все возле той же злополучной шашлычной.
- Может, пойло к шашлычку прикупить? – спросил я у Игоря.
- Не подкалывай, без тебя тошно, - с обидой и грустью ответил он.
- Черт с тобой, я просто сам теперь не против.
- Так в чем дело? Действуй.
Подошел к бару и купил бутылку сухого вина. «Хуже ему не станет, просто легче отойдет», - подумал я.
Вечером решили сходить на рыбалку, но увлеклись телевизором. Затем я начал набирать на компьютере сценарий, Игорь тоже удалился в другую комнату и что-то строчил. На том и закончили свой день.
(Продолжение следует)
•
Отправить свой коментарий к материалу »
[an error occurred while processing this directive]